Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том VIII (страница 47)
—
Находясь в шаге от смерти, я догадывался, что замысел Руны увенчался успехом, ведь она вернулась, но я чудовищно ошибся. Успех красотки Истры превзошел мыслимые и немыслимые ожидания. По всей видимости, слияние двух Рун пошатнуло устои мироздания.
Впервые на моей памяти клинок появлялся не как обычно. Его материализация сопровождалась нарастающим пронзительным воем, окружающая местность затрещала под напором разрушительной силы, разрывая на куски само пространство. Мёртвая коллизия словно сопротивлялась рождению столь несравненной мощи, но удержать в узде подобное стало попросту невозможно. Вой слился с ревущим треском, а под конец явления образовались черно-фиолетовые разряды молний, которые окутали Руну Истребления на манер ножен.
На лезвие вспыхнул один символ, после второй и напоследок третий. Слегка мерцал только четвертый заключительный знак. Орудие Древних практически завершило свою реконструкцию. До полного восстановления не хватало крошечного мизера — кончика острия.
Отныне в моих руках находилось не жалкое подобие, а практически полностью исцеленная Руна Истребления. Длинна угольно-черного лезвия достигла метра, а нескончаемое мерцание тёмно-фиолетового окраса поражала сокрушающей пульсацией. Теперь даже я не мог полностью оценить мощь создания Древних.
—
—
Вот только удивила не только красота и изящество клинка, но и новые способности. Каким-то образом спата умудрилась вдохнуть жизнь в практически мёртвого хозяина и вскоре всё встало на свои места, когда за спиной вновь раздался убаюкивающий голосок Альяны.
—
Мой взгляд почти мгновенно обратился на Августа. С каждым мгновением техника Руны ослабевала, потому как Лиярт оживал на глазах. К тому же судя по звукам техника Альяны охватывала лишь определенную область — слух то и дело начал улавливать яростный рык некродраконов.
—
—
—
—
—
Тело стало вновь кренится вперед, но теперь уже не от слабости или ранения, а от переполняющей ярости, которая до нутра сжигала всё моё естество. Перед глазами вновь замерцал лик Альяны, на котором расцвела сладострастная улыбка и заключив меня в объятия, она тихо зашептала, а её слова невольно напугали остатки здравомыслия.
—
Слова. Обычные слова. Но произнесли их с такой нежностью и заботой, что я впервые за всю свою сраную жизнь отдался во власть столь незабываемого чувства. Течение времени вновь начало восстанавливаться, рёв нежити стал по-настоящему оглушительным, Лиярт Август почти полностью вернул себе власть над реальностью, а его посох со всего маху влетел мне точно в затылок и наряду с этим в уши ворвался его свирепый вой.
— НЕ ЗНАЮ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ, НО ПОЗДНО… СДОХНИ!!!
Однако моё череп не превратился в кровавые ошметки из раздробленного мозга и переломанных костей. Всего-навсего образовалась ударная волна, которая пошатнула пространства и разбросало в разные стороны ближайшую нежить.
Моё тело стремительными темпами начало покрываться багровой энергией, которая истончало пространство поблизости, а в голове вновь раздался знакомый шепот. Шепот, в тоне которого я уловил тень неверия и удивления.
Нечто в глубинах внутреннего мира, напоминающую лавину, надломилось и полностью разрушилось. Нечто ужасающее и пугающее. Нечто пылающей и все сжигающее. Это нечто прямо сейчас медленно и верно сливалось воедино с Владом Верейским. Это нечто сливалось воедино с Ранкаром Хаззаком. Мой собственный потусторонний голос в это мгновение мало чем напоминал человеческий, но внезапно он перерос в гортанный хриплый смех.
— Хе-хе-хе… Ты прав, прогнившая падаль… Хе-хе… Время действительно вышло… Хе-хе-хе… Но не для
На миг померещилось, что я вот-вот потеряю себя в пучине обрушившейся на разум свирепой и концентрированной ярости, но спасительный круг бросила Альяна — её голос словно набат зазвучал в голове.
Запредельная мощь хлынула наружу бушующей волной. Тёмно-багровую энергию Неистовства Руна полностью погребла под черно-фиолетовым покровом, что напоминал некий Доспех. Обе силы со стремительной скоростью сливались воедино, а я не мог поверить в то, что ощущал в эту самую секунду.
Я ощущал ярость, от которой бежал долгие годы, но не ту, что испытывал ранее. Совсем не ту… Благодаря помощи Истры она стала не слепой, не жгучей, не бездумной и даже не безумной, отныне она оказалась холодной, стойкой, обузданной, спокойной и в тоже время контролируемой. Подобного я никогда не испытывал в своей жизни и моему удивлению не было предела.
Прямо сейчас мне мерещилось, что я стал абсолютно иным существом. С иными мыслями. С иными мотивами. С иной силой. Но теперь я прекрасно отличал врагов от друзей. Отличал хорошее от плохого. А тот самый приставучий шепот бесновался, как радостное дитя. Складывалось впечатление, что шепот ждал этого дня вечность. Можно сказать, что отныне мы были действительно стали единим целым.
Пару мгновений я собирался с мыслями, разглядывая новые метаморфозы. Тело с ног до головы, включая лицо, оказалось объято знакомой тёмно-сиреневой силой Истребления, но под своеобразным Доспехом я ощущал, как струится бушующий поток контролируемого Неистовства, а от Сердца Опустошителя то и дело распространялись искрящиеся разряды энергии.
—
То ли Лиярт нечто понял, то ли что-то почувствовал, но со стремительной скоростью он внезапно разорвал между нами дистанцию, а его разъярённый рык разнесся по всем окрестностям.
— УБИТЬ!!! РАЗОРВИТЕ ЕГО В КЛОЧЬЯ!!! С НИМ ЧТО-ТО СЛУЧИЛОСЬ…
Так или иначе, но дважды Альяне повторять не пришлось. Под напором переизбытка силы тело медленно выпрямилось во весь рост. С каждым движением я ощущал в организме странные хрусты, будто что-то становилось на своё место, а когда я вновь оказался на ногах, то понял, что хоть мой рост не изменился, но по какой-то причине я словно наблюдал за полем боя с высоты.
Полчища нежити рванули в моём направлении как уничтожающая лавина, но я взирал за атакой с холодной яростью и пугающим спокойствием. Одним своим мысленным желанием Альяна передала мне всё, что требовалось — техники, навыки и мои возросшие возможности словно ручьем устремились в глубины разума.
— Куда же ты, полудохлая тварь⁈ — свирепо ощерился я, делая шаг вперед и попутно совершая параллельный рассекающий удар перед собой. —
Всего-навсего короткий разрез породил настоящую бурю. Вначале раздался тихий звон спаты, далее звон усилился, а еще через секунду мелодичная ударная волна превратилась в настоящий громоподобный рёв, который стирал в прах и истреблял всё на своём пути. Как живое, так и мёртвое. Полчища нежити обращались костной пылью прямо на глазах. Не оставалось ничего. Мёртвое становилось поистине мёртвым.