Вера Чиркова – Подруга для мага (страница 2)

– Мы в курсе этой проблемы, – неожиданно покладисто сообщил Дэгерс, – скажи просто, чего ты ждешь от нас?

– Помочь им стать другими, – с лету поймал я подсказку магистра, – и первой нужно заняться новой Мэлин, к утру она должна уметь ходить и разговаривать как истинная, а также иметь идентичную с принцессой ауру и кровь. Хотя кровь лишь настолько, чтоб маги дроу ничего не заподозрили. И разумеется, ей нужно стереть со лба эти знаки бывшего дома, свой маячок я уже повесил. Я заберу ее рано утром и отправлю в дом Унгердса, не может быть, чтобы Гуранд не пожелал призвать меня для беседы.

– А вторую?

– Ведьма поживет здесь несколько дней, пока изменит резерв и ауру и привыкнет к новой внешности и имени.

– Ты останешься ночевать? – небрежно осведомилась мать, стараясь не выдать своего беспокойства.

– Нет. Правитель может прислать вестника в любой момент. Я уже гадаю, почему он до сих пор этого не сделал.

– А если поставить на границе следилки за всеми вестниками? – отстраненно буркнул отец, и я благодарно ему улыбнулся, нечасто он позволяет себе выдать мне подсказку.

Хотя мне и не кажется, что в стае может найтись человек, отправляющий вестников повелителю или его личному магу. Все оборотни чувствуют подобную магию и уже давно доложили бы мне. Но на всякий случай заслон чужим вестникам я все равно поставлю.

– Возможно. Тогда я ухожу?

– Иди, – кивнул Дэгерс, и по его сосредоточенному виду любой маглор догадался бы, что магистр уже вовсю решает про себя подброшенную ему задачку.

– Можно, я провожу?! – вскочила с дивана ведьмочка, и у меня не повернулся язык сказать ей «нет».

– Только до крыльца, у вас остается мало времени, – нехотя разрешил я, стараясь не замечать странного взгляда матери.

– Хорошо. – Мэлин послушно вышла в открытую для нее дверь, дошла до крыльца и вдруг резко развернулась и уткнулась мне в грудь. – Ир…

– Мэлин! – процедил я сквозь сжатые зубы, едва сдерживаясь, чтоб не обнять ее вздрагивающие плечики, и отлично зная, что этого ни за что нельзя делать. – Не нужно. Ты же сама сделала выбор… и отлично понимаешь, ни один оборотень не должен ничего заподозрить, когда ты вернешься в стаю. Слишком нас уже много, и я не уверен, что для кого-то золото не важнее, чем покой стаи… или мой.

– Я сама все это знаю… – горько выдохнула она, – только ответь на два вопроса. Какое имя тебе нравится и можно ли мне оставить свой цвет глаз?

– Ну оставь, раз тебе так хочется. – Я не выдержал, осторожно провел пальцем по ее щеке, стирая слезинку. – А про имя поговори с моей матерью. Все, мне пора.

Через силу отстранил ее и нажал камни браслета.

– Там тебя зовут, – едва я оказался в своем доме, выпалил дроу, и я снова схватился за браслет, перенося себя за плетеную калитку ограды.

– Иридос! – схватили меня за плечи мощные руки медведя, а в следующий миг он чутко принюхался к моей одежде и успокоенно выдохнул. – Извини… мы тут переволновались, думали, Мэлин пропала.

– Разве она не предупредила, – заметив за его спиной Орисью, нахмурился я, – что уходит в Тмис?

– Как в Тмис? – растерялся оборотень, не зная, кому верить – мне или своему обонянию. – А разве…

– Я только что вернулся оттуда, – устало пояснил я, – отвел Мэлин и привел с собой Даверлиса. Сам знаешь, она ему не доверяет. Да и пусть он поживет здесь, лишний маг нам не помешает. У Унгердса теперь живет Лавена. Кстати, что мы тут стоим, может, хотите зайти, посмотреть мой временный дом?!

– А как же ее вещи?! – смерила меня недоверчивым взглядом ведьма.

– Некогда мне было мотаться за ее вещами, да и резерв уже на половине, – сердито фыркнул я и укоризненно добавил: – А сама она идти не захотела, чем это вы так принцессу обидели?! Но не волнуйтесь, там у нее полный шкаф одежды, а все, что осталось здесь, я обещал принести утром. Мне все равно за гномами идти. Так открывать щиты или нет?

– Открой, раз уж мы пришли, – мрачно проворчал медведь, и я снова сделал вид, что не заметил, как толкнула его в бок ведьма.

Не хочется с ней ссориться, ведь Орисья пока не знает, что прежней дочери у нее больше нет.

– Проходите. – Я раздвинул защитные щиты, снова запер их за вошедшими и гостеприимно показал на вьющуюся между валунов тропку. – Дорожки пока нет, и не скоро будет.

– Зачем тебе этот холм? – пожал плечами Таилос. – Занял бы дом в деревне.

– Я тоже сначала так думал, – усмехнулся я, незаметно бросая на дом заклинание чистоты, – но Кахорис меня уговорил. Он считает, что когда-нибудь к нам будут приезжать гости из других старших домов и нужно иметь солидное строение для их приема. Входите.

– Добрый вечер, – войдя в столовую, вежливо произнес медведь.

– И вам, – хмуро отозвался сидевший за столом Даверлис, не поднимая голову от тарелки с остатками рыбы.

Однако я успел заметить, что остальная посуда со стола исчезла. Значит, дроу сообразил, что не зря я кастовал свое заклинание, и успел составить ее на полку. Это хорошо, что он такой понятливый, я твердо намерен нагрузить Даверлиса работой, чтобы у него не оставалось слишком много свободного времени для переживаний за сестру. И начинаю подозревать, что уже нашел для него подходящее место.

– Садитесь, – создавая корзинку с запашистыми мясными пирогами и кувшины с отварами, предложил я и призвал с полки чистые кружки.

После магической очистки даже магистр не найдет на них ни запаха, ни каких-то следов.

– Неуютно у тебя тут, – впервые после того, как вошла в дом, обратилась ко мне ведьма.

– Мне сейчас не до уюта, – подарил я ей понимающую улыбку и устало пошутил: – Главное, никто не стучит по утрам маслобойкой. Не смотри так, я не всерьез. Устроюсь поудобнее позже, когда все сородичи будут иметь надежную крышу над головой. Угощайтесь, это мои любимые пироги, и рассказывайте, что у нас нового.

Таилос кивнул, откусил сразу полпирожка и начал подробно рассказывать, как Март с маглором уговорили хозяина харчевни продать свое заведение, и теперь там устроилось сразу несколько семей. Вообще-то я намеревался со временем устроить в том здании гостиницу и получать с нее неплохую прибыль для стаи, но пока решил ничего не менять.

– А куда он сам подался?

– Ему дали пять золотых, на эти деньги можно купить магазинчик или небольшой трактир в Палере. Ты правильно решил его отсюда выставить, паршивый человечек, половина подвала заставлена бочками с протухшим мясом, завтра будем освобождать. Уже начали вытаскивать.

– Зря, – вздохнул я, – у меня есть хорошее заклинание, оно вернет мясу вкус и свежесть.

– Ох ты, – обрадовался медведь, – наши трактирщики за него бы золотом осыпали.

– Вот потому маглорам и запрещено его кастовать, – кивнул я, только сейчас осознав смысл этого запрета.

– А тебе?

– А я уже не совсем маглор, – усмехнулся я, наблюдая, как бесцельно бродившая по комнате ведьма постепенно подбирается к лесенке на второй этаж. – Орисья, хочешь посмотреть спальни? Я зажгу там светильники.

– А можно?

– Конечно, только никаких наговоров не теряй, на мне пять артефактов, только зря время потратишь.

Ведьма фыркнула рассерженной кошкой, но на лестницу все же полезла, а я и впрямь зажег ей свежесозданные светильники, развесив их по стенам.

Не вставая с места, разумеется.

– Зря ты на нее так, – тихо выдохнул медведь и покосился в сторону лестницы, – она же волнуется.

– Таилос, не зли. Не нужно было доводить девчонку своими советами, она уже взрослая, не забыли?! На ней, между прочим, лица не было, когда она прибежала, я ее час чаем отпаивал, прежде чем увел к Унгердсу.

– Так она же решила… – медведь покосился на дроу, посопел, но все же договорил, – решила выйти замуж за этого тихоню маркиза.

– А-а! – глубокомысленно повторил я любимый звук Мэлин. – Так ведьмы хотели и на нее ошейник нацепить и засунуть на болото, только не на год, а лет на десять?

– Иридос, – насупился медведь, – ты ведь не понимаешь…

– Хочешь сказать, что я у вас дурак?! – специально поддразнивал я друга, чтоб он высказал все, чего нашептали ему ведьмы. – А вы все умные?! Но не понимаете, что оставить бастарду в стае я не могу! Ты был на том собрании, когда нас признали домом, помнишь, какие дома были за нас?! А если она не выйдет замуж за этого «тихоню», то и они будут против! И можно сразу составить договор с домом Ратилос, сколько мальчишек в год мы должны выдавать им на убой!

– Я все это знаю, Ир, – сумрачно посмотрел мне в глаза Таилос, – и если помнишь, это не просто слова, а на своей шкуре испытал. Но…

– Но не веришь своему вожаку, – с сожалением бросил ему дроу, – или плохо понял, какой он человек.

– А ты, значит, хорошо понял?! – метнул в него острый, как дротик, взгляд сердитый медведь. – Ну и как?

– Верю, как себе, – холодно отрезал Даверлис, – и тебе советую.

Таилос ответил ему недоверчивым взглядом, но сказать ничего не успел.

– А кого это ты тут в стаю-то принимал, – спускаясь с лестницы, словно невзначай поинтересовалась ведьма, – а нас на ужин не позвал.

– Орисья, – мрачно вздохнул я, – разве не всем объявили, что теперь принимать в стаю будем раз в три дня?! А если я делаю какие-то эксперименты или принимаю людей, которых никто не должен знать в лицо, то отчитываться перед вами не должен и не собираюсь. Ладно бы я простым оборотням пояснял, что старые законы отменяются, но ведьмы и мои советники должны сами такое понимать и другим подсказывать!