Вера Ард – Что я знаю о тебе? (страница 23)
– А если б ты был на месте Лениного мужа, тебя бы тоже всё устраивало?
– Ты про измены? Я не знаю, что у них за отношения были, – Максим опять замкнулся, он чувствовал, что Павел не хочет его понимать, желание откровенничать с ним ушло. – Мы в семьи друг друга старались не лезть. Но насколько я слышал, у него и самого рыльце в пушку было. Так что Лену это не смущало.
– Ты теперь боишься? – уже спокойнее, но чуть язвительно спросил Павел. – Что жена всё узнает?
– Боюсь. Я очень этого не хочу. Как и не хочу верить, что ее мог убить кто-то из людей, которых я знаю.
Марина, 19:40
– Как жалко ее… – Таня сидела на диване в гостиной и на глазах ее были слезы. – Несмотря ни на что, я никогда ей зла не хотела. На него да, злилась. Противно их было видеть вместе, но такое....
Марина сидела рядом с дочерью. Она рассказала ей всё, что услышала в магазине.
– Мне она с самого начала не нравилась, но я тоже в шоке от того, что случилось. Я очень надеюсь, что эта история с гугл-ящиком никак не повлияла на произошедшее.
– Мам, но… Последние сообщения, в них ничего не было? Ты не знаешь, с кем она должна была встретиться?
Марина внимательно посмотрела на дочь. Она боялась этого вопроса.
– Нет, – соврала она. – Когда я утром хотела зайти на гугл-диск, он уже был удален.
– Удален? Так значит, это все-таки имеет отношение к ее смерти, – прошептала она.
– Я надеюсь, что нет.
«Поверила?» – мелькнуло в голове у Марины. Нет, она не скажет Тане, что знает. Она должна защитить дочь любой ценой. Если даже полиция докопается до правды, Таня тут будет ни при чем. Она бы и про гугл-диск ничего ей не рассказала, но та заметила, сколько времени Марина проводит дома за рабочим ноутбуком и увидела, что на самом деле она там читает. Может, это было и к лучшему. По крайней мере, Таня наконец избавилась от своих иллюзий.
Марина подошла к окну и, глядя на горевшие огоньки соседних домов, вновь вспомнила тот день. Это было чуть больше двух недель назад. Всего лишь две недели, а столько изменилось. Она была в отчаянии тогда. Знать, что человек, так поступивший с ее дочерью, виновный в гибели ее внука, просто наслаждается жизнью, крутит роман с любовницей на глазах у всего магазина и чувствует себя абсолютно безнаказанным. Нет, нельзя было этого так оставлять. Но что она могла сделать? Директор ее и слушать не хотел, он был полностью под влиянием Максима, а говоря что-то на тему его связи с Леной, она наживала себе врага, который и Михаила вполне мог настроить против нее. И тогда она сама могла бы лишиться работы. Надежда оставалась только на приезд кого-нибудь из московского руководства. Или пан, или пропал, она рассказала бы все: про махинации Максима, про то, как он двигает на повышение свою любовницу, которая еще и спит с ушедшим к конкурентам Андреем. Но доказательства… Их не было. Они очень хорошо скрывались. Злость разбирала ее. Марине казалось, что она видит, как Максим насмехается над ней, понимая ее беспомощность. И Лена с ее фальшивой улыбкой. Как же она раздражала. На совещании Максим всем приводил ее в пример, а Марину цеплял и всё время намекал на ее ошибки. Она еле сдерживалась, чтобы не закричать и не влепить ему пощечину. Дома она просила у Господа смирения, но потом вновь возвращалась на работу и там беззвучно шептала: «Господи, накажи их». И молитвы ее были услышаны.
Лена в тот день сидела у Марины в кабинете, больше никого не было, они обсуждали вопрос по очередному больничному ее сотрудницы. Лена хотела избавиться от продавщицы, поскольку та постоянно болела, а на ее место никого взять дополнительно она не могла, бюджет не позволял. Марина в который раз уже пыталась ей объяснить, что они не могут проститься с человеком, потому что он часто болеет. Если та надумает обратиться в трудовую инспекцию, это будет грозить им серьезными проблемами. Лена недовольно закатывала глаза и стучала ноготками с идеальным маникюром по столу, на который положила свой любимый новый Айфон. На экране высветилось какое-то сообщение, и Лена сняла блокировку. Марина увидела, что она открыла почту. Как раз в этот момент зазвонила ее рабочая трубка, и Лена ответила. «Что? – произнесла она. – Марин, сейчас подойду». Лена выскочила в коридор. Айфон остался лежать на столе, не успев заблокироваться.
Марина потом уже не помнила, как она могла на такое решиться, но такую возможность упускать было нельзя. Она взяла Айфон, открыла Ватсап (Лена обычно пользовалась именно этим мессенджером) и попыталась найти там переписку, но тут ей в голову пришла другая мысль. На ее столе стоял рабочий ноутбук, на котором был установлен Ватсап. Марина иногда пользовалась этим приложением, долгие переписки в чате с коллегами проще было вести с полноценной клавиатуры. Марина не держала Ватсап открытым постоянно, чтобы на рабочем ноуте случайно не высветились личные сообщения, и каждый раз заново заходила, а потом выходила из программы. Делалось это очень просто. Она кликала на ярлык, на экране загорался QR-код, она заходила в настройки Ватсапа на телефоне, выбирала там «WhatsApp Web» и в появившемся окошке сканировала камерой QR-код с телефона. Сейчас она сделала всё то же самое, только с Лениного телефона. Не прошло и минуты с момента, как Лена вышла за дверь, а на ноутбуке Марины уже был Ленин Ватсап. Все ее чаты уже горели на экране. Марина быстро свернула приложение и заблокировала телефон, удостоверившись, что на экране ничего не изменилось. В этот момент Лена вернулась в кабинет.
– Клиент проблемный, сама понимаешь, срочно нужно было решить, – сказала она, беря Айфон в руку.
– Да, конечно, – произнесла Марина, пытаясь выровнять дыхание.
– У тебя щеки покраснели, – сказала Лена.
– Да что-то душно стало, может, давление поднимается, у меня бывает, – соврала Марина.
– Ясно… Ну так что мы все-таки можем сделать?
Уже позже Марина поняла, как опасно было то, что она сделала. Она весь вечер просидела в интернете, изучая, как можно было узнать, пользуется ли кто-то еще твоим Ватсапом. Это было несложно, нужно лишь зайти в раздел «подключенные устройства». Она молилась, чтобы Лена этого не сделала. Она молилась, чтобы никто из системных администраторов не залез удаленно в ее ноутбук. И еще много о чем, что могло позволить узнать о ее поступке.
Но она получила то, что хотела. Теперь ее рабочий ноутбук сохранял всю историю переписки, надо было лишь вовремя проверять, пока Лена ничего не удалила. Уже скоро Марина получила все необходимые доказательства ее связи и с Максимом, и с Андреем. Она делала скриншоты и пересылала чаты себе на почту. Но вот дальше… Дальше опять надо было принимать решение, что с этим сделать. Объявить всем, как она получила доказательства, Марина не могла. Действовать самостоятельно было страшно. Нужен был еще один человек. Саша был первым, кто пришел в голову. Он хорошо разбирался во всех айтишных вопросах, да и причин ненавидеть Максима с Леной у него было предостаточно. Тогда и пришла идея сохранить всё на гугл-диск и поделиться им с Сашей. Рисков здесь тоже было много, но Марина рассчитывала, что Саша никому не расскажет и все-таки воспользуется этой информацией, то есть сообщит ее кому нужно. И она подкинула ему записку. Она видела, что он заходил на диск, оставив ей вопросы типа «кто ты», на которые Марина не стала отвечать. Саша никому не рассказал про диск, но и дальше он ничего не сделал. По крайней мере, Марина результатов не видела. Лена всё так же проводила время с Максимом, в их отношениях ничего не изменилось.
Своей дочери Марина рассказала ту же историю, что придумала для Саши. Таня замучила ее вопросами, видя, что мать на нервах и что-то скрывает. Неделю назад она сказала ей, будто кто-то оставил в кабинете записку с доступами на гугл-диск. Когда Марина ей всё рассказала о встречах в гостиницах, на глазах Тани вновь выступили слезы, и весь вечер она не хотела разговаривать. Зато на следующий день, в прошлый понедельник, когда Марина вернулась с работы, Таня выглядела опустошенной, но удивительно спокойной. Она передала ей подтверждение свиданий из гостиницы. Марине это в голову не пришло. Таня позвонила в отель, где Максим с Леной встречались, и от имени Лены попросила прислать подтверждающие документы о ее пребывании там и заодно о том, что номер снимали на двоих с Максимом. Она просто назвала нужную дату. Проблем не возникло, администратор просто прислала по ее просьбе документ с печатями на специально для этого созданную почту. Удивительно, что Таня так поступила. Видимо, даже несмотря на слова матери, она всё еще не хотела верить, что Максим спит с Леной, не хотела признать очевидное. В этот день она как будто отреклась от прошлого. Она точно знала теперь, что представляет из себя Максим, и хотела, чтобы об этом узнали и другие. Но как же тяжело ей всё это давалось! Марина видела, что дочь старается держаться, но она постоянно переживает за свои ошибки и понимает, что из-за человека, который всего лишь пьяным захотел с ней переспать, она разрушила свою семью и потеряла долгожданного ребенка. Марине было безумно жаль дочь, и всё больше ненависти она испытывала к Максиму.
Лишь сегодня, уже удалив гугл-диск, от директора она узнала, что Саша (а больше некому) все-таки отправил письма Максиму, но тот сделал вид, что ничего не произошло. Тогда сделал вид. Но она точно знала, что он не простил Лену.