Вениамин Шер – Гордость, зомби и демон (страница 4)

– Укус неглубокий… Слегка кожа повреждена… Клыков-то у них нет, – вздохнул я.

– Ты что, фильмов не смотрел? Достаточно одной царапины… – возразила поникшая Маруся.

– Мы же не в кино! И вообще не на Земле, так что, может быть…

– Да ничего не может быть! Из-за чего, по-твоему, на этой «не-Земле» толпы мертвяков?! Не демонами же они заразились?! – вспылила она.

– Ты себя плохо чувствуешь? – приподняв бровь, задал я вопрос.

– Нет, вроде… Но место укуса ноет…

– Вот и не наводи панику раньше времени! – сказал я басом, а затем сразу сузил голосовые связки. – Нам сейчас главное ‒ найти какой-нибудь ночлег в этом здании. Забаррикадироваться, обработать укус, найти крепкую одежду, еду и, желательно, какое-нибудь оружие, – добавил я, сжав в руке бейсбольную биту, и направился к ограждению на крыше.

Руся на мою реплику промолчала, упиваясь сожалением и безнадежностью ситуации. Хорошо, что на меня её чувства не действовали, как в лесу. Поэтому я спокойно осмотрелся с высоты многоквартирного дома.

В принципе, можно подумать, что мы находимся в другой стране. Такие же улицы, кварталы и дороги с пожелтевшей разметкой. Но неумолимо понимаешь, что находишься в другом мире. Потому как, элементарно, дома, были необычными. Так даже в аду не строили, с еле заметным конусным наклоном. А некоторые многоэтажные дома блистали овальными окнами.

Автомобили были в основном с тремя колесами и с кузовом треугольной формы. Конечно, были также и с четырьмя колёсами, с типичным кузовом седанов и хэчбэков, но эти машины совершенно не напоминали земные модели. А еще отличались дорожные знаки. Точнее, я предполагаю, что это дорожные знаки, потому как стрелки и идущие человечки на некогда белых прямоугольных плакатах явно намекали, что переходить дорогу нужно «здесь».

Иногда встречались шевелящиеся иссохшие трупы. Один раз вдалеке промелькнула какая-то фигура, которая карабкалась по высотному зданию в соседнем квартале. Но на таком расстоянии было невозможно разобрать, зомби это или еще кто.

Около часа я изучал видимую область города, пока большое солнце не приблизились к горизонту. Температура на улице практически не поменялась, но я почувствовал, как тело девушки начал бить озноб, а место укуса серьёзно припухло.

– Сатанист вас дери… – пробормотал я, надавливая пальцами вокруг раны.

– Началось… – мертвецким тоном прошептала Руся, отстраняясь от зрения и слуха.

По её душевному состоянию я понял, что она потеряла всякую надежду и, ничего не говоря, провалилась в межастралье. Недавно она научилась делать это с моей помощью. Вроде как, там не опасно, поэтому я не стал следовать за ней, а встал на колено и, выдвинув лодыжку, ещё раз посмотрел на рану.

– Если сатанист не идёт к демону, то демон пойдёт к сатанисту! – рыкнул я и пирокинезом прижёг рану.

Из раны начала выходить бурлящая зеленоватая жижа. Запахло паленым мясом и какой-то кислятиной. Даже с притуплённой болью я всё равно стиснул зубы. Выжигал это всё до тех пор, пока зелёная жидкость полностью не стекла на гравий. Тело Руси начал ещё сильнее бить озноб, поэтому я резко встал и направился к выходу с крыши.

Посередине крыши-поля стояла «будка» с дверью, понятно намекая, что это спуск внутрь здания. Это, конечно, было опасно в таком состоянии, но находиться под открытым небом, когда по стенам города может кто-то лазить, – не лучшая идея. Нам нужно временное убежище, и, желательно, хоть с какими-нибудь медикаментами, едой и водой.

Дверь будки была заперта, причём с моей стороны даже не было ручки, за которую можно было потянуть. Поэтому я медленно, не создавая лишнего шума, открыл металлическую дверь, как консервную банку, вырывая её наружу.

«Странно было ожидать, что электричество до сих пор есть» – хмыкнул я про себя, заходя в полный мрак.

По внешнему виду было понятно, что этот зомби-апокалипсис длится здесь уже не первый год, а то и десяток лет. Но мне, как демону, совершенно нестрашна тьма по причине ещё одной моей врождённой способности. Поэтому экстерьер здания окрасился в черно-белые тона, показывая лестничный марш до самого низа.

Спустившись на пролёт седьмого этажа, я аккуратно открыл дверь входа на этаж и, вытянув голову, огляделся. Там сразу же показался длинный коридор, в котором валялись несколько иссохших скелетов. Поэтому, пройдя во внутрь, я начал поочерёдно и аккуратно открывать боковые двери в квартиры. Некоторые были заперты, а некоторые красовались полной вакханалией с разбитыми окнами и поломанной мебелью.

Просмотрев десяток комнат и переступая иссохший труп, я подошел к последней, торцевой комнате.

– Кх-ха-а! Ы-э-ы! – услышал я сзади, перед тем, как прикоснуться к круглой ручке двери.

Я резко обернулся и увидел тот самый поднимающийся труп. Который всё же не был скелетом, но смело приближался к такому понятию. Он еле как встал и начал оглядываться в полном мраке. Было ясно, что он ни фига не видит, в отличии от меня.

– Эй! Ты! – негромко пробубнил я басом, а зомбяк тут же развернулся и поковылял в мою сторону.

Такой прыти, как у мясистых зомби, у него не было совершенно. Он медленно хромал и, постанывая, двигался на звук.

– Изголодался, бедняжка? Ничего, в местном аду тебя покормят, – сказал я, вытянув руку ладонью вперед, и сжал её в кулак, одновременно с этим превращая зомбака в издающий хрусты комок костей и сухой плоти.

Дверь последней комнаты не поддавалась. Я всё равно планировал вскрыть те, что не открывались. А так как эта была последней, я с неё и начал. Выдрав ручку и протолкав внутренности замка вовнутрь я все же сумел её открыть.

За ней, напротив меня, сидели два обнимающихся скелета в какой-то защитной одежде, типа военной формы. В руке одного из них находился не маленький пистолет. Они сидели, оперевшись спинами на кожаный диван, и, судя по одежде, – это были мужчина с женщиной.

Осмотрев их поближе, я понял, что они совершили суицид одной единственной пулей, которая пробила единовременно две головы. Не завидуя грешникам-самоубийцам, я принялся к осмотру квартиры, которая оказалась трехкомнатной.

Все окна в квартире были закрыты какими-то толстыми пластиковыми панелями, а по раме были приварены металлические пруты, для усиления конструкции баррикады. Если те «скалолазы» обладают только человеческой силой, они ни за что не пробьются вовнутрь. Поэтому, наметив нам очень удачный вариант убежища, я принялся обшаривать комнаты в поисках полезностей.

Поискав по пластиковым обтекаемым ящикам на кухне, обнаружил какие-то металлические квадратные контейнеры, десять сантиметров в кубе. Непонятные символы на лицевой этикетке отличались различными картинками от этикетки боковой. По виду это было похоже на овощи либо фрукты.

Взяв нож, я аккуратно вскрыл один из контейнеров, по принципу вскрытия консервов, принюхался и ощутил запах маринада. Взял ягодку, которая была дико похожа на оливку, и надкусил. Это и правда оказалась оливка. Значит, небольшой запас еды у нас есть!

Обшарив почти все ящики в остальных двух комнатах, я обнаружил только шкаф с верхней одеждой, нижнее бельё и тумбочку с какими-то баночками, у которых была кнопка сбоку. При встряске там болталась какая-то жидкость, как будто я взбалтываю дезодорант. Но нажимать на кнопки я всё же не решился ‒ мало ли, что это такое. Там же я обнаружил и воду в пяти пластиковых ёмкостях вполне земного вида. Принюхивался я долго, но всё же отпил и убедился, что это простая вода.

Когда я закончил все необходимые поиски, меня заколотил бешеный озноб. Не теряя времени, я стал думать, как забаррикадировать дверь. Оглянувшись на потолок, увидел длинную металлическую трубу, пяти сантиметров в диаметре. Затем грубо со скрежетом, вырвал её телекинезом, пробив две дыры в стенке, по бокам двери, и вдел туда трубу.

С крошевом бетона и диким скрежетом я скрутил её вокруг двери, как электрический провод, и примял с двух сторон. Теперь, чтобы выйти или войти, нужно вырвать к сатанистам весь проём. Дверь, конечно, слегка болталась, но… она была металлическая, а в щель, что образовывалась при открытии, могла протиснуться разве что женская кисть.

Удовлетворившись своим высокотехнологичным замком, я прошёл влево, в соседнюю комнату, – где стояла вода – раскрыл лежащее на кровати одеяло, стряхнул его от слоя пыли, лёг на мягкий матрас и, укутавшись, провалился в межастралье.

Когда появился на песке солнечного астрала, я сразу увидел Марусю. Низко опустив голову, она сидела, обхватив руками колени.

– Маруся… Я нашел убежище, еду, и уложил тебя… – попытался заговорить я, но она, не поднимая головы, перебила:

– Скоро я превращусь в зомби. Смысл во всём этом… Я чувствую, как мне плохо… – Из песка вокруг девушки просачивалась чёрная дымка и касалась её души.

Я подошёл к ней и, сев на корточки, начал более детально рассматривать этот процесс. Эта непонятная дымка как будто втягивалась в девушку, медленно отравляя её душу. Вижу, что эта дымка исходит от астрала и просачивается в её физическое тело.

«Бред какой-то! Болезни не могут влиять на душу! Инфекции и физическое тело – это одно, а душа ‒ совсем другое!» – ошарашенно подумал я. – А ну-ка встань! – рявкнул я, потянул девушку за локоть и подхватил её на руки.