Вечный Скиталец – Вероятность выживания (страница 8)

Уже через минуту всё было кончено. Лишённые магической подпитки побеги превратились в чёрный порошок, потихоньку развеиваемый ветром. Поломанные и покорёженные тела лежали в лужах крови, Лорелл, превратившись обратно в прекрасного юношу, валялся на земле, пытаясь справиться с откатом от пропуска магической энергии через себя. Несколько месяцев назад, когда ему пришлось серьёзно магичить, используя частичное перевоплощение, откат был гораздо слабее. Теперь же природника бросило в жар, сердце застучало, как бешенное, гоня кровь по телу и наполняя те места, которые обычно наполняются в состоянии возбуждения. Начались неприличные видения, как будто он попал под иллюзии разумника, впрочем, быстро исчезнувшие в никуда, как и другие симптомы. Через минуту Лорелл уже бежал во дворец, времени размышлять над усиливающимися симптомами, которых раньше у него совсем отсутствовали, не было. Судя по действиям убийц в рогатых шлемах, их отряд просто отвлекал внимание возможных защитников от главной цели. А поскольку князя здесь не было, целью была его семья. Гадая, знал ли истинный виновник нападения о том, что дочь князя на самом деле дочь правителя Менопритии, садовник вошел во дворец.

Никого живого в помещениях дворца, который в действительности являлся обычным особняком, не осталось. Переступая через изрезанные и заколотые тела, Лорелл, гадая, успел ли кто-нибудь убежать, быстро осмотрел помещения. Не обнаружив следов нападавших, он направился в свой сад. На входе, возле камня в форме скамейки, лежала без движения фигура, полностью замотанная в чёрную ткань, даже после смерти не выпустившая кинжалы из рук. Садовник подошел вплотную, и опустившись на корточки, стащил ткань с лица. Того, что нападавший лишь притворяется мертвым, чтобы напасть на подошедшего, Лорелл не боялся, парализующий, а в больших дозах смертельный яд сторожевого растения, метающего в нарушителей отравленные семечки, разил наповал любого. Под тканевой маской оказалось смуглое лицо с характерными особенностями. Пока Лорелл гадал, был ли гуррский скрытник один, кто из дворца передавал информацию о поездках князя и координировал ли кто-то нападение, из кустов опасливо вылезла Морина, осторожно подошла к садовнику, настороженно косясь на тело.

– Дядя Лори, что случилось в городе? – Морина пыталась казаться спокойной, но это выходило у неё плоховато. – Во дворце тоже кричали, это были убийцы, да? Они за мамой приходили? – На последних словах девочка не выдержала и начала всхлипывать.

– Нет, Мори, они приходили за тобой. – Устало ответил Лорелл, присев на камень. – Твоя мать жива и прячется где-то в лесу. Отец приедет через пару часов. Не ходи пока во дворец, хорошо?

– Я уже взрослая, не надо беречь мои чувства! Все слуги мертвы, да? – Узнав, что мать жива, Морина быстро успокоилась, княжеское воспитание давало о себе знать. – Почему ты скрывал, что природный маг? Когда этот, в чёрном, упал, я сначала не поняла, думала притворяется, но теперь… сторожевое растение, верно? Я читала о природниках и их творениях, только не знала, как они выглядят. – Девочка покосилась на безобидные на первый взгляд кустарники возле входа, мимо которых так часто беззаботно пробегала.

– Прости, что обманывал, Мори, я никому не хотел причинять вред, мне просто хотелось спокойно жить. Это было единственное, что я скрывал о себе. Теперь мне нужно уходить, встречаться с твоими родителями и отвечать на их вопросы у меня нет никакого желания. Твоя мать спряталась на полянке в лесу у ручья, где ты любишь играть, там ты до приезда отца будешь в безопасности.

– Прощайте, дядя Лорелл, я знаю, что вы хороший, и никогда не причинили бы мне вред. Я надеюсь, мы ещё увидимся. – Сказав это, Морина побежала в сторону леса, иногда оглядываясь на фигуру печально сидящего на камне садовника. Пит, всё это время выглядывающий из норы и прислушивающийся к разговору, просеменил к садовнику и присел рядом.

– «Ты уходишь и уже не вернёшься» – грустно констатировал енот, не произнеся при этом ни звука, только грустно глядя вслед убегающей девочке.

– Это так, – не стал отрицать садовник, произнося фразу вслух, поскольку концентрироваться на мыслеречи не было желания, да и скрываться было не от кого. – Мне теперь здесь опасно. Сад без моей поддержки быстро придёт в запустение. Тебе нужно искать новый дом.

– «Эх, как же не хочется обратно в лес! Привык я к комфорту и доступной еде. Да и в кости там не с кем перекинуться» – мыслеречь Пита сочилась унынием и растерянностью. Лорелл повернулся к еноту и с грустью поглядел на его тушку. Пит лёг на траву и закрыл лапами мордочку.

– Попробуй в городе поискать новых хозяев, приятель. А с игрой в кости в любом случае завязывай, люди не поймут, да и азартен ты чрезмерно, – Лорелл ласково потрепал енота по загривку и поднялся. Камень-скамейка, повинуясь его мысленному приказу, поднялся вверх, удерживаемый внезапно вылезшими из-под земли корнями. Садовник забрал из ямы непромокаемый заплечный мешок с лямками и свёрток с зачарованными им лично кинжалами, надел мешок и повелел корням поставить камень на место. Через пару мгновений никто бы и не заподозрил, что глыба когда-либо двигалась.

– «Удачи тебе, друг Леса. Пусть Мать-Природа всегда делится с тобой жизнью» – Мыслеречь енота окрасилась уважением. «Да какого к Хтору енота» – подумал Лорелл, – «несмотря на года, проведённые в этом теле, он ещё помнит себя человеком». Он попрощался и под «ускорением» двинулся в сторону леса, намереваясь незаметно проскочить мимо одной поляны у ручья. В этом направлении его будут искать в последнюю очередь. Питер Пэддин, в прошлом природник-экспериментатор, допустивший ошибку в расчётах одного эксперимента по трансформации в боевую форму, а ныне просто енот по кличке Пит, не спеша двинул в сторону города на поиски подходящего места для жилья. Сад будет безопасен ещё пару дней, запасов в норе, спасибо Морине, на это время хватит, можно не спеша осмотреть все сады в городе. Енот надеялся, что найдет себе тёплое местечко и в лес возвращаться не придётся.

Глава 3

Я закончил зарядку, и подойдя к столу, достал из ящика листовку. До обязательного совместного завтрака с дядей и матерью ещё оставалось время. Выкинув из головы так некстати появившиеся там кадры ночного видения с их участием, раздумывая, как вообще смогу им в глаза после такого смотреть, я посмотрел на прямоугольный кусок бумаги, который пару месяцев назад приобрел в Дагере, ближайшем к нашему захолустью городе, который хоть и не был самым большим портом на северном побережье Внутреннего моря, но уж точно входил в пятёрку крупнейших. На куске был изображен темными чернилами парусник, плывущий по волнам, ниже него бежала надпись: «Нам всегда нужны матросы». Ниже я дописал «Чёрный странник», вышло довольно похоже, мне пришлось долго тренироваться в написании именно таких фигурных символов, чтобы добиться сходства. Такие бумаги расклеивались возле таверн и в порту, дабы завлечь людей на торговые суда, бороздящие Внутреннее море. Конкретно «Чёрный странник» матросов так не набирал, будучи своеобразной морской элитой – перевозчиком состоятельных пассажиров вдоль побережья, по огромной дуге, огибающей весь северо-западный кусок континента, аж до самого залива ледяных ветров. Но я вовсе не планировал становиться матросом, хоть и состоятельным пассажиром меня тоже нельзя было назвать.

Собрав в заплечный мешок все свои сбережения и те немногие вещи, которые могли потребоваться в путешествии, прибрался в комнате, убирая в корзину любые вещи, имевшие контакт с моим телом. Зажег на столе ароматную палочку, приобретённую специально для сегодняшнего дня, после чего отнёс мешок с корзиной в хозяйственную пристройку. Содержимое корзины: простыни, одеяло, прочее бельё и покрывала, я смешал с общей кучей белья, предназначенного для стирки, мешок спрятал в укромном месте. Возвращаясь, слегка столкнулся со спешившей на кухню Беатой, лучезарно мне улыбнувшейся:

– Молодой господин, мы накроем завтрак через десять минут, вам что-нибудь от меня нужно? – Мне показалось, что её тон был весьма намекающим на что-то конкретное, что могло мне от неё понадобиться, или намёки мне уже кажутся там, где их нет?

– Хорошо, я понял, – не стал затягивать диалог, направившись снова в свою комнату. Палочка уже догорела, выкинув остатки в окно, я пришёл в обеденный зал. Стол был уже почти накрыт, спустя несколько минут за него села Килика, довольно улыбаясь, её брат появился чуть позже и также имел весьма довольный вид, его улыбка не исчезла при виде меня, что уже настораживало. Снова некстати вылезли из памяти их довольные лица в ночном видении.

– Могу я осведомиться, мама, дядя, что послужило причиной вашего хорошего настроения этим утром? – Я первый нарушил тишину, не сомневаясь, что правды мне никто из них не скажет.

– У меня была крайне удачная сделка вчера, к тому же я предвкушаю твой сегодняшний провал, в смысле успех, при проверке на магию, – Санлис, явно специально оговорившись, не прекращал улыбаться. Я насторожился ещё сильнее, предчувствие мне подсказывало, что эта сделка как-то касается моей персоны и мне сильно не понравится.