Вера Ард – Что я знаю о тебе? (страница 16)

Марина замолчала.

– А не в плане работы?

Марина вздохнула, отведя взгляд в сторону:

– Ведь о мертвых либо хорошо, либо ничего.

– Либо ничего, кроме правды. Я слышал такое окончание этой поговорки.

– Мне тяжело об этом говорить, ведь Лены уже нет, – тихо произнесла Марина.

– Возможно, это поможет узнать, что же все-таки с ней случилось.

– Ну хорошо, – немного театрально вздохнула она. – Пусть будет так. Я человек прямой и очень не люблю всякую ложь и интриги. А она, как бы это сказать помягче, этого совсем не гнушалась. Постоянные высказывания за спиной, перемывание костей. Она как будто чувствовала себя выше, опуская других. Мне, Саше, Ринату, Сереге вроде в лицо улыбается, а за глаза грязью поливает, – Марина говорила всё быстрее, видимо, давно хотела это кому-нибудь высказать. – Зато свои ошибки всегда либо на других переваливала, либо делала вид, что это такие мелочи, на которые и обращать внимания не нужно. Хорошо еще директор под ее влияние не сильно попал. Он человек семейный, немолод уже, зато Максим под ее дудку плясал. А через него она уже свое мнение и Михаилу проталкивала. Ощущение, что главное, что ей было нужно – это власть. А главным авторитетом у нас многие, при всем уважении к Михаилу, считали Максима. Я ничего плохого про директора не говорю. Он наш лидер, но у Максима гораздо больше опыта в компании, он эксперт и он более жесткий. А у нас всегда больше уважают того, кого боятся. Лена очень быстро поняла, на кого нужно делать ставку. К Максиму она не сразу подступилась, сначала был Андрей. Потом он ей поднадоел, да и понятно стало, что повышение его ждет не здесь и скоро он уедет. И она переключилась на Максима. И тот, такой грозный, недосягаемый, на деле оказался обычным кобелем, погнавшимся за молодой, – она остановилась, дабы не произнести нехорошего слова, словно сообразив, что может наговорить лишнего, – девочкой. Ох, разошлась я, извини, накипело. Нехорошо о ней так, – Марина покраснела и потупила взгляд.

– Ты уже не первая, кто говорит мне о ее взаимоотношениях с Андреем и Максимом. Они выходили за рамки рабочих?

– Да, – кивнула Марина. – Я это знаю.

– Откуда такая уверенность?

Марина опять замолчала, будто колеблясь, говорить или нет. Но Павлу это колебание показалось лишь уловкой. Она явно заранее решила всё ему рассказать.

– В начале прошлой недели в моем ежедневнике кто-то оставил записку.

Далее ее рассказ полностью повторял рассказ Саши, с той лишь разницей, что она не поехала караулить их у гостиницы, а позвонила туда на следующий день, представившись Леной Архиповой и попросив выслать ей на почту документы, подтверждающие ее присутствие. В гостинице ее фамилию не нашли. Тогда она сказала, что номер бронировали на имя Андрея Кузнецова. Это имя на указанную дату было найдено. То же самое она сделала и в другой гостинице, где Лена встречалась с Максимом. Бронь там также была на его фамилию. Всё полностью совпадало со словами Саши. Последняя встреча Максима и Лены была в этот понедельник. Как и говорил Саша, в переписке ничего не свидетельствовало о том, что они собираются порвать отношения. Максим ни словом не обмолвился о том, что знал о свидании Лены с Андреем. Марина тоже об этом не знала.

– Как ты думаешь, Максим мог знать, что Лена продолжает встречаться с Андреем?

– Не знаю. Он очень скрытен. Даже если бы он об этом знал, то вряд ли кому-то про это сказал бы.

– Даже Лене?

– Не знаю, как он повел бы себя в этой ситуации, может, конечно, ему всё равно было. Главное, что она с ним спит, а с кем еще – неважно. А может и нет. Он очень гордый, так что думаю, скорее всего, это бы его сильно задело.

– И он бы с ней порвал?

– Ну, скандалить он вряд ли бы стал, – покачала головой Марина. – Скорее уж отомстил бы. Благо у него на работе для этого много возможностей. Он не раз такое делал по отношению к другим. Причем за мелочь любую. А тут – всё серьезно. Судя по их переписке, он был влюблен не на шутку. От такой страсти до ненависти один шаг.

– То есть если бы он знал об этом, он мог бы сделать ей что-то плохое?

– Ты про ее смерть? Нет, нет, я так не думаю.

Павел видел, что Марина опять пытается врать. Он чувствовал, что она уверена, что Максим не только мог это сделать, но скорее всего и сделал. Когда она говорила про Максима, в ее словах звучала ненависть, как бы она ее не скрывала.

– А с Максимом у тебя какие взаимоотношения?

– Рабочие, – глядя в глаза Павлу, ответила она.

– Я просто чувствую, что он тебе не сильно нравится.

Марина болезненно вздохнула.

– Это как с Леной, они, наверно, не зря друг друга нашли. Они оба были как центры вселенной. Считали себя королями, а остальных мусором. Точнее, ресурсом для достижения своих целей – как рабочих, так и личных. Им было наплевать на всех, кроме себя. Только Лена пыталась это скрывать за своими улыбками и обнимашками, а Максим нет. Лене действительно нравился как мужчина только Андрей, она казалась влюбленной в него. Но потом наигралась и двинулась дальше. Так и Максиму была нужна Лена. А остальные – мальчики для битья. Он, в отличие от Лены, и не пытался казаться добрым. Его оскорбления все сносили, а потом сами же к нему и шли ластиться. Он же великий и ужасный. Пока я работала в офисной мебели – я была главной девочкой для битья, отчитывал меня постоянно, да и когда я в персонал перешла, всё время дергал и к моим ошибкам цеплялся, хотя моя работа сейчас с его почти не пересекается. Потом из-за Лены вся его ненависть на Сашу переместилась. Он мешал Максиму и из хорошего перспективного руководителя вдруг для других превратился в мямлю и посредственность. Цеплял его по любому поводу, хоть рабочему, хоть нет, всеми силами показывая, что тот недостоин повышения, хотя раньше сам говорил о том, что если кого-то и видит на своем месте, то только Сашу. Это всё нечестно, несправедливо было.

– Так и на гугл-диске было написано?

– Да, так же.

– А у тебя есть идеи, кто мог бы это сделать? Выкладывать туда информацию?

– Не знаю, даже мыслей нет.

– Ну не верю, наверняка же предполагала.

– Если честно, я подумала на Свету. Это в ее духе. Не в лицо сказать, а всё за спиной и чужими руками.

Саша при аналогичном вопросе тоже на нее указал. Еще, как альтернативу, он назвал Юру, но мотивации у него не было. «Просто, это было бы в его духе», – сказал Саша.

– Больше нет вариантов?

– Ну, конечно, были мысли по поводу Саши, но не верю в это. Он совсем не такой. Он бы не стал в чужих телефонах рыться, а потом это еще кому-то пересылать. Либо промолчал бы, либо всё рассказал директору, но это если бы его совсем допекли.

– Но ты никому рассказывать не стала?

– Нет. Я знаю, что поступила плохо, но нет. Я пока не знала, что делать с этой информацией, ну и хотела знать, что будет дальше.

– И чтобы ты сделала с доказательствами?

– С директором говорить по этому поводу было бесполезно. Он слишком ценит Максима, тому всё сошло бы с рук. Я хотела дождаться приезда кого-нибудь из вышестоящего начальства и уже рассказать им в присутствии директора. Тогда ему пришлось бы отреагировать.

– Как ты сейчас рассказываешь мне?

– Да, – с вызовом сказала она, но сразу добавила: – Но с Михаилом я сегодня тоже поговорю.

– Но тебе не казалось, что читать их переписку за спиной – это как раз та нечестность, в которой ты обвиняешь Лену и Максима?

– Да, – болезненно усмехнулась она, – временами мне самой противно, что я до этого дошла, но ты не представляешь, как тяжело было смотреть, что они творят с магазином последние полгода. Президент и первая леди…

– Но, как я понимаю, их работа приносила прибыль компании.

– Да, но какой ценой?

– А что не так с ценой? – Павел никак не мог уловить, почему эта история так задевала Марину. – Ну, помимо Саши. Были еще какие-то вещи, про которые я не знаю?

По Марине было видно, что она колеблется: сказать что-то еще или нет. Но все-таки подавила порыв и отделалась общими фразами:

– Может, действительно мне просто не близко, как они вели дела, и я придираюсь. Наверно, у них свой стиль руководства и если они приносят прибыль, то и говорить тут нечего. Они для компании ценнее, чем простые сотрудники, которых унижают или увольняют.

– Унижают? Что-то конкретное?

– Нет, ничего конкретного. У нас никто не жалуется, все боятся за свои места, – усмехнулась она.

Дальнейший разговор не принес Павлу больше никакой полезной информации. Марина замкнулась, но у него осталось стойкое ощущение, что она что-то недоговаривает. Она не просто хотела рассказать эту информацию руководству, скорее всего, она пыталась ее как-то использовать, но вот удалось ли ей это? И что за конфликт с Максимом? Тут явно было нечто большее, чем просто рабочие взаимоотношения. Лена – да, она ей не нравилась как человек и как коллега, а вот Максим… Нужно было разобраться в этом получше. Саша? Тоже что-то скрывает? Скорее всего, да. Очень сильно боится. Но чего конкретно? Что подумают, что он причастен к смерти Лены? Возможно. Явно обижен был на нее и Максима, хоть и старается это скрыть. «Хороший человек» – так директор охарактеризовал их обоих. И Сашу, и Марину. А на деле? Появляется способ отомстить обидчикам, и они им не воспользовались. Но кто дал им эту возможность? Тот, кто в курсе этих конфликтов и не хочет подставлять себя. У кого мог быть доступ к телефону Лены, чтобы собрать доказательства? А если копытце раздвоено? Мог ли Андрей или Максим таким образом подставить своего соперника? Нет, слишком сложно. У обоих семьи, вряд ли они бы стали откровенничать насчет себя даже таким образом. При расследовании всё бы всплыло. А если Саша или Марина покопались в Ленином телефоне и потом добавили другого в соучастники, дабы скрыть свою роль в этой истории? И насколько все эти переписки имеют отношение к смерти Лены? Имеют, Павел чувствовал, что имеют.