Вел Павлов – Эпоха Опустошителя. Том VIII (страница 14)
— Тише, Захар. Не злись! Не загуби всё одним единственным неверным решением. О чем ты говоришь? Кто изуродовал? — попытался успокоить друга Драгун, а после с интересом вновь посмотрел на парня. — Ну да. Сейчас лицо Влада не такое презентабельное как раньше. Взгляни на меня. Я тоже не лепесток розы. Влад не так красив, как некоторые, но зато твой сын мужчина. Он воин. Только посмотри на его техники! Они весьма сильны и столь же… необычны, — задумчиво пробормотал тот, ведь даже ему они показались странными. — Но если посмотреть на всё с другой стороны… Ты боялся, что юноша потеряет контроль, однако сейчас он целиком в себе.
— Ты считаешь меня за идиота, Пал? — раздражено выпалил Захар. — Присмотрись внимательнее к моему сыну! Ну же! Ничего не чувствуешь?
Взгляд Драгуна внезапно обострился и тот еще раз более пристально взглянул на лицо Ранкара, а через пяток секунд обескуражено почесал щетину.
— Хм. Действительно. Пламя Инферно. Кто бы мог представить…
— Ни один демон не осмелится растрачивать собственный огонь Инферно и лишать себя силы, чтобы нанести такие увечья врагу, а значит…
— Значит Влад насолил кому-то могущественному, — закончил фразу за другом Паллад, поджимая тонкие губы. — Кому-то могущественному из местного Инферно. Увечья кто-то оставил в назидание.
— В Инферно? — вдруг переспросила взволнованная Валери. — По нашей информации Влад почти год пробыл в Инферно и чудом уцелел, когда на Альбарре его считали мёртвым.
— Вот тебе и ответ, Захар, — мрачно выдохнул Драгун, качая разочаровано головой и глядя на Зеантара. — Его изуродовал кто-то из демонов огнём Инферно. Сомневаюсь, что Влад уцелел бы, если бы повстречал архидемона, но каким-то чудом мог спастись от Верховного.
Всё семейство Лазаревых лишь сильнее удивилось словам хранителей, а Фларас удивленно присвистнул.
— Младшенький умеет заводить себе врагов, — но на этом полуальв не остановился и склонив голову набок, вновь присмотрелся к брату. — Нормально Влад выглядит. Правда, Феофан станет завидовать, а Лиза, Анжелика и Лика вообще без ума будут от его внешности. Женщины любят таких! Ай! Мама! — вновь вскрикнул полуальв, держась за затылок. — Сейчас-то за что⁈ Я же не выражался!
— Нашелся нам тут дамский угодник! «Девушки такое любят», — передразнила та сына. — Что ты, что Тар до сих за каждой юбкой вьетесь, а женами так и не обзавелись!
— Я еще молод! — беззлобно огрызнулся парень, смущенно улыбаясь. — Не нужна мне жена! Еще столько миров неизведанных… Ай! Да сейчас-то за что⁈ Хватит меня бить! Мама Алина! Мама Прасковья! Держите её! Вашего сына сейчас сделают калекой.
Намерено это делал Фларас или нет, но именно благодаря ему напряжённая обстановка под пологом тишины сошла на нет. Да и сам князь Лазарев, глядя на семью стал менее беспокойным.
— Валери, он близок с Хаззаками, — тихо заговорил хранитель Земли. — И я уже понял, что он весьма близок с той целительницей, которой дарил украшение. Если не ошибаюсь, то она одна из отмеченных, что нас сопровождала. К тому же ты близка с Созвездием дома Аванон. Если получится, то разузнай всё об инциденте с травмами Влада. Сомневаюсь, что Инарэ будет в восторге от того, что нашего сына изуродовали, — и в очередной раз посмотрев на Влада, который отправил номада в дальний полёт, князь Лазарев прорычал. — Я самолично казню ту тварь, что посмела изувечить моего сына. Будь то архидемон или сам оберег!
— Мы с Габриэлем всё сделаем, дорогой, — мягко отозвалась Валери, искоса поглядывая на взволнованных княгинь.
— Мой господин, это чревато, — вклинился в беседу Бетал. — Влад не оценит такого. Вы не вернете подобным поступками сына.
— Предлагаешь, мне спустить его увечья на тормозах? — угрюмо вопросил князь, глядя на старика. — Я и так обрёл сына на долгие страдания и не позволю кому-либо их приумножать.
— Я предлагаю вам остыть и всё обдумать, — спокойным тоном заговорил Каберский. — Если станете действовать, то действуйте точно так же, как и вчера. Косвенно и незаметно. Со временем есть шанс, что Влад оценит ваши поступки. Он вдумчивый и рациональный малый. По крайней мере, в те моменты, когда не подвержен своему губительному наследию.
Несколько секунд старик молчал и со смятением на лице наблюдал за тем, как Влад сокрушительными ударами ноги втаптывал физиономию черноголового в камень арены, при этом успевая что-то приговаривать гостю с Востока.
— Я и сам хочу понять, почему он изменился так сильно…
— Тебе вчерашнего разве мало⁈ — рыкнул недовольно я. — Сказано же было УГОМОНИСЬ!..
То ли я не рассчитал вложенной силы, то ли удар просто получился сокрушительным, но прежде чем отправиться в дальний полёт физиономия черноголового превратилась в кровавое месиво. Однако он всё-таки успел провести череду яростных атак, а глаза Кассиана в прямом смысле были готовы вывалиться из орбит.
Часть кровавого водоёма номада за долю мгновения обратилась сотней жидких клинков и на всей скорости устремилась в мою сторону. Сам бы я спокойно защитился, но за спиной по-прежнему валялась раненая Серинити и от невозможности уйти в сторону я рывком правого крыла подтянул к себе выпутавшегося из крови Илая, а левое вонзил перед собой на манер щита.
Вынужден признать, что в своей нынешней форме я более чем ощутил атаку Кассиана. В нескольких десятках мест мой своеобразный щит был пробит кровавыми клинками черноголового. Как ни странно, наша краткая стычка так просто не завершилась, потому как я сам ринулся навстречу противнику.
Номад поднялся с колен как нельзя вовремя. Точнее он как нельзя вовремя задрал окровавленное рыло вверх. Ведь именно туда вслед за ботинком влетело моё колено и грубым ударом голени я вновь опрокинул противника на спину и без какой-либо жалости начал наносить удары ногой в горло и грудь. На удивление тот будто не ощущал боли и пытался вырваться из-под града выпадов, а его натиск с каждой секундой становился ощутимо сильнее. Удерживать ублюдка на месте оказалось сложно.
— Просто замечательно! Ты сам напросился, урод! Мне тоже нужно выпустить пар, — раздражено прошипел я. — А ведь ты мог просто лежать и не рыпаться…
Я даже успел занести ладонь для завершающей атаки, а на кончиках пальцев начал формироваться губительный серповидный разрез, но довершить задуманное мне не позволили. Часть боевой зоны, в которой мы находились внезапно окутал пламенный щит Хелиоса. Именно он грубо отделил меня от недавнего противника Серинити. Наряду с этим Иан попытался сковать разбуянившегося Кассиана, но все его атаки на корню разрушил кто-то посторонний.
— Урблад!!! — разъярённо рявкнул будущий глава дома Иан, глядя куда-то влево. — Ты что творишь⁈
В груди по-прежнему теплился гнев, который желал вырваться наружу, но чем дольше я наблюдал за происходящим, тем сильнее выпадал в осадок. Причем удивлен был не только я, а львиная доля присутствующих. Все атаки Хелса прервал никто не иной как наместник Солнечной Гавани. Его кровавый силуэт на огромной скорости пронёсся над ареной и одним движением придавил брыкающегося и, благодаря моим стараниям, окровавленного Кассиана к земле. Затем он отработанным движением и посредством укола в шею ввёл нечто в тело собственного соотечественника.
За всеми движениями пожилого номада наблюдали все с хмурым и недовольным видом, но более всего разъярен был ковен горгон. Их наместница сверлила старика яростными едко-изумрудными глазами. Тем не менее все манипуляции подействовали. Кровавая пелена подействовала и Кассиан тотчас отправился в беспамятство.
К Серинити в это время со всех ног мчалась троица дежурных целительниц, а окровавленная девица с яростью взирала на своего обидчика, и со вселенским трудом пыталась подняться на ноги, пока кровь продолжала обильно бить ключом из рассеченного живота и груди. Однако как нельзя вовремя к ней подоспел Илай и попытался оказать помощь, но это оказалось излишним.
Над полигоном вдруг раздался громогласный вопль тётки:
— А ну прочь! Все в сторону!
Имания на пару секунд опередила всех магинь жизни и склонившись над всё более бледнеющей горгоной, аккуратно взялась за исцеление.
— Как это понимать, Урблад⁈ — свирепо зашипела наместница ковена Изумрудной Тени, указывая рукой на Серинити. — Солнечная Гавань не умеет чтить договорённости?
На вид женщине было лет тридцать. Максимум тридцать пять. Но очень сомневаюсь, что это её реальный возраст.
— Ты так и будешь на меня смотреть? — продолжила яриться горгона, вновь показывая на то, как Имания оказывает помощь Серинити. — Или примешь ответственность за своего племянника? Он хотел убить нашу девочку!
Честно, я ожидал разного, но следующие слова Урблада удивили.
— Мне жаль, что пострадала ваша соотечественница. Прости, Никта. Ты тоже прости, Леонел. Всё-таки случившееся произошло на твоей земле. Солнечная Гавань возьмёт полную ответственность за случившееся и компенсирует все беды.
— Серинити чуть не убили! — свирепо рявкнула наместница. — Считаешь, твоя компенсации хоть что-то значит для меня?
— Я сказал прости, Никта! — чуть холоднее и строже прошипел Урблад. — От