Вел Павлов – Последний реанорец. Том III (страница 44)
В следующий миг Михаил громко прокашлялся и подхватил предоставленный микрофон.
— Господа и дамы, как и всегда, я буду краток! — громко произнес глава рода. — Всех попрошу на улицу! Для состязания молодых поколений уже всё готово! Прошу!
Как я и предполагал, на приёме у Трубецких всё было по высшему разряду. Стоило миновать огромные двери, выводящие из большого зала, и взгляд моментальной уперся в сконструированную арену, которая стояла посреди цветущего и благоухающего сада.
Покамест все присутствующие аристократы продолжали вести беседы между собой и выбирать себе места поудобнее, а также с наилучшим видом, в это время Алексей Трубецкой несколькими ловкими движениями оказался в центре самого ристалища.
— Теперь уже я попрошу минуточку внимания, — громко и с расслабленной улыбкой медленно заговорил уникум, привлекая к себе всеобщее внимание. — По просьбе моего отца, я буду судить поединки, и присматривать за данным мероприятием. Поэтому несколько напоминаний. Прошу всех будущих участников помнить, что это дружеское состязание. Вы можете, назвать это обменом ценного опыты среди дворян, поэтому смерть и увечья запрещены! Само собой, — вдруг исправился мужчина и за долю мгновения отыскал цепким взором меня и осокинского щенка в толпе знати. — Это не касается дуэли между его преблагородием и его сиятельством, что состоится перед закрытием соревнований. Надеюсь, остальная молодежь меня поняла и услышала, — и тот медленно окинул молодых дворян внимательным взглядом. — Хорошо! — хлопнул тот громко в ладони. — В таком случае, прошу первых претендентов на арену!
И таким же неуловимым образом, как и появился, Трубецкой исчез с ристалища.
— Юсупов Демид Семенович вызывает Головина Егора Вячеславовича! — раздался громкий голос внука начальника Московской Плеяды.
— Принимаю! — мгновенно отозвался вызываемый.
Оба парня явили себя почти сразу из толпы зрителей, под тихие аплодисменты и, поздоровавшись друг с другом, а также подхватив уже заготовленное оружие, с широкими улыбками быстро забрались на канвас арены.
Ясно. Дружеская схватка между двумя приятелями значит? Тоже неплохо. Это всё-таки праздник, а не кровопролитие. Ну, почти…
Юсупов почти сразу сформировал вокруг себя огненный щит, а после еще один, в то время как Головин укрывал себя коркой камня и земли, которая левитировала рядом с его телом.
В это же самое время защитный купол прозрачно-матового цвета уже полностью покрыл всё место боя.
— Начали! — выкрикнул громко Трубецкой, стоя прямо перед самой ареной со скрещенными руками на груди и шепотки разговоров тотчас прекратились.
Как ни странно, но бой хоть и был эффектным, но не эффективным. Продлился он всего секунд десять, как и все магические стычки. Головин действовал по заученной схеме. Сработала дрожь земли, несколько земляных снарядов и пик, еще были огненные всполохи и пламенные копья, после отработали щиты, как у одного, так и у другого. Только щит земли по своей плотности был выше, а вот двойная огненная защита Юсупова не устояла, и тот просто приложился о барьер арены, попав прямиком в заботливые руки ожидающих целительниц.
В общем, сплошь магия. До увесистой булавы Егора и тонкой рапиры Юсупова дело даже не дошло, всё решилось на средней дистанции.
— Шереметева Екатерина Александровна вызывает Долгорукову Надежду Евгеньевну, — разнёсся девичий голос над садом.
— Принимаю вызов! — вторила ей с весельем в голосе княжна.
Бездна, похоже, еще один дружеский спарринг.
Я честно думал, что бой между девицами продлится дольше, чем у Головина с Юсуповым, но заблуждался.
Как оказалось, Долгорукова была светлячкой, а Шереметева водницей. Их схватка продлилась всего несколько мгновений. Вполовину меньше, чем у прошлой пары.
Надежда использовала простую, но действенную тактику. Она формировала дезориентирующие вспышки и что называется, ослепила подругу до полнейшего непонимания. А довершили всё несколько самонаводящихся ярко-белых лезвий.
Можно сказать это была мгновенная победа.
А затем уже начавшиеся обсуждения вдруг прервал громогласный вопль, который и обратил на себя почти всё внимание аристократов:
— Воронцов Владислав Николаевич бросает вызов Лазареву Захару Александровичу.
— Даже так, граф? — тихо отозвалась Виктория у меня под боком, изумлённо приоткрыв ротик, но ошеломление быстро преобразилось в сладкую улыбку. — Вы действительно… безумны.
— Для меня это комплимент, ваше высочество…
Разговоры тотчас стихли, но шепотки удивления продолжили своё присутствие над садом, и пристальные взгляды разделились на два равных лагеря. На мой и Воронцова. И свой изучающий взгляд также обратил на Влада и сегодняшний судья.
— Его сиятельство, прошу простить, но думаю это невозможно…
— Я принимаю вызов! Всё в порядке, Алексей Михайлович, — громко сообщил я мужчине, а потом обратил свой взгляд на великую княжну, тем самым освобождаясь из переплетения её рук. — Мне пора, ваше высочество.
И под удивлёнными и хмурыми взорами рядом присутствующих нескольких дворян, и также Трубецких и Потёмкиных, а в особенности Алины и Прасковьи стал снимать с себя пиджак и галстук, параллельно с этим закатывая рукава на белой рубашке.
— Ваше высочество, не могли бы вы подержать мои вещи? Я быстро…
— С удовольствием, — тихо шепнула мне девица с обворожительными глазами. — Если только быстро.
До постамента с оружием я шел под прицелом множества глаз и в полной тишине. Хмурого Трубецкого, улыбающегося Потёмкина, озадаченного Осокина. Взгляды были разные, но выражали они лишь три эмоции — удивление, непонимание и насмешку над всем происходящим и надо мной. Похоже, знать ожидала многого, только не этого.
— Не вздумай проиграть! — бросил мне насмешливо осокинский щенок, когда я проходил мимо их взбудораженного семейства.
— Можешь не переживать, Андрей, — вдруг вклинился с радостной улыбкой в наш разговор идущий рядом со мной Воронцов. — Если он проиграет мне, то тебе-то уж и подавно. Убивать я его не буду. Сам с ним разберешься.
На замечание Влада тот лишь опалил его странным взглядом, но согласно кивнул.
— Так и быть!
Проходя мимо стойки с оружием, я также неспешно подхватил свои же джады, которые отправил к Трубецким заблаговременно, и глубоко вдохнул.
Тело наполнилось родной силой духа и через два быстрых движения и выдох спустя ноги коснулись покрытия арены.
Воронцов последовал сразу за мной. Он подхватил лишь одноручный клинок со стойки, не удивлюсь, если только для вида и также через мгновение оказался метрах в пяти напротив меня и по приказу Трубецкого купол полностью окружил арену.
— Как давно я этого ждал, калека! — выплюнул злорадно Влад. Взгляд его так и лучился довольством, а по ногам и рукам медленно и верно заструились потоки магмы. — Теперь посмотрим, на что ты годен без своей магии.
Магистр третьей степени магмы. Литой. Младший ветеран.
— Знаешь, я сам люблю поболтать, но поверь, кухаркин сын, тебе не понравится итог нашей схватки, — осклабился я, весело ему подмигнув, и перехватил джады обратным хватом.
— Жду не дождусь! — бросил он насмешливо мне.
Магмовый черно-огненный щит окружил Воронцова со всех сторон и прямо сейчас парень походил на пульсирующее сердце огромной магмовой саламандры.
— НАЧАЛИ! — раздался выкрик Алексея.
Воронцов атаковал моментально режущей волной прямо по площади арены и в моём направлении, а следом метнул еще несколько сгустков магмы. Он даже под собой умудрился создать небольшой островок лавы. Видимо, для защиты.
Жаль, что всё тщетно… Сегодня ему ничего не поможет.
Двадцать девять секунд и пять раз. Таков мой предел. Для всего этого сброда это более чем достаточно.
Глаза я закрыл медленно, а улыбка так и продолжала блуждать на моих губах.
Представить. Возобладать. Принять. Обуздать. Приказать.
Все это было для меня наподобие мантры.
Левая рука, окутанная частицами бесконтрольного эфира, мягко коснулась алой субстанции и внутри тела, словно произошел микровзрыв буйствующей силы со смесью резкой боли и вечного треска. Но вся эта манипуляция подняла мой ранг почти моментально до ранга сконателя, младшего или старшего, я не точно не знал, правда, всего на двадцать девять секунд.
Глаза открыл резко, и сейчас те походили на два ярких горящих и не затухающих угля. Тело, будто искупалось в крови сотен тысяч чудовищ, и сила духа была насыщенного тёмно-алого цвета. Джады же потемнели и приняли тёмно-бурый цвет запёкшейся крови и плоти. А в метре от меня уже маячила волна магмы, что грозилась накрыть меня с головой.
Прощай, Воронцов…
На глазах у сотен присутствующих тело столпа империи преобразилось в ярко-алую стремительную комету.
А далее всё произошло всего за один вдох. Складывалось впечатление, что уникум просто бежит по воздуху, опираясь о само пространство. Сейчас молодой парень походил на один сплошной и неуловимый вихрь ярко-алой силы.
Воронцов до последнего стоял укрытый своей защитой, но уже в следующий миг его щит был неуловимым образом рассечен в десятке мест, словно был из гнилой скорлупы. Лицо его тотчас изобразило непонимание, а далее искривилось в поглощающем душу ужасе. Тело одарённого подбросило в воздух на пару метров, еще спустя долю секунды оно оказалось впечатано в барьер арены, а через миг Лазарев, обратившийся алой тенью, просто и грубо дёрнул за ногу Воронцова и тот просто свалился вниз к его ногам.