Вел Павлов – Последний реанорец. Том XI (страница 10)
— Нина, Инна, что скажете? — тихо обронил Головин, бросая встревоженный взгляд на обеих магинь и их пациентов. — Сможете исцелить?
— Вряд ли, — кратко отозвалась княжна.
— Инна права, всё скверно, — невольно скривившись, вынесла вердикт сама Туманова, продолжая анализ. — Ты же в курсе, что любое такое пламя не поддаётся исцелению. Так что, скорее всего, нет. Боюсь, без Симонны и хранительниц воды здесь не обойтись. Но ты сам знаешь, что она, Рострик и Карз уже проводили на этой неделе занятия. К тому же здесь действовали… наверняка.
— Проклятье! — процедил сквозь зубы ректор. — Ты сама понимаешь, что это то же самое, что обратиться к самому Лазареву. Мне напомнить тебе о его харак…
Однако мужчина практически мгновенно осекся и виновато посмотрел на альвов, которые тотчас нахмурились после его высказывания.
— Не нужно напоминать, молодой князь фигура видная, уже наслышана. Но прости, Игорь, здесь мы и вправду бессильны, — с тяжелым вздохом изрекла княгиня. — Исцелению проклятий мы только учимся и то благодаря хранительницам воды. Амеры в малефецизме на голову выше нас…
— Игорь Андреевич, — вдруг выпалил громко Гладков, которому пришел отчет от заместителя и тот вклинился в разговор. — Лазарев с секунды на секунду будет здесь.
— Во имя Катаклизма! Ну, сейчас начнется. И за что…
Договорить глава рода Головиных не успел, потому как дверь резво отворилась и в палату словно прокаженная влетела его секретарь и с ужасом взглянув на ректора, безмолвно начала жестикулировать и одними глазами попыталась показать себе за спину.
Однако мрачный мужчина и безо всяких советов понял, что к чему и дал подчиненной отбой, потому как пяток секунд спустя в лечебницу, которая погрязла в пугающей и тягостной тишине, пожаловал сам князь Лазарев со своей обычной гримасой полнейшего отчуждения на лице в обществе двух своих жен.
— Приветствуем главу рода и княгинь, — мгновенно отозвалась троица альвов, вскакивая на ноги и склоняя почтительно головы.
На приветствие студентов мужчина спокойно кивнул, тогда как Калира в это самое время со всех ног устремилась в сторону постелей изувеченных сородичей. Однако стоило ей приблизиться, как она резко остолбенела и с ужасом уставившись на увиденное, горько сглотнула.
Большая часть тела и лица у представителей дома Тёмного Течения напрочь обгорела, но взгляд цеплялся за совсем иное. За глаза. Ведь они оказались чем-то или кем-то выжжены. Полностью выжжены.
— Пр
— Интересно… Очень интересно, — сухо декларировал бывший опальный князь, не сводя равнодушного взгляда с двух альвов, а после расслабленно взглянул на присутствующих, отчего Гладков с Анастасией и Иной вздрогнули и слегка отшатнулись прочь. — Моё почтение, дамы и господа. Вижу, вы все в делах и заботах. И как оно, Нина Егоровна? — спросил юноша у целительницы, пальцем указывая на жертвы. — Получается?
— Вы ведь сами видите, что нет, — с поникшим лицом и сожалением отозвалась Туманова. — Тут мы бессильны.
— Захар, лучше держи себя в руках и не руби с плеча. Не стоит всё усугублять, — заговорил холодно Головин, собравшись с силами и встав прямо напротив столпа, хоть и далось ему это со вселенским трудом. — Это был официальный поединок. Ты сам знаешь правила. Академия разберется в данном инциденте. Тебе не нужно вмешиваться.
— Их академия тоже исцелит? — с широкой улыбкой осведомился парень, заставив ректора замолчать и нахмурится.
— Мы уже взяли всех участников дуэли под стражу, как и всех судей этого поединка, — с напряжением в голосе произнес начальник службы безопасности.
— Хватит, Гладков! — отмахнулся лениво князь, пронзив недовольным взглядом безопасника, отчего тот невольно поёжился. — Ты за кого меня принимаешь? За трёхлетнего ребенка? Знаю я для чего вы взяли их под стражу. Чтобы я до них не добрался, пока вы их выпроваживаете прочь из империи.
— Захар, не совершай опрометчивых поступков, — вновь завёл старую шарманку Головин, начиная напрягаться. — Они студенты по обмену. Есть соглашение двух империй. Я знаю твой характер, догадываюсь о твоей силе и понимаю, как это всё выглядит с твоей точки зрения, но нельзя идти напролом…
— Игорь Андреевич, вы считаете, что я буду разбираться с мелкими сопляками из амерской империи? — со сталью в голосе вопросил Лазарев, перебив ректора и чуть склонив голову набок. — Думаете, это достойно князя? Дети повздорили! С кем не бывает? — усмехнулся радушно уникум, пожав плечами, чем ввёл в ступор и недоумение ошеломлённого старика. — Я забираю своих ребят. За исцеление тоже возьмемся сами. Как и сказала Нина Егоровна, академия здесь действительно бесполезна.
Каждое слово Палача Империи походило на удар по самоуважению Головина, словно он орудовал молотом по наковальне. И чем дольше тот говорил, тем мрачнее и напряженнее становился ректор и начальник службы безопасности. Всем и без того становилось понятно, что такой человек не спустит данный вопрос на тормозах.
— Однако, прежде чем мы уйдем, — вдруг ни с того ни с сего осклабился мужчина, присев на свободное место. — Я хочу кое в чём разобраться, а вы будете свидетелями, — и поманив к себе троицу альвов, которые мгновенно подчинились, спокойно добавил: — Рассказывайте, как всё было на самом деле и ничего не бойтесь. Я внимательно слушаю.
***
— Глава, это был Кайл Астор и три его приятеля, — как на духу выпалил альв.
— Астор, Астор, Астор… — задумчиво пробормотал я себе под нос, почесывая щеку. — Что-то знакомое… Кто он?
— Кирк Астор, — вдруг тихо произнесла княгиня Туманова. — Ты убил его на столповом магинарии. Он проклял его высочество. Кайл — это его двоюродный брат. Побочная ветвь их дома.
— Ах! Точно! Жалкое отребье. Тот никчемный смертник-малефик… — с загадочной улыбкой подтвердил я, а после поднял глаза на альва. — Эти идиоты ничему не учатся. Впрочем, ладно. Подробности.
На мгновение в палате возникла тишина и нервно переглянувшись со своими друзьями и взглянув на изувеченных товарищей, юноша продолжил:
— Я прошу вас не сердиться, глава, но эта дуэль произошла… она произошла из-за вас, — невнятно проговорил парень, бросая затравленные взгляды на Лиру в поисках поддержки.
— Надо же, — ухмыльнулся весело я. — Это действительно становится интересно.
— О чем ты говоришь, Сицил? — произнесла растеряно Калира.
— Матриарх, они… они оскорбляли и поносили главу, — сбивчиво зашептал альв, крепко сжимая руки в замок. — Они… они говорили, что он смертельно болен… Говорили, что вскоре… что он вскоре…
— Продолжай, — попросил расслабленно я, широко усмехаясь. — Можешь говорить всё слово в слово. Не переживай.
— Они говори, что наш глава скоро сдохнет! — выпалила решительно единственная девушка из всей троицы. — Говорили, что жить вам осталось недолго. Мы — члены рода Лазаревых, поэтому и не могли спустить подобного. Кларисса и Риаз не выдержали и бросили им вызов. Ну а дальше…
— Я уже понял. Их просто запытали, — как можно теплее улыбнулся я троице альвов, неторопливо поднимаясь со своего места. — Этого достаточно. Вы молодцы. И они тоже молодцы, — отметил я, глазами указывая на Клариссу и Риаза. — Астор силен и могуч, как я погляжу, раз смеет оскорблять князя Российской Империи, — ехидно пробубнил я себе под нос. — Прямо-таки уродился с железобетонными шарами.
— Кусок дерьма! — прошипела сквозь зубы Прасковья.
— Захар, я тебя очень прошу! — вдруг взволнованно выпалил Головин. — Нет! Даже заклинаю! Не вмешивайся. Это глупые дети, которые неспособны следить за языком. Их сегодня же вечером отправят домой. Не нужно…
— Хватит вам, Игорь Петрович. Мы уже во всём разобрались, — спокойно отмахнулся я, перебивая ректора и направляясь в сторону выхода. — Сказал ведь уже, дети просто повздорили. С кем не бывает? Всё случилось по правилам академии, хоть и чересчур жестоко. Сильный правит балом. Я уважаю такое. Очень уважаю. Пойдемте, девочки. Вы трое тоже за мной. Нина Егоровна, не могли вы распорядиться, чтобы моих ребят доставили в резиденцию?
— Это несложно, — кивнула женщина. — Мы об этом позаботимся.
— Благодарю вас.
— Захар, дай слово, что не будешь вмешиваться! — не унимался старик, продолжая стоять на своём.
Вот ведь старый пень! Вцепился как клещ в мою реанорскую задницу!
— Катаклизмом клянусь я их пальцем не трону на территории империи, — миролюбиво произнес я, не оборачиваясь. — Честь имею, господа и дамы.
А затем, пропустив своих жен и альвов вперед, князь Лазарев неспешно скрылся за дверью. А стоило той захлопнуться, как начальник службы безопасности и Анастасия на пару с Инной облегченно выдохнули.
— Ушел-таки, — выдохнул облегченно ректор, обессиленно падая на свободное место и прикрывая глаза. — Сумасбродный паршивец.
— До чего пугающая личность, — заторможенно прошептала секретарь Головина, не сводя взора с дверей. — С ним даже рядом находиться страшно. От него мощью разит за километр.
— Князь Лазарев внушает. Как я и думала молва о нём не врала. Да и Острожская ничуть не преуменьшила его достижения в своих рассказах. Интересны мужчина, — задумчиво пробормотала Туманова, переглянувшись с дочерью, а от слов матери целительница даже невольно вздрогнула. — По крайней мере, — вдруг ни с того ни сего расплылась в обворожительной улыбке княгиня, — теперь я понимаю, что в нём нашли Трубецкая, Потёмкина и Романова. Силен. Беспринципен. Решителен. Чересчур жесток, правда, но в наше время…
Конец ознакомительного фрагмента.
Продолжение читайте здесь