Василий Зеленков – Хроники далекой Галактики (страница 50)
Собственно, приказ Теркетт мог отдать и сам, если бы находился в рубке. Но он предпочел подняться на обзорную палубу и полюбоваться космическим пространством; близкие звезды не переставали восхищать адмирала с того момента, когда он впервые поднялся на орбиту.
Созерцание звезд приводило Теркетта в философичное и почти лирическое настроение, в чем он бы в жизни не признался; весь флот знал, что адмирал суров как жизнь во время шторма и тверд характером как железное дерево. Но от факта не уйдешь: глядя на звезды, Теркетт всегда размышлял о том пути, который его народ прошел за последние триста лет.
Конечно, без внешней помощи – без тех, кто помогал странствовать его сородичам – они бы не обошлись. Это признавали все.
Но изучение жизни иных систем, технологий, доставка их обратно, заключение сделок… это уже делали они сами. Те, кого называли Разведчиками; преемники первопутешественников и сейчас странствовали по Галактике, изучая и добывая все, что могло пригодиться народу.
С помощью сделок, заключенных Разведчиками, были заложены основы флота и городов. Построены верфи и куплены важные технологии. Жаль, что не в таких масштабах, как у обогнавших их по истории систем; например, на обзорной палубе до сих пор не получалось установить средства связи.
Конечно, далеко не всегда шли в ход деньги; Теркетт и сам не мог поверить, какое количество секретов внешники иногда выбалтывают в присутствии «забавного дикаря», не догадываясь, что тот может их использовать.
А сейчас надо было ликвидировать угрозу – о которой совсем недавно сообщил Разведчик с Нар Шаддаа. После подозрительного разговора он не поленился проследить за собеседником, оценить происходящее и немедленно послать весть на родину.
Так что теперь оставался лишь один шаг до сохранения тайны.
Теркетт бросил взгляд на хроно и направился к выходу с палубы.
– Что это? – эхом повторил навигатор, не отрывая глаз от иллюминатора.
Выйдя из гиперпространства, четыре грузовика оказались прямо перед… флотом. Военным флотом; капитан машинально распознал тяжелый крейсер, три легких, четыре фрегата, четыре корвета…
Собственно, и крейсеров бы работорговцам хватило.
– Откуда? – почти простонал капитан.
Прозвучал сигнал с пульта – кто-то выходил на связь с «Толстым ранкором». По-прежнему не отводя взгляда от флота, капитан медленно протянул руку и нажал клавишу ответа.
На экране возникла рубка военного корабля; за пультами расположились те самые дикари, которых начинающие работорговцы прилетели отлавливать.
А в центре рубки стоял один из них – чуть повыше остальных, в темно-коричневом мундире и с церемониальным копьем в руке.
– На связи адмирал Теркетт, – холодно произнес он на чистом общегалактическом. – Йюб-йюб, господа.
Первыми полыхнули орудия тяжелого крейсера «Генерал Викет».
А долей секунды спустя к ним присоединились остальные корабли Первого Эндорианского оборонного флота.
АУ и кроссоверы. День двадцатилетия Империи
Небо Корусканта было темным, и его украшали лишь звезды. Но через несколько часов на нем должно было расцвести пламя фейерверков, яркое праздничное многоцветье.
Император стоял у открытого окна, вдыхая ночной воздух. Последние годы он любил вечернюю прохладу, хоть и вставал по-прежнему рано.
Двадцать лет прошло… Вернее, даже более тридцати – ибо именно тогда начался его путь…
Император вспомнил свою схватку с учеником ситха, стремительную и пугающую. Он был весьма умелым воином, этот молодой забрак, но все же не сумел парировать один-единственный взмах меча, рассекший его тело надвое.
Чуть улыбнувшись, Император припомнил вздох облегчения за его спиной, исходящий от всех набуанцев, и чуть позже, наивный вопрос мальчика: «А я смогу так сражаться?»
Тогда он еще думал, что призвание джедая не в сражениях – хоть и занимался именно этим с момента посвящения в рыцари. И был уверен, что сумеет донести эту мысль до Анакина. Позже, конечно. В таком возрасте все мальчишки мечтают о битвах.
Тем более, что битвы и были – весьма… динамичное освобождение Набу.
А потом был Совет, и воля одного джедая столкнулась с упорством остальных.
«Он слишком взрослый для обучения…»
«Это опасно…»
«Мы не можем этого допустить…»
Хорошо, хоть у них хватило совести отослать Анакина из зала.
Тогда он сдержался, не бросил в лицо магистрам все, что думал. Просто ушел из зала. Чувствовал – Йода не поверил в его покорность, но Учитель Учителей ничего не предпринял.
Всего пару дней спустя они покинули Орден. Как трудно было объяснить Анакину, почему джедаи отвергли его… как трудно было найти подходящие слова…
Но ведь нашлись, не так ли?
Выбрать место было не так уж просто. В конце концов он остановился на Набу – кому придет в голову искать джедая-отступника в этом идиллическом месте? Где жители, к тому же, верны Республике?
К счастью, набуанцы были верны прежде всего своей планете, а уж затем – Республике. А они хорошо помнили, что этот конкретный джедай сделал для планеты.
Пять лет пролетели как один миг – и вот на космодром садится корабль. И на каменные плиты ступает рыцарь – тот единственный, что успел перехватить их перед отлетом и убеждал остаться.
Прямой взгляд. Уверенная походка.
– Вы были правы.
Он так и не стал расспрашивать новоприбывшего – что именно его заставило принять подобную точку зрения.
Еще пять лет. И прием у Амидалы, все же добившейся приглашения героев. И глаза Анакина, устремленные на молодую представительницу Набу.
Десять лет назад они бы укорили его за это. Теперь же просто предоставили событиям идти своим чередом.
Император вновь улыбнулся, вспомнив, каким счастьем сияли их лица в те минуты, когда они считали – никто их не видит.
Анакин в очередной раз подтвердил свои таланты – они с напарником нашли ценнейшую информацию – невесть каким образом обнаружили огромную армию клонов-солдат. Об этом стоило сообщить Ордену и канцлеру – чтобы занять их подольше.
Что было потом? Ах да, именно тогда у них состоялся разговор с Палпатином.
Не сказать, чтобы признание канцлера так уж ошеломило бывшего джедая. В сущности, он давно уже понял, что учитель-ситх вхож в высокие круги. Хоть и не думал, что в настолько высокие…
– Понимаете, друг мой, – говорил Палпатин, удобно устроившись в кресле, – я уже почти готов преобразовать Республику. Увы, действия сепаратистов теперь стали весьма крупной помехой для моего плана. Признаться, я не вижу в Ордене никого, способного устранить эту проблему… посему я обращаюсь к вам. Ваши воспитанники, как я слышал, весьма сведущи в Силе? Я могу предоставить вам дополнительные… техники.
Прямо-таки воплощенное дружелюбие. Каждое слово – правда. Каждое обещание – истинно.
Он и сам не знал, почему согласился. Жажда знаний, желание положить конец войне… да много было причин. План, конечно, стоило слегка изменить с учетом новых игроков…
Они справились. Граф Дуку погиб в собственном ангаре на Геонозисе, а его правая рука – генерал Гривус – зря решил лично проверять достоинства нового истребителя. Как пилот, он Анакину решительно уступал.
Они вновь стали героями; Палпатин умело подкинул СМИ информацию о том, что смерть Дуку и Гривуса предотвратила наступление на Корускант, и Республика превозносила смельчаков до небес.
Именно тогда он окончательно понял – джедаи с этим не смирятся. Никогда. Нет, славы им не нужно – но в отступниках они видят опасность. Как показал пример Дуку, видят не напрасно.
Необходимо было опередить Орден. План Палпатина для этого более чем подходил.
Срежисированные ими выступления сепаратистов, тщетно пытавшихся вернуть себе утраченные позиции, разбросали магистров по всей Галактике. И вот тогда настало время нанести удар!
Император вспомнил их последний разговор с Палпатином.
– Еще несколько дней – и все будет кончено, – улыбался Дарт Сидиус. – Итак, я сейчас отправлюсь обратно в свои апартаменты и отдам приказ клонам; вы же уладите вопросы с Храмом.
– Да, лорд Сидиус.
– Да будет служить вам Сила, – пожелал Палпатин и сел на заднее сиденье машины.
Та скользнула в воздух… чтобы всего парой секунд спустя расцвести вспышкой взрыва. Как ни странно, он все-таки успел что-то сделать – сухощавое тело, опаленное взрывом, рухнуло на крышу. Возможно, он бы и смог излечиться… да только времени на это никто не давал.
Джанго Фетт дважды выстрелил ситху в голову и поднял вопросительный взгляд на своего нанимателя. Тот, осмотрев результаты, кивнул и приказал убрать тело.