Ведьмочка – Леди Стерва (страница 27)
- Лучше по-французски. Ты так ласково мурлычешь на этом языке... - шепнула я, обнимая его за шею и нежно целуя в уголок губ.
- Voraces, les sournois chanterelle! - покорно повторил он, не забыв мурлыкнуть в конце.
Стоило только потянуться за очередным поцелуем, как сработал закон подлости и его телефон завибрировал. Беседин тихо застонал и потянулся к мобильнику.
- Oui, - буркнул он в трубку. Пару минут слушал, а потом отрывисто бросил: - Understood, - и повернулся ко мне.
- Что-то случилось? - спросила я, заметив тревогу в его взгляде.
- Ничего непоправимого, но нам лучше поторопиться. Двадцать минут на сборы, - чмокнул меня в кончик носа и через две секунды исчез.
Так быстро я еще не собиралась никогда в жизни. Ровно через пятнадцать минут я стояла на улице полностью одетая, с аккуратно собранной сумкой и ждала Майкла.
Я принял душ и оделся. Закинув в так и не разобранную сумку пластырь и выпив еще две таблетки обезболивающего, вышел на улицу, чтобы прогреть машину, пока Леди собирается. Она уже стояла возле джипа и спокойно ждала меня. Улыбнувшись, я не удержался и еще раз ее поцеловал, а потом щелкнул сигнализацией и рванул в аэропорт. Элис всю дорогу молчала. Наверное, ждала, что я сам все объясню, но мне не хотелось разговаривать в машине. Лучше отложить новости до самолета. А может, она сама все поняла и теперь обдумывает ситуацию. Позже спрошу, если не забуду.
В аэропорту нас ждал частный самолет. Так быстрее и надежней. Мы поднялись на борт и пристегнулись. Все так же молча. Лисичка на этот раз спокойней отреагировала на железную "птичку". Может привыкла, а может просто задумалась и не замечала ничего вокруг. Она сидела напротив и смотрела на меня своими огромными глазами, которые опять стали насыщено-зеленого цвета. Дождавшись, когда самолет наберет высоту, я отстегнул ремень безопасности, наклонился вперед и поцеловал малышку. Она вздрогнула и будто очнулась, а потом будто нехотя ответила на поцелуй. Я оторвался от ее губ и пересадил к себе на колени. Подумал пару секунд и стал целовать нежную шейку, позволив рукам пробраться под ее кофту. Она отстранилась и засмеялась:
- И кто из нас ненасытный? Или это сорок лет воздержания так пагубно на тебе сказались?
- Почему сорок? - изумился я.
- Ну, тридцать семь, - отмахнулась она. - не суть важно.
- Милая, а откуда такие цифры взялись? - все еще не понимал я.
- А когда у тебя последний раз был секс? - уточнила она.
Я взглянул на часы и ответил:
- Вчера.
- До меня.
- Последний раз я просыпался в обществе особи женского пола около года назад, - честно ответил я. - Но не могу с уверенностью сказать, что у нас был секс. А что?
- А до этого? - продолжила она допрос.
- Может сразу перечислить тебе все случаи, когда я просыпался не один? - буркнул я.
- А их было много? - хихикнула она.
- Не очень, - сник я, а потом слегка разозлился. - Только я все равно не понимаю, зачем тебе это нужно и какое отношение имеет к названной цифре.
- Ну... - она сделала вид, что задумалась. - я случайно подслушала тот разговор после неудавшегося ужина... - я скрипнул зубами. - и решила, что раз ты не помнишь ни единой своей женщины, то всю свою страсть решил излить на меня.
- И все равно не понимаю, откуда взялась цифра, - не унимался я.
- Ладно, - пожала она плечиками. - давай тогда посчитаем иначе. Если половое созревание у мальчиков начинается лет в четырнадцать... - она опять задумалась и выдала: - то получится страсть в тебе копилась двадцать три года.
Я понял, что ничего не понял и решил зайти с другой стороны:
- Алиса... - девушка повернула голову и посмотрела мне в глаза. - а от какой даты ты ведешь счет? - вкрадчиво спросил я.
- От твоего рождения, конечно.
- Тогда у тебя явные проблемы с начальной арифметикой, - вздохнул я.
- Это почему? - нахмурилась она.
- Ну...например, потому, что мне в данный момент тридцать три года. Если, как ты говоришь, мое половое созревание началось в четырнадцать, то страсть копилась во мне всего девятнадцать лет. Откуда еще четыре взялось?
- Что значит тридцать три? - выпучила она глаза.
- То и значит. Я родился двадцать седьмого июня семьдесят девятого года. Считай.
- Бред, - пробормотала она.
- Это еще почему? - опять не понял я.
- А потому! - она взяла свой ноут, пощелкала клавишами и ткнула пальцем в нужное место: - Вот!
Я уставился на ровные строчки. Досье. Мое. Вот только кто-то основательно в нем поковырялся. Начиная с имени матери и заканчивая датой отъезда из России.
- Милая, - ласково шепнул я, крепче обнимая свою лисичку. - здесь и половина инфы не является правдой. Даже предположить боюсь кто и зачем это сделал, но факт остается фактом - мне тридцать три года.
Элис уставилась на меня с подозрением и попросила:
- Тогда рассказывай, что там должно быть написано.
- Ну... - я еще раз пробежался по строчкам. - мою мать звали не Таней, а Светой, хотя отчество верное - Вадимовна. Она вышла замуж за отца, но фамилию оставила свою, так что не Беседина, а Кутикова. Умерла она при родах в возрасте девятнадцати лет. Что там еще? Папа умер на три месяца раньше и не повесился, а утонул, причем случайно. Жил я не рядом с Егором, а через два дома и на дрогой стороне улицы. После школы я все же побывал в армии, а потом еще пол года прожил по месту прописки и только после этого рванул во Францию. В Россию вернулся два с половиной года назад.
- Про то, что было с тобой не в России ты рассказывать, конечно, не будешь? - тихо спросила она и в голосе послышалась горечь.
Я покачал головой, отставил ноутбук и снова поцеловал свою малышку. Она поспешно отстранилась. Я разочарованно вздохнул:
- Что-то еще?
- Кто тебе звонил? - задала она вопрос, который я ожидал услышать гораздо раньше.
- Стэн, - коротко ответил я, дав понять, что эту тему развивать не намерен.
- Мы едем за Русом?
Я кивнул. Не говорить же ей, что она просто будет сидеть в четырех стенах, а я пойду заниматься привычным делом!
Стэн сказал, что возникли некоторые осложнения и нам стоит поторопиться. Видно, об исчезновении Волкова заказчикам уже доложили и это их не обрадовало. Охрану удвоили и добавили техники. Теперь там сигнализация получше и камер побольше. А еще прошел слушок, что мальчика вывозить не будут. Хирурга вызвали прямо туда и завтра к вечеру все будет готово. Времени мало, проблем много.
Но Элис ни к чему все это знать. Она останется в безопасном месте, а я схожу за ее сыном. И я точно принесу ей не трупик для похорон, а живого мальчика. Хочется верить, что принесу сам, а не передам с надежным человеком.
- И не мечтай! - стукнула меня в плечо Элис.
- О чем?
- О том, что я отпущу тебя одного и ты спокойно там умрешь, чтобы не выслушивать мои обвинения! Я иду с тобой и ты обязательно останешься жив! А эти глупые мыслишки я тебе еще припомню! И выходку с Волковым, к которому ты ходил без меня тоже!
И чего так орать? Будто ее спрашивать кто-то будет!
- Беседин... - с угрозой протянула она. - я серьезно. Даже не пытайся закрыть меня в спальне и оставить там одну, дожидаться твоего возвращения! - я только застонал. Она что, мысли читает? - У тебя на лице все написано! - рявкнула она. - Я не буду отсиживаться в тылу, когда мой сын в опасности!
- Ладно, - "сдался" я. - но ты наденешь бронежилет, - мстительно добавил я, услышав вздох облегчения и почувствовав, как она расслабилась в моих руках.
- Вот еще! - фыркнула она. - А двигаться в этой гадости я как буду? Ну, уж нет. Экипировка у меня с собой есть. О своей безопасности я позабочусь сама!
Вот несносная девчонка! Возомнила себя Матой Хари? Сейчас проверим! Резко встаю, ставлю девочку на ноги, делаю шаг на относительно свободное пространство и ехидно предлагаю:
- Ну, покажи, как ты двигаешься без этой гадости и забо...
Я даже стойку принять не успел, а Элис уже оказалась у меня за спиной и приставила к горлу нож. Я резко схватил ее за запястье, собираясь вывернуть руку, но между ног что-то шевельнулось. Скосил глаза и увидел длинный клинок. И где только прятала?!
- Я бы не стала так рисковать потомством, - мурлыкнула она и лизнула меня за ухом.
Резко втягиваю в себя воздух сквозь зубы и понимаю, что проверка окончена. Мягко отстраняю ее руку и поворачиваюсь. Элис тут же прильнула ко мне всем телом. Поцелуй был пьянящий, но не настолько, чтобы я окончательно расслабился. Осторожно обнимая девушку, я методично исследовал ее тело, проверяя на оружие. Она обняла меня за шею, значит, все уже попрятала на места.
Клинок, которым меня грозили лишить самого дорого, оказался закреплен в ножнах на спине точно между лопаток, рукоятка пряталась под волосами. Кинжал, пощекотавший горло, крепился на руке и имел пару. Еще один клинок на внутренней стороне бедра, второй я обнаружил между грудей. Нечто, очень похожее на нунчаки, в количестве двух пар заткнуто за пояс штанов и крепится к пояснице специальными ремешками. И это я еще ниже колен не проверял! Черт! Да, Мата Хари, по сравнению с ней, просто погулять вышла! И как я всего этого раньше не заметил?!