Вай Нот – Темный Лекарь 17 (страница 38)
Потому что она понимала.
Канвары позволяют себе эти чудовищные тренировки именно потому, что она здесь. Потому что знают, маг Вийон вне категорий может вылечить практически любую рану, пока человек ещё жив.
Без неё эти мальчики умирали бы. Десятками. Сотнями.
И Ракша был бы вынужден умерить свою жестокость, потому что даже его ресурсы не безграничны. Даже он не может позволить себе терять учеников и сыновей с такой скоростью.
Но она здесь.
И поэтому он может калечить их безнаказанно. Потому что она всё исправит.
Она — его соучастница в этой бойне.
Анжи сжала кулаки, чувствуя, как внутри поднимается знакомая волна отчаяния и ярости.
Она могла бы отказаться. Просто не лечить их. Позволить им умереть.
Тогда, возможно, Ракша изменил бы свои методы.
Но для неё это значило, что придётся обречь многих на смерть, когда она могла бы им помочь. И Анжи никогда не находила в себе смелости решиться на это.
Эти мальчики, они не выбирали свою судьбу. Почти все они были частью чудовищного генетического эксперимента Ракши по выведению идеальных боевых магов. Их использовали, ломали, выжимали из них всё.
И когда она смотрела на них, она видела Симона.
Её сына, который тоже мог бы лежать на одной из этих коек, истекая кровью, если бы не сбежал.
Она не могла позволить им умереть.
Даже если это делало её соучастницей.
Даже если это означало, что этот бесконечный круговорот жестокости будет продолжаться.
Когда последний раненый был стабилизирован, Анжи покинула госпиталь так же тихо, как и вошла.
Никто не проводил её взглядом. Никто не попрощался.
Она шла по галерее обратно к своим покоям, и вечернее солнце окрашивало белые стены монастыря в оттенки золота и розового.
Красиво.
Когда-то она любила закаты. Там, в Вийон-де-Тур, где она была ещё свободна.
Подумать только, раньше она считала, что сестра — это худшее, что может с ней случиться.
Теперь закаты только напоминали ей о том, что прошёл ещё один день. И она всё ещё здесь. Всё ещё в клетке.
Анжи свернула в боковой коридор, ведущий к самой защищённой части монастыря. Её покои находились в северном крыле, в башне, окружённой множественными барьерами и защитными артефактами.
Ракша хотел быть уверен, что она никуда не денется.
И она действительно никуда не делась. Куда ей идти? Она не знала, где Симон. Не знала, жив ли он вообще.
А Катарина… после того, что Анжи натворила, сестра точно не станет обращаться с ней лучше, чем Ракша.
От одной только мысли об этом, её сковывал ледяной ужас.
Она вздрогнула и застыла посреди коридора, прислонившись к холодной каменной стене.
Что-то было не так.
Это чувство преследовало её с тех пор, как она вышла из своих покоев. Лёгкое, едва уловимое ощущение… чужого присутствия.
Как маг жизни, особенно сильный маг Вийон, она была невероятно чувствительна к энергиям вокруг. Жизнь, смерть, баланс между ними — всё это она ощущала на интуитивном уровне.
И сегодня что-то было… неправильно.
Она почувствовала это сразу, по дороге к госпиталю. Едва заметное касание чужой энергии. Холодной. Мёртвой.
Словно… некромантия.
Но это было невозможно. В Синде некромантов не было. Как и везде. Их уже так давно стёрли из истории мира, что никто больше не помнил об их существовании…
Может, ей показалось?
Она продолжила путь, но ощущение не исчезало. Наоборот, становилось сильнее.
Кто-то… или что-то… следило за ней.
Анжи ускорила шаг, сердце забилось быстрее. Она не оглядывалась, в коридоре никого не было, она знала. Но присутствие было.
Невидимое. Неслышимое. Но реальное.
Она почти бежала, когда добралась до своих покоев. Тяжёлая дверь с руническими печатями открылась на её прикосновение, барьеры были настроены так, чтобы она могла входить и выходить свободно, но никто другой без специального разрешения войти не мог.
Анжи шагнула внутрь и закрыла дверь за собой, прислонившись к ней спиной.
Её покои были просторными, но спартанскими. Большая комната с высокими окнами, выходящими на горы. Широкая кровать с белым покрывалом. Стол, несколько стульев, книжная полка. Дверь в небольшую ванную комнату.
Всё чисто, аккуратно, безлично.
Как гостиничный номер. Как место, где живёт кто-то, кто не имеет права на личные вещи.
Она так давно здесь, что даже перестала замечать эту пустоту.
Анжи подошла к окну и распахнула его, впуская свежий вечерний воздух. Горы на горизонте окрасились в фиолетовые тона. Небо темнело.
Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.
Может, она просто устала. Может, паранойя. Годы изоляции не проходят бесследно.
Но тут она почувствовала это снова.
Холод. Смерть. Чужая энергия, настолько противоположная её собственной, что по коже побежали мурашки.
Анжи резко обернулась к окну.
И увидела её.
На каменном выступе за окном, не дальше трёх метров от неё, сидела птица.
Маленькая, серая, обычная на вид.
Но мёртвая.
Анжи поняла это мгновенно. Её дар не мог ошибиться. Эта птица была мертва, в ней не было ни искры жизненной энергии, ни тепла живой плоти.
И тем не менее она сидела. Двигалась. Поворачивала голову.
И смотрела прямо на Анжи.
Немигающими мёртвыми глазами.
Анжи отшатнулась от окна, её дыхание участилось. Сердце колотилось в груди.
Это не может быть некромантия. Значит что-то ещё.
Но что? Откуда?