Вай Нот – Темный Лекарь 15 (страница 8)

«Трус,» — подумала она с презрением. — «Даже призрак Рихтера пугал его до чёртиков. И только теперь, когда угроза исчезла, хватает смелости утешать лживую 'вдовушку»."

Канвар проводил уходящую пару недобрым взглядом. Ракша сам имел виды на Катарину, и новый конкурент ему был не нужен.

— Ну что ж, — протянул Салазар, опираясь на трость, — и мне пора. Дела не ждут.

Старик медленно поковылял к выходу. Его не интересовали ни эмоциональные переживания, ни дележ оставшегося наследства. У него хватало собственных забот.

Канвар молча поклонился остальным и растворился в вечерних тенях. Он предпочитал не затягивать прощания.

Штайгер задержался ещё на несколько минут, с удовольствием разглядывая склеп:

— Наконец-то, — пробормотал он. — Спи спокойно, Рихтер. Больше ты никому не помешаешь.

Потом и он ушёл, напевая под нос какую-то бодрую мелодию.

Регина осталась одна.

Она дождалась, пока все удалятся, а потом медленно обошла вокруг склепа. Каждый шаг был рассчитан, каждый жест — продуман.

— Что ж, дорогой, — прошептала она, приложив ладонь к холодному мрамору, — теперь у нас есть время для обстоятельного разговора.

Регина достала из складок платья небольшой артефакт — кристалл неправильной формы, пульсирующий тусклым светом. Это было её последнее творение, результат многолетних экспериментов с некромантской магией.

Если склеп можно было взломать, то именно этим способом.

Она приложила кристалл к одной из рун на стене и начала читать заклинание. Магические символы вспыхнули, отзываясь на её призыв, но через мгновение погасли.

— Проклятье, — прошипела Регина.

Она попробовала ещё раз, вкладывая больше силы. Результат был тот же.

Третья попытка. Четвёртая. Пятая.

Ничего.

Защита Рихтера держалась даже после его смерти. Склеп оставался неприступным, храня свои секреты от алчных глаз.

— Надо же, — пробормотала Регина, убирая бесполезный артефакт. — Даже мёртвый ты умудряешься мне напакостить.

Она ещё раз обошла вокруг склепа, внимательно изучая каждую деталь. Но чем дольше она смотрела, тем яснее становилось, что без ключа или специальных знаний проникнуть внутрь невозможно.

— Что ж, Максик, — усмехнулась она, отступая на шаг. — Похоже, твои секреты так и останутся с тобой. Пока останутся.

С этими словами Регина развернулась и направилась к выходу. Её дело здесь было закончено.

По крайней мере, на сегодня.

Чего у Регины не отнять, так это проницательности. Она с лёгкостью замечала самые глубинные побуждения остальных. Видела их буквально насквозь.

Я это замечал ещё тогда, тысячу лет назад.

И сейчас был уверен, что её определения и замечания точны, если не на сто процентов, то на восемьдесят так точно.

Забавно, учитывая, что сама она натуральная психопатка и тем самым приходится ближе к деду-личу, чем к нормальным людям.

Хотя, конечно, и к остальным князьям нельзя подходить с мерой обычных людей. За сотни лет жизни, да ещё и облечённой гигантской властью и силой, все они так или иначе, а были давно поехавшими монстрами. И лишь существование остальных сдерживало их от окончательного превращения в обезумевших от вседозволенности тиранов.

Считаю ли я таким же монстром сам себя? Разумеется. Но мне не нужен противовес в виде другого сильного мага, чтобы сдерживать своего внутреннего зверя.

Я всегда был на голову сильнее остальных, а потому только сам мог выступать в роли своего контролёра.

— Значит, вы так и не смогли договориться, кому отойдёт Рихтерберг? — спросил я у Регины.

Она медленно кивнула.

— Можно сказать и так. Мне не был нужны были лишние проблемы с большим городом, а остальные так активно отбрыкивались от этой чести, что, в конце концов, было решено оставить Столицу нейтральной. Думаю, что твой город внушал им какой-то суеверный ужас. Даже Гюнтер, который радовался больше всех, не рискнул объявить его своим.

Дальше я задал несколько кратких вопросов о том, что стало с некоторыми из моих соратников, о которых ранее она не упомянула.

К несчастью, по её словам, не выжил никто из них.

Но говоря о некоторых из них, Регина всё же не была полностью уверена, так как не участвовала в их уничтожении лично.

— Макс, прости, что вмешиваюсь, — вдруг заговорила Октавия, — и извини, если лезу не в своё дело. Но что стало с твоими прямыми потомками? Почему ты не спросишь об этом?

— Прямые потомки? — удивилась Регина, — У Максика что, были дети?

— И прекрати уже называть его Максиком! — вспыхнула Октавия, а потом обернулась ко мне и уточнила, — я ошиблась?

— У меня ещё не было детей, — не стал делать из этого тайны я.

Ведьмочка нахмурилась.

— Но как же… Разве Ольга не твоя прапраправнучка? Ты всегда её так называл.

Я пожал плечами.

— Для удобства. На самом деле, я полагаю, что она прямой потомок моего дяди или другого близкого родственника. Так что, фактически, она мне скорее внучатая племянница.

— Вот как… — задумалась Октавия, — Ольга расстроится, когда узнает.

— А мы ей не скажем, — подмигнул я в ответ, а затем перевёл взгляд на Регину, — и ты не говори.

В случае с Региной всегда лучше отдать прямой приказ, чем ждать потом мелкой пакости.

Я успел обсудить с ней ещё некоторые детали заговора Князей и войны против моего клана и хотел уже приступить к расспросам о наших главных врагах — Тенях.

Как вдруг, услышал шаги за дверью. Переключившись на одного из своих теневых разведчика, я увидел, что это Прохор.

А спустя минуту в нашу импровизированную темницу вошёл и он сам.

— Надеюсь, не сильно помешал? — спросил он, — Макс, извини, что прерываю, но, помимо горы трупов, с которыми всё понятно, у нас тут ещё и несколько сотен пленных. И я понятия не имею, что с ними делать.

Я хмыкнул. Действительно, многие вассалы Штайгеров не стали драться, а просто сдались. И, похоже, мне снова придётся ненадолго прервать допрос, чтобы заняться срочными делами. Нельзя забывать, что фактически война с Гюнтером всё ещё не закончилась.

— Хорошо, — кивнул я Калинину и направился к выходу. — Пойдём разберёмся с пленными. Регина никуда не денется.

Едва я переступил порог темницы, как за спиной послышался довольный голос деда:

— Ну наконец-то! Скучные политические темы закончились, можно вернуться к действительно важному. — Я обернулся и увидел, как лич потирает руки с видом ребёнка, которому разрешили поиграть с новой игрушкой. — Регина, а теперь поговорим о твоих экспериментах с временными петлями. Я правильно понял, что ты научилась замыкать энергетические контуры без внешних источников?

Глава 5

Мы с Прохором быстро поднимались наверх из подземелья замка. Калинин шагал рядом со мной, периодически поглядывая в мою сторону. Было видно, что его что-то беспокоит.

— Макс, — наконец решился он, — а что мы вообще собираемся с ними делать? Я имею в виду пленных. Кормить их — дорого, охранять — тоже требует людей. А пользы от них…

— Увидишь, — коротко ответил я. — Не всегда самое очевидное решение оказывается лучшим.

Мы вышли на площадь перед замком через главные ворота. Картина была весьма впечатляющей. Более трёхсот человек выстроились в ровные ряды под пристальным вниманием гвардейцев. Именно столько вассалов Штайгеров предпочли сдаться, когда поняли, что их битва проиграна.

Пленники стояли молча, но я видел, как их глаза беспокойно метались по сторонам. Особенно их нервировали химеры, расположившиеся по периметру площади. Броненосцы с их тяжёлой поступью и металлическими доспехами выглядели устрашающе даже в состоянии покоя.

Но больше всего внимания пленных привлекала Вьюнка. Гигантская плетистая химера мягко, но настойчиво корректировала положение тех, кто пытался слишком активно шевелиться или отступить от общего строя. Её лозы с шипами размером с кинжал деликатно подталкивали нарушителей обратно в ряды, не причиняя вреда, но недвусмысленно демонстрируя последствия неповиновения.

— Впечатляющее зрелище, — пробормотал Прохор. — Они выглядят так, словно ожидают казни.

— Не без оснований, — кивнул я,