Вай Нот – Темный Лекарь 15 (страница 50)

— Клик-Клак, — я повернулся к старейшине, выбирая слова осторожно, — я понимаю ваше желание покинуть это место. И я действительно хочу помочь вам переселиться. Но есть нюансы.

Уши старого гремлина дёрнулись настороженно.

— Какие нюансы-проблемы?

— Мир снаружи сейчас не спокойнее, чем здесь, — объяснил я. — И, возможно, даже опаснее. Идёт война. Политические игры. Интриги между кланами. Рихтерберг — не мирный город, защищённый от всех бед. Это поле битвы. И привести туда сразу всю вашу общину, также значит подвергнуть вас большой опасности.

Я сделал паузу, позволяя старейшине всё переварить.

— К тому же, — продолжил я с лёгкой усмешкой, — мои люди не привыкли к гремлинам. Им нужно время, чтобы адаптироваться. Так же, как и вам нужно время, чтобы привыкнуть к современному миру. Тысяча лет — это долгий срок. Многое изменилось.

Клик-Клак нахмурился, обдумывая мои слова.

— И что ты предлагаешь-советуешь?

— Действовать постепенно, — просто ответил я. — Давай сначала возьмём небольшую группу. Десяток гремлинов, может быть. Самых любопытных и смелых. Они приедут в Рихтерберг, осмотрятся, освоятся, познакомятся с моими людьми.

Я улыбнулся.

— И в зависимости от того, как всё пойдёт, мы примем дальнейшие решения. Может быть, остальные захотят присоединиться позже. Может быть, вы решите, что здесь, в родных подземельях, вам живётся лучше. Особенно после того, как я разберусь с остальными очагами поблизости.

Я встретил взгляд Клик-Клака.

— Я обещаю, что вернусь. Приведу своих специалистов для изучения вашей машины. Зачищу оставшиеся очаги в округе, чтобы вы могли свободно перемещаться. И если вы захотите переселиться полностью, я помогу организовать это. Но давай сделаем всё правильно, без спешки.

Старейшина долго молчал, почесывая подбородок. Остальные гремлины переглядывались, шушукаясь на своём языке.

Наконец, Клик-Клак кивнул.

— Мудро-разумно, — признал он. — Ты прав. Спешка часто приводит к поломкам-проблемам. Лучше действовать осторожно, но правильно и надёжно.

Он повернулся к собравшимся гремлинам и повысил голос:

— Кто желает отправиться с Рихтером? Это будет опасно! Но вы цвидите новый мир, встретите много людей-магов, столкнётесь с неизвестным-непонятным!

На мгновение повисла тишина.

А затем десятки лап взметнулись вверх. Гремлины запищали, зашушукались, некоторые даже начали подпрыгивать на месте.

— Я! Я хочу-желаю!

— Возьми меня-выбери!

— Я самый умный-способный!

— Нет, я! Я лучше-квалифицированнее!

Клик-Клак фыркнул, явно ожидая такой реакции.

— Тихо-молчать! — прикрикнул он, стуча посохом по земле. — Раз столько желающих, Я сам выберу, кто поедет!

Он повернулся ко мне.

— Дай мне час. Соберу десятку лучших. Сильных, талантливых, готовых к трудностям и надёжных. И, конечно, тех, кто хорошо знает ваш язык.

— Договорились, — кивнул я.

Клик-Клак жестом подозвал к себе Шпиль-Ку и ещё нескольких старших гремлинов. Они отошли в сторону и начали о чём-то оживлённо дискутировать на своём языке, периодически указывая на разных членов толпы.

Я остался стоять у машины, наблюдая за процессом отбора. Некоторые молодые гремлины подходили ко мне, робко разглядывая, задавая вопросы на ломаном человеческом языке:

— Ты правда убил-уничтожил Пожирателя-монстра?

— В твоём городе-месте есть большие машины-механизмы?

— Можно ли там строить-создавать что угодно?

Я отвечал терпеливо, стараясь не обещать слишком много, но и не гасить их энтузиазм.

Наконец, Клик-Клак вернулся. С ним шли десять гремлинов, смесь возрастов и специализаций, судя по их инструментам и внешнему виду.

— Вот они, — объявил старейшина. — Десятка лучших-избранных.

Он начал представлять каждого:

— Шпиль-Ка — наш лучший механик-инженер. Вин-Тик — специалист по часовым механизмам-точности. Жуж-Жик — мастер по металлообработке-ковке. Ис-Кра — алхимик-химик, работает с горючими смесями-веществами. Зуб-Чик — эксперт по шестерёнкам-передачам…

Список продолжался. Каждый гремлин выглядел взволнованным и гордым одновременно. Некоторые уже тащили с собой узлы с инструментами и личными вещами.

— Они готовы-собраны, — закончил Клик-Клак. — Когда отправляетесь?

Я посмотрел на группу. Десять пар огромных глаз смотрели на меня с надеждой и любопытством.

— Прямо сейчас, — ответил я. — Раз все уже готовы.

Клик-Клак резко поднял лапу, останавливая меня.

— Стой-погоди! — воскликнул он, и в его голосе прозвучало возмущение. — Прямо сейчас? Вот так сразу-немедленно?

Он постучал посохом по земле, его уши прижались к голове. Явный признак того, что старейшина был расстроен.

— Ты приходишь-появляешься после тысячи лет, мы восстанавливаем-возобновляем договор, и ты просто уходишь-исчезаешь? Нет-нет-нет! Это неправильно-невежливо!

Несколько гремлинов позади него закивали, поддерживая своего старейшину. Шпиль-Ка даже выступила вперёд:

— Совсем-совсем неправильно! Вы же наш гость-союзник!

Клик-Клак выпрямился, насколько позволял возраст, и посмотрел на меня с достоинством.

— Максимилиан Рихтер, — произнёс он торжественно. — Тысячу лет мы ждали-надеялись. Тысячу лет мы хранили память о нашем союзе. И теперь, когда ты наконец-таки вернулся, ты не можешь уйти от нас без должного праздника!

Шпиль-Ка снова радостно его поддержала. Она повернулась к толпе и повысила голос:

— Разве мы не гостеприимные-щедрые? Разве мы позволим союзнику-другу уйти с пустым желудком-брюхом?

— Нет! — хором отозвались гремлины.

— Разве мы не должны отметить-отпраздновать это великое событие-возвращение? — продолжала Шпиль-Ка, явно входя в раж.

— Должны! Должны-обязаны! — закричали гремлины, некоторые даже начали подпрыгивать на месте.

Старейшина повернулся обратно ко мне, и в его глазах читалась непоколебимая решимость.

— Ты останешься-погостишь, — сказал он твёрдо. — Хотя бы на один вечер. Мы устроим пир! Покажем, что гремлины помнят своих союзников! И только после этого ты можешь уходить со своими десятью добровольцами-путешественниками.

Он сложил лапы на груди и эмоционально закончил.

— Это не просьба-вопрос, Рихтер. Это требование-условие старейшины. Ты обидишь-оскорбишь весь наш народ, если уйдёшь сейчас!

Я посмотрел на него, затем на толпу гремлинов, которые все как один смотрели на меня с надеждой и ожиданием. Некоторые уже начали шушукаться, явно обсуждая, что приготовить для пира.

Да, гостеприимство гремлинов действительно было легендарным. И спорить с целой толпой возмущённых механиков, вооружённых инструментами и праведным негодованием, было бы просто неразумно.

— Хорошо, — сдался я, подняв руки в примирительном жесте. — Я остаюсь. Не могу же я обидеть своих союзников в первый же день нашей встречи.

Клик-Клак просиял.

— Вот и чудесно! — довольно произнёс он, и его уши тут же встали торчком. — Увидишь-попробуешь, какой пир-праздник мы устроим!