Вера Авалиани – Астролюдия (страница 11)

Гия подошел к ней, поднял под мышки, усадил на колени спиной к себе и, не рассуждая, вошел в нее. Липкая влажность чуть-чуть его оттолкнула, но когда он взял ее грудь в обе руки, как поводья, в глазах все помутилось.

Он довел девку до извержения и переместился в ее зад. Она радостно охнула и стала буквально ввинчивать в задний проход его член. Еще не начав двигаться там, Гия кончил. Внутри него стало все как-то ярко, будто внутри произошел взрыв, и высветилась вся его жизнь. Тут он – после стольких-то женщин – понял, почему французы называют семяизвержение «маленькая смерть».

Когда они оба, пошатываясь, встали с дивана, где полежали, притиснувшись друг к другу, минуты три, Георгий уже был уверен, что это – его женщина. И когда на дрожащих ногах любовники вышли к столу в предбаннике, он уже не стал отвлекаться на нескольких других девиц. Все они были красивыми, особенно та маленькая брюнетка с синими глазами, которую припас для себя Лари. Но эта была его волчицей. Дикая, смелая, злая. С копной белых кудряшек, под прикрытием которых таился череп, в мозгу которого мысли были только о сексе и удовольствиях.

Роковая женщина – это та, что является судьбой. Самка волка. А что же теперь делать с Настей? Как сказать ей, что встретил полностью свою половину? И как раз тогда, когда Ася начала испытывать удовольствие в постели.

В конце вечера, после всех возлияний, на тот же диванчик в раздевалке Гия позвал брата и рассказал ему, что как раз перед приездом сюда помирился с Настей. А вот теперь втрескался в Лиану.

– И что такого? – искренне недоумевал Илларион, глядя с презрительным удивлением на Гию. – Ты собираешься скрывать от жены свои связи на стороне?

– Собираюсь. И прошу, чтобы ты не проговорился ей. Она… Она – другая.

– Нет других, – утвердительным тоном сказал Лари брату и похлопал по плечу. – К тому же, она не дура и сама догадывается, чем бандиты в банях занимаются.

– Но я хочу ребенка. Пусть уйдет потом, когда у меня наследник появится.

– Наши наследники долго не живут. Да и сами мы не по чину задержались. Скоро «сороковник» у тебя, а у меня и того больше.

– Но теперь-то мы легализуемся.

– Станем «бизюками» чистыми, на нас нападут и «задерут», и отберут.

– Мы мирные люди, но наш бронепоезд…

Кстати, о бронепоезде. Тебе надо заняться Лимоном вплотную и поставить его в тюряге на перо. А то откупится – и снова в бой.

Гия тяжело вздохнул, не желая признаваться себе, что убийство претит ему. На службе у Лари он чаще занимался планированием захватов предприятий, вычислял козни конкурентов, убийства чаще заказывал сам Илларион. И вот почему-то поручает теперь эту работу ему.

– Сделаю, куда я денусь с подводной лодки, – недовольно сказал Гия в надежде, что брат команду переадресует.

– Не забывай, что ты служишь в, так сказать, «криминальной структуре», – многозначительно напомнил Лари.

– Я понял, что ты решил меня из-под влияния жены убрать полностью и навсегда.

– А ты против? – Лари уставился на брата немигающим взглядом.

– Главное, не убирай жену. Сына хочу.

– Уговорил. Она же у меня уже второй раз невестка, считай, родня. – Непонятно было, издевается ли Илларион над братом или и впрямь так думает.

Клод решил взять в школу и «квадратного мальчика». Чемпионом ему не стать, но его желание заниматься спортом может спасти его от тех проблем в жизни, которые могут появиться, если желание не будет удовлетворено.

Ему не нравилась внешность парнишки, но что-то в его глазах говорило о такой решимости сделать все невозможное, что Клод решил не рубить мечту на корню. Но и создавать иллюзий не хотелось.

– Тебя, Мартин Брот, я буду воспитывать, как атлета. Такие парни с устойчивым скелетом могут найти место в цирке, там на их плечи вспрыгивают гимнасты и выстраивают в воздухе фигуры из тел. Ты будешь заниматься по особой программе. И еще – ты будешь помогать в ресторане моей маме. Научишься готовить, побыв подмастерьем.

– Да, в гимнасты я не гожусь, – чуть дрогнувшим голосом согласился мальчик, – просто мне хочется больше разных… движений.

– Вижу, силу тебе некуда девать, – улыбнулся Клод.

– Было некуда девать, – сказал мальчик и пожал Клоду руку, как взрослый.

Красивый мальчик с телом, словно созданным для этого вида спорта, тоже подошел к Клоду, когда все разошлись по комнатам.

– Вы знаете, что мой отец – брачный аферист? – сказал он, заглянув в глаза Клоду бархатными от длинных ресницсветло-серыми глазами.

– Не знаю. Но мне все равно.

– Просто вдруг я, как и он, стану соблазнять, чтоб обобрать. Вон у вас какая фигура. Не устою и попаду в тюрьму.

– У красивой фигуры могут быть вполне легальные применения во взрослой жизни. Например, ты сможешь зарабатывать много, став моделью. Или станешь телеведущим.

– Но я думаю, что так похож на папу… Я боюсь. Меня и зовут… Эрос.

– Не бойся, я тебя буду воспитывать, а не только тренировать. А звать тебя буду Эр. Тогда никто и не узнает, каким именем наградили тебя родители. Изменим твое предназначение в жизни.

– Как?

– «Война план покажет», – выдал Клод «на-гора» поговорку.

– Война?! – еще сильнее испугался мальчик.

– Это просто шутка. Но если надо – повоюем с тобой.

Это мальчишку утешило. Он понял, что Клод – другой. И что он хочет быть на него похожим. Эту мысль внушил ему его Ангел – седовласый «качок». При жизни этот бодибилдер как-то раз вынул из-под огромного завала троих детей после землетрясения. Но одна балка упала ему на голову и разбила ее. Пролежав месяц в коме, он умер тогда. А все дети молились за него. Вот и определили мужчину в Ангелы к мальчику, которого точно нужно охранять от соблазнов. Его красота может стать для сироты бедой.

Роберта планировала, где разместить крошечное кафе для завтраков юных спортсменов. Кормить и учить их будут продолжать в школе-интернате для сирот. Но ради тренировок утром и вечером, после семи, они должны ночевать в спортивной школе Клода, и, стало быть, где-то есть до начала занятий в школе обычной. Роберта вложила в это кафе деньги, доставшиеся ей от богатой тети три года назад. Но их хватает только на оборудование и аренду помещения. Кормить семерых сирот она решила за свой счет. В конце концов, трое ее внуков – сироты. Хоть и потеряли матерей по разным причинам. А, значит, ей, как бабушке надо не только о них заботиться, чтобы «пресечь рок». Все же ее сыну всего тридцать три, так что он опять может жениться и…

Она даже мысленно не договаривала, что еще раз он может овдоветь. Может, такой у него гороскоп? Надо бы прочесть роман, который писала Соня. Она ведь составляла гороскоп и Клода тоже.

Роберта позвонила в Москву Насте.

А та как раз сидела за переводом романа с английского на русский. Но она, конечно же, заглянула вперед и обнаружила, что они с Георгием недолго пробудут вместе: тот уйдет из семьи, но развода ей не даст. Но после сегодняшнего ошеломительного секса ей хотелось думать, что все теперь обойдется, она сумела вовремя подстроиться под мужа, согласилась на изменения внешности, получила кайф в постели с ним. При воспоминании внизу живота засвербело. Нестерпимое желание – аж дыхание перехватило! – накатилось на нее. Она с досадой, оглядевшись по сторонам, будто кто-то мог ее видеть в пустом доме, начала массировать клитор под трусами. И тут зазвонил телефон.

Роберта слегка смущалась, завела разговор издалека.

– Деточка, что стало с романом Сони? Он в ее компьютере? Нельзя ли его переправить в Австралию?

Настя невольно улыбнулась: все думают о романе Софьи одновременно. Что заинтересовало в ней ее бывшую свекровь.

– Роман у меня, я как раз занялась переводом его русский. Хотите, вышлю вам его – он написан на английском. Прямо сейчас и сделаю. Скажите ваш электронный адрес. – Роберта назвала его. Но прежде чем отключиться, спросила робко:

– А про судьбу Клода там написано? Я имею в виду, женится ли он еще раз и… как? Он ведь уже дважды вдовец…

Настю пронзила эта мысль: вдруг Клоду вечно суждено быть вдовцом? Видно, это и беспокоит его мать.

– Роман не закончен, там события прописаны только на семнадцать лет вперед. И в течение этого времени Клод, вроде, не женится. Хотя я заглядывала вперед только на те страницы, где встречается мое имя.

Роберта не могла скрыть разочарования в голосе:

– Но все равно роман пришли. Семнадцать лет – это много.

Настя тут же сообразила, что Софья ведь заказывала гороскопы всего окружения ее детей, так что можно прочесть и гороскоп Клода.

– Соня составляла гороскоп Клода у знаменитого русского астролога. Дайте мне час, и я переведу его для себя. Позвоните по скайпу, и я прочту вам его.

– Но я не знаю ваш адрес там.

– Позвоните на Сонин. – Настя затосковала по подруге с новой силой. Ей хотелось прикоснуться к тем клавишам, что трогала и она.

– Отлично, – обрадовалась Роберта.

Настя отключилась и с быстро колотящимся сердцем взялась читать гороскоп Клода. Что скрывать, ей давно этого хотелось, но она не решалась, словно боялась, что Соня приревнует. А тут мать просит…

Она углубилась в текст. И думать забыла о Георгии. А тот ехал домой мрачный и усталый. Эйфория от секса с Лианой прошла. И он хотел принять решение, чтобы свое дальнее поведение строить, исходя из того, хочет ли он, чтобы Ася догадалась о его интрижке, или же хочет, чтобы Настя бросила его сама за что-то другое.