Вениамин Шер – Печать Велисы 4. Хищный агнец (страница 4)

Однако я почувствовал, как спина моей жены содрогается. Подняв голову, я недоумённо понял, что Ксенья тихо смеётся, бросив мыть посуду, при этом прикрывая ладонью рот.

– Эм… Ксюш? – приподнял я брови.

В этот момент жена не выдержала и откровенно засмеялась.

– Ха-ха-ха! Как же ты смешон, Андрей! Хи-хи! Я просто не могу… – весело вымолвила она и, оттолкнув меня, обернулась.

– Ты чего, Ксюша? – растерялся я.

– Чего я? – широко заулыбалась она. – Мне смешно от твоих дурацких слов, Черных. Ты хоть понимаешь, что ты туп?

– Что? В смысле… – нахмурился я.

– Без смысла. Вполне закономерно, что ты меня любишь, а я тебя терпеть ненавижу, – усмехнулась жена. – Ты не мужик, Черных. С ролью мужика приходится справляться мне. Знаешь, почему?

Но не дожидаясь моего ответа, она продолжила:

– Потому что ты бездарь, и кроме своих нищенских денег, ты ничего не приносишь в дом. Даже самого себя, когда ты так нужен. Я делаю всё! И борщ приготовить, и сына воспитывать, и гвоздь забить! Да ты даже меня удовлетворить в постели не каждый раз можешь из-за своей долбаной работы! У меня как будто и нет мужа, – покачала головой жена и с презрением оглядела меня с ног до головы. – Ты не мужик, а безрукая и немощная тряпка, которая не умеет ничего, кроме как носить форму и папку с протоколами…

Не знаю, что со мной произошло, но я первый раз за восемь лет нашей совместной жизни, вдарил Ксюше по лицу размашистую оплеуху. Просто, мощно, дал пощёчину, не применяя кулак. Моя жена от этого удара отскочила к мойке и, с усмешкой, вытирая губы, подняла на меня взгляд исподлобья.

– То есть ты показал, какой ты крутой мент, да?

– Ксюш, прости, я… – потянул я к ней руки, но она шлепком запястья отбилась от меня.

– Ещё раз повторяю: ты жалок, Черных. Убери от меня свои руки. Как ты мне противен, – фыркнула жена. – Жри и вали уже спать. А после этого сядь за свой комп и пропади на свои жалкие выходные. Не порть нам Димой пятницу, сраное позорище…

После этих слов я просто не понимал, что со мной произошло. Мой рассудок помутился, и я, как в тумане, подошёл к Ксенье и схватил её рукой за горло. Чуть задыхаясь, она схватила нож рядом с мойкой и ударила меня в шею.

Я тут же её отпустил, ошалело схватившись за фонтан крови из глотки, а жена стала безумно смеяться.

– Ты сдохнешь в безумии, Черных! Ха-ха-ха! – хохотала она, подойдя ко мне, и воткнула кухонный нож в бок. – Познай безумное отчаяние, пустой! Ха-ха-ха-ха!

Я в ужасе попытался её оттолкнуть, но в диком страхе и растерянности, измазанный своей же кровью, поскользнулся и упал.

– Сдохни! Сдохни! Сдохни!.. – повторяя как мантру, Ксюша стала из раза в раз наносить мне удары ножом в спину и бочину.

От внезапности ситуации я просто не мог отбиться от психопатки, а следующий удар ножом произошёл под левое ребро по самую рукоять и моё сознание полностью погасло через несколько секунд.

Последнее, что я увидел, это широкую улыбку сына, который наблюдал за нами из коридора…

Глава 2

– Андр… Андр!.. – услышал вдалеке женский голос.

Однако я почему-то подумал, что обращаются не ко мне, и опять начал засыпать.

– Очнись, подлец! – прозвучал отчётливый крик, и я через силу открыл глаза.

Перед моим взором стояла полыхающая тьмой актриса из фильма «Сумерки», в сексуальном платье с вырезом у ног и с глубоким декольте. Её алые радужки глаз светились, с недовольством сверля меня взглядом.

– Ты обещал дать мне жизнь, а не окончательную смерть! Как ты мог так поступить?!

– Я… не понимаю… – растерялся я, оглядываясь.

Вокруг лишь непроглядная чернота, словно в мистическом кино.

– Вспоминай! – крикнула она и, приблизившись, влепила мне звонкую пощёчину.

Моя голова дёрнулась, а в ушах раздался звон. Однако, оплеуха подействовала более чем. Моя память неохотно оживала, и я в удивлении поднял взгляд на женщину.

– Алианариш… – прошептал я и протянул к ней руку.

Она мгновенно смягчила свой пыл и взяла мою ладонь двумя руками.

– Правильно. Это я, – спокойно ответила она. – Нужно исправить свою ошибку. Ты обязан очнуться от божественного морока. Какой-то тёмный артефакт с непонятной силой поглощает тебя, а после твоей смерти он займётся всеми нами.

– Вами? Кто…

Алианариш кивнула головой в сторону, а позади неё появились короткостриженая брюнетка и блондинка.

– Лена. Юля…

Девушки подбежали ко мне с двух сторон и схватили меня за руки.

– Хозяин! – воскликнула Лена, держа перед собой мою руку. – Запомните – вы должны сомневаться ещё сильнее! То, что вы делаете, этого недостаточно! Ваши силы таят!

– Вы должны не верить дням, хозяин, – добавила Юля и, состроив жалостливое лицо, прижала мою руку к своей груди. – В них нет двух дней. Понедельник – это начало, а пятница – конец, когда у вас отбирают жизнь. Уже прошла четвёртая пятница.

– Да что… Я ничего не понимаю. Что это значит? – изумился я.

– Андр! Время! – взяла слово Алианариш и обхватила моё лицо обеими руками. – Мы попробуем ещё раз. Когда ты очнёшься, вспомни о своей невесте, Анне. Вспомни о своих Лесте и Олихе! Или обо мне! Слышишь меня?! Вспомни обо мне, Андр! Я постараюсь напомнить про дверь!

Алианариш притянула меня к себе и жадно поцеловала, проникая своим языком мне в рот. Я утопал в этом сладком поцелуе, а мой взор стало заволакивать чёрной пеленой.

«Вспомнить. Я должен вспомнить Алю…» – подумал я, теряя сознание.

– Анд-рю-ша… Вставай… – услышал я и почувствовал на своей щеке нежный поцелуй.

Приоткрыв один глаз, я почему-то испуганно дёрнулся, увидев перед собой рыжую девушку, лежащую на моём правом плече.

– Эй, ты чего? – удивилась Ксенья. – Сон плохой приснился?

– Да-а… – протянул я, опять уронив голову на подушку.

– Чего снилось?

– Не помню уже.

«Вспомни!» – вдруг прозвучал в голове женский голос.

Это был словно отголосок сна, который я видел ранее, но я напрочь не мог припомнить хоть одного момента.

– Вот и правильно. Плохие сны лучше не помнить. – кивнула жена и опять поцеловала меня в щеку.

– Кстати, сегодня что, уже понедельник? – спохватился я и взял телефон с прикроватной тумбочки.

– Какой ты догадливый, – усмехнулась Ксюша. – Тебя даже ни разу за выходные не вызвали. И это при том, что они попали на субботу и воскресенье.

– Зато выходных как будто не бывало, – с недовольством я поглядел на время в телефоне – семь утра. – Вчера вроде пятница была.

– Ну ещё бы… Меньше за компом надо сидеть, – ехидно усмехнулась Ксенья.

– Я всего-то вчера полдня посидел, – зевнул я, вставая с кровати. – Собирай сына, я докину его в школу.

– Ему десять минут идти, но это лишним не будет, – кивнула жена. – Кстати, ты сегодня обещал отлучиться ненадолго с дежурства и забрать меня с работы в четыре. А ещё надо заехать к Вале за утюгом.

– Я постараюсь, Ксюнь, – нейтрально ответил я, а супруга чуть нахмурилась, но ничего не ответила. Всё же она должна понимать, что я не всегда могу свалить с работы, даже на час.

Почёсывая живот, я отправился умываться. Зевая, открыл воду в раковину, схватил зубную щётку и взглянул на себя через зеркало. Привычное чуть округлое лицо с узким подбородком и уставшие серые глаза – это обыкновенное моё состояние, уже практически пять лет подряд. Правда, эти самые глаза зацепились за волосы цвета шатен.

«Они же светлее должны быть», – нахмурился я и схватился за колючую морду.

По-быстрому ополоснув лицо, я накинул пены и стал бриться.

– Привет, пап, – услышал я и обернулся.

В ванную зашёл сонный Дима.