Вениамин Шер – Мир Эрон. Жнец. Том 4 (страница 7)

Похоже, здесь полная жопа в квадрате. И, как ни странно, появление Вэлоссы по-любому бы хуже не сделало.

Я пытался спрашивать у него про другие расы, но он так же не понимал, о чём я говорю. Для него «эльф» и «человек» – абсолютные синонимы. Пришлось сбрасывать ему образы различий рас, после чего он ушёл в ступор на десяток минут. А вот когда он отвис, то со всей серьёзностью сказал, что каких-либо других разумных рас тут просто не существует.

Эти дертри существовали здесь с незапамятных времён, но из поколения в поколение у них ходят легенды, что «хрустальные» прилетели со звёзд. А как жили эльфы до этого – никому неизвестно. Знают только то, что эльфийский бог покинул этот мир. Возможно, из-за инопланетян, или из-за ещё какой причины – узнать давно не у кого.

Своего имени он, кстати, не имеет. Оно выдаётся только после двадцати трёх лет, потому как нет смысла придумывать малышу имя, если его завтра могут пустить на мясо.

В общем, в этом крайне жестоком и жёстком мире, творится полнейшая дичь…

А я ещё в толк не мог взять, почему он на лицо выглядит крайне молодо, лет на семнадцать, но тело вполне себе сформировавшееся и ростом даже чуть выше меня. Внешность у него была стандартная для этой расы – острый подбородок, изумрудные глаза, светлые волосы выше плеч, из которых пробиваются эльфийские уши.

Удивительно, но никакие источники у него не установились – просто ноль. Алира предположила, что это из-за самого мироздания и, возможно, они владеют всеми видами магии и так. Эльф же рассказал, что волшебством у них владеют только старейшины общины – они могут взрастить плод на дереве или напоить водой. Вот только он это рассказывал с придыханием и восхищением, как о Чуде.

Посмотрев статы парня, я охренел очередной раз за сегодня – сосуд тридцать две единицы маны.

«Этот мир решил поиздеваться над бедными эльфами?!» – с глазами на лоб, подумал я.

Понятно, почему у них так туго с магией – им просто не хватает сосуда на что-то более серьёзное, чем у новичка-подмастерья из Эрона.

– Есть одна очень интересная закономерность… – появилась Алира возле меня.

Эльф шарахнулся от неё, как ошпаренный.

– Ну вот, парня испугала… И какая же? – усмехнулся я.

– Как бы ты ни тратил здесь ману, у тебя сосуд не растёт совершенно. Полностью отсутствует его развитие, потому как концентрация маны в пространстве тут просто зашкаливает. Если помнишь, верхний план Инферуза довольно скуден на ману, и линии аномалий просто гигантские – как раз за счёт такого напряжения и растёт внутренний сосуд, – ответила искин, глядя на обалдевшего эльфа.

– Много маны так же плохо, как и её отсутствие, – заключил я.

– Именно. Но благодаря тьме, которая здесь всё же требует ману, но крайне мизерное количество, из них могут получиться приличные маги, – ткнула она пальчиком в эльфа, который со страху сглотнул слюну.

Я познакомил эльфа со своим искином, и он более-менее расслабился. Была глубокая ночь, поэтому я решил перекусить и лечь спать. Завтра нужно будет детально заняться образами воспоминаний моего подопечного.

Слова, конечно, хорошо, но мне нужно самому увидеть детали происходящего в этом долбанутом на всю башку мире.

Когда я открыл портал своего пространственного инвентаря, эльф упал на колени и смотрел на меня, как на бога. Я тут же его обматерил на русском и настойчиво попросил взять себя в руки. После того как я достал готовую еду и пригласил его «за пол», парень накинулся на пищу, как будто он не ел неделю. Что, собственно, и подтвердил позже. Сметал он с блюд в глиняной посуде всё подряд.

– Господин Рокаин, вы прилетели с небес? Из другого мира? – спросил он меня после третьей тарелки и сразу навалился на четвёртую.

– Можно и так сказать… – хмыкнул я, посматривая на его измазанную в соусе харю. – Я посланник богини Вэлоссы.

– Это бове-ственная еда, господин Рокаин. Я ничего подобно-во не в-ел за всю мою вы-знь, – набивая рот проговорил он, продолжая опустошать тарелку ложкой.

– Если всё пойдёт как надо, то вы все будете питаться так постоянно, – усмехнулся я, попивая эль.

– Ради такой еды, я готов сделать всё как надо… – ответил он со всей своей эльфийской серьёзностью.

– Понятливый парниша. Буду иметь ввиду, – гоготнул я.

В общем, мой первый подчинённый забивал свою утробу едой, как не в себя. Он бы ел и дальше, если бы я достал ещё еды. Но я, здраво рассудив, что эльф не выглядит скелетом, у которого кожа да кости – отправил его спать. И сам следом завернулся в спальник.

Глава 4

Встал ни свет ни заря, потому как сутки всё же объёмные, но первым делом я растолкал паренька, чтобы он дал доступ к сканированию своей памяти. Мне не терпелось начать действовать, потому как разменивать один день здесь на три дня в Эроне психологически очень некомфортно. Вот и тороплюсь как могу.

Когда он подтвердил разрешение на сканирование, я сразу усыпил его нанитами, что у него остались от меня, а Алира занялась анализом ключевых фрагментов его памяти. Я же в это время начал дорабатывать дополнительный микс образов для своего молодого адепта тьмы. Мне пришлось забить в его голову некоторые принципы из Эрона, как живут люди, их взаимоотношения, манеры и этикет. А также вдолбил ему скрипт базы по владению оружием и магией тьмы, ибо я теперь уверен, что эльфы поголовно будут на моей стороне – хана кристаллическим козлам.

Отдельным вопросом стояли крылья для полёта – сосуда паренька на них не хватит без использования накопителя. Но вот лезвиями, пологом и щитом тьмы он владеть сможет даже с тридцатью единицами. Щит Алира рассчитала ещё вчера, и теперь он работал в активном режиме и не мешал обзору. При малейшей угрозе щит раскрывается тёмным полукуполом и поглощает любую материю или магию.

Когда я закончил подборку образов и баз, моя помощница уже выявила всё самое важное из его памяти. Так что, начав установку образов эльфу, я начал знакомиться с тем, что накопала моя дорогая суккуба. А посмотреть было на что.

Первым делом я порадовался, что «кристаллики» совершенно не владеют магией. Они пользуются исключительно оружием и некоторыми приборами на основе магии. У них даже есть летательные аппараты, с помощью которых они, наверное, разведывают местность.

Есть подобия бесколёсного транспорта, который левитирует в полуметре над землёй и на прицепе перевозит весь отряд полуголых инопланетян. Собственно, это всё, что видел наш молодой адепт.

Интересно ещё то, что популяцию эльфов эти уроды контролируют. Удирающую общину они никогда не вырезают под корень, а забирают на своё пропитание пару-тройку эльфов. И стараются это делать равномерно, до такой степени, что оставляют в общине примерно равное количество эльфиек и эльфов. Точно так же они поступают и с дикими животными.

У них, так сказать, пастбище – это весь мир. Здесь даже присутствуют вражеские города, однако эльфы к ним и на пушечный выстрел не подходят. Молодой парень видел только один раз в жизни один из городов. Это был блестящий белый город с высотками и острыми шпилями башен, которые на солнечном свете переливались чуть ли не цветами радуги, возведённые словно из хрусталя. Вот только эти воспоминания на него наводили не чувство прекрасного, а страх и ужас.

«Вот тебе на… Разрыв шаблона, однако», – хмыкнул я, сидя на полу и обдумывая воспоминания.

Зло во плоти живёт в блестящих белых небоскрёбах, а добро будет бороться с помощью тьмы и палок. Второй раз убеждаюсь, что богиня не просто так послала меня именно сюда с моим нейроинтерфейсом.

Даже владыка нижнего мира, такой как Велинтар, мало бы что тут сделал. Он бы просто физически не смог собрать эльфов под своё крыло, так как языковой барьер так просто не пробить. Да и от ушастых толку бы не было, из-за полного отсутствия способностей. А потому владыке пришлось бы в одно рыло обследовать весь мир, на который без должных знаний уйдут десятилетия.

Общины эльфов тоже довольно непростая вещь и очень специфическая для меня. Дело в том, что старейшин никогда не забирают на мясо, и эти самые старейшины регулируют рождаемость и подбирают пары между эльфами.

«Совпадение? Не думаю…» – нахмурился я.

Мой подчинённый был влюблён в одну эльфийку, которая была на пару лет старше него, и она отвечала ему взаимностью. Но старейшина отдал её более сильному и здоровому эльфу, заставив совокупиться на «Обряде зачатия» перед всей общиной.

«Мерзостно и отталкивающе, ничего не скажешь… Как животные…» – скривился я как от лимона.

В этой же общине строго поделены дела между её членами. Если женщина пряха, то она останется такой до тех пор, пока её не сожрут. Мужчина-собиратель останется собирателем и так далее. Короче, у них полностью расписанный ручной труд до конца их короткой жизни.

Взглянув повнимательней на парня при свете солнца, я увидел, что его руки были в грубейших мозолях. Он был «копателем» – рыл ямы острой палкой с малых лет. Одет был в отвратительную, смердящую серую мешковину ужасного качества с плетением крупной ячейкой, а на ногах завязаны какие-то лапти из сухих вьюнов.

Мне серьёзно стало жаль всех этих эльфов. Они ведь не просто порабощены, а превращены в скот, который сам себя растит в ужасных для жизни условиях. От этих мыслей тьма во мне зашевелилась, разливаясь приятным чувством сладкого возмездия этим кристальным ублюдкам.