Василий Зеленков – Хроники далекой Галактики (страница 44)

- Меня он тоже удивлял, - усмехнулся фаллиен. - Человек очень большой целеустремленности... И умевший находить пути решения проблем. Собственно, так мы и встретились - ему меня порекомендовали. Ну а я мгновенно увидел несколько возможностей, которые открывает помощь джедая...

Он почти мечтательно прикрыл глаза.

- Один раз я даже замаскировал его под Инквизитора, и в результате получилась замечательная по красоте и нахальству комбинация. Конечно, позаботились и о прикрытии; потом, как я слышал, Инквизиторы перерыли половину Внешних Территорий, куда мы направили след, но никого, разумеется, не нашли.

- Инквизиторы, - между бровей Люка залегла вертикальная морщинка. Он пытался найти упоминание о них в дебрях своей памяти, но особо не преуспел. – Вынужден снова признаться в невежестве. Кто они были?

- [I]Одаренные[/I] на службе Палпатина, - пояснил Ксанд. - Подробных сведений у меня нет, но там были найденные и обученные, были некоторые джедаи, переведенные на Темную сторону... Хм, в Инквизиторий попал даже Адальрик Брандл, гениальный актер; записи его спектаклей я регулярно смотрю, и не перестаю восхищаться. Потом, после гибели Палпатина, Инквизиторы... рассеялись. Кто ушел к военачальникам, кто, кажется, хотел что-то свое организовать... кто вообще послал подальше политику и ушел в такое же подполье, как и джедаи при создании Империи.

- Я полагал, что в Империи были только Палпатин и Вейдер, - на лице Люка было написано удивление. – Но, оказывается, все устроено много сложнее. Знаете, Ксанд, я начинаю думать, что Темная Сторона соблазняла [I]одаренных[/I] гораздо чаще, чем принято считать. И я им не завидую, - джедай передернулся, вспомнив то страшное ощущение. Внутренний холод, возвышенная пустота в душе – и пьянящее ощущение власти. К счастью, он смог вырваться.

- Попробуйте как-нибудь посоветоваться с профессиональным историком, - мягко посоветовал фаллиен. - И почитайте про ситхов прошлого; многие века назад путями Темной стороны следовали тысячи разумных. Впрочем, тогда и джедаев было не меньше... хотя зачастую именно из них и получались первоклассные адепты Тьмы. Как я уже упоминал, такие были в Инквизитории; с несколькими из них мы с мастером Кеноби сталкивались.

- Они шли за вами только из-за того случая с переодеванием, или на то были и другие причины? – полюбопытствовал Люк. – Если вы сотрудничали с Орденом и помогли джедаю спастись от Империи, то вряд ли те, кто пришел к власти, вас полюбили.

- Ну, про помощь они вряд ли узнали, - рассмеялся Вессор. - Там было все сделано качественно - изменение внешности, изменение отпечатков пальцев... разве что ДНК да отпечаток в Силе остались, но тут уже я ничем помочь не мог... А вот про мою помощь рыцарям во время войны было достаточно хорошо известно тем, кто стал править... Но наши пересекались с инквизиторскими не из-за этого. Просто именно от них ваш учитель в первую очередь и хотел скрыть все следы, так что встречи были логичными. Кое-кто из них этого и не пережил.

- И никто не начал искать пропавших? – поразился Скайуокер. – Даже если [I]одаренных[/I] в Галактике было много, все равно – обученный Инквизитор должен был быть ценностью для Империи. По-моему, убить его – это не лучший способ сделать так, чтобы тебя позабыли.

«Но, может быть, Кеноби как раз и хотел напомнить врагам, что он еще жив», - пришла в голову запоздалая мысль.

- Ну, во-первых, первоочередной обязанностью Инквизитора была охота за джедаями, - пояснил Вессор. - И вряд ли кого-то могло удивить, что рыцари оборонялись и убивали охотников. А во-вторых, я заботился о том, чтобы смерть выглядела... м-м... не от руки [I]одаренного[/I]. В конце концов, за неимением джедаев, Инквизиторы часто выполняли обязанности следователей, инспекторов... само собой, у разного рода картелей и синдикатов они симпатии не вызывали.

Вот это Люк понимал. Будучи уроженцем Татуина, он хорошо знал, что любые представители власти не пользуются авторитетом в царстве полулегального бизнеса. А уж если эти самые «представители» отдавят мозоль кому-то из хаттов, их вполне могли отправить на ближайшую тысячу лет к сарлаку в желудок. И вовсе не фигурально, а совершенно буквально.

Разговор с фаллиеном был очень интересен и познавателен. Но и сам Ксанд Вессор вызывал у Люка стойкое чувство любопытства. Начать с того, что он был фаллиеном. Эту расу в Галактике можно было встретить нечасто. Люди жили на всех планетах, ботаны – на всех планетах шпионили, тви'лекки – осваивали обязанности вышибал и танцовщиц, в зависимости от пола и склонностей. Даже вуки были не редкостью, хоть они и не слишком любили покидать родные леса. А фаллиены – редкостью были. Если судить по Ксизору, то в «большое путешествие по Галактике» пускались эдакие авантюристы без четких моральных правил и семейных привязанностей. Справедливости ради надо сказать, что это же относилось и к искателям приключений иных рас. Даже к Соло, Кальриссиану и Каррде, если совсем честно. То, что Люк знал о Вессоре, версии «искателя приключений» не противоречило. Но он был лучше Ксизора примерно настолько же, насколько его Хан – лучше Бобы Фетта. И дело тут было не только в том, что один из этих ребят «за наших», а второй – нет. Скайуокеру нравилось думать, что тут дело в личном кодексе чести, но он подозревал, что сознательно упрощает ситуацию. Ну, помимо моральных аспектов был еще и аспект вполне биологический. Люку было интересно, что движет Ксандом Вессором, но еще интереснее то, как существо с холодной кровью приспособилось летать в космосе. Татуинские рептилии грелись на песке, чтобы запастись теплом на холодную ночь. Фаллиены тоже произошли от рептилий и были к ним ближе, чем большинство других рас. Кровь у них тоже холодная. Так как же они с этим справляются? Используют инфракрасную подсветку? Туники с подогревом? Татуинцу Люку всегда казалось, что в космосе холодно. Фаллиену должно быть еще холоднее. Джедаю очень хотелось спросить про это, но Люк опасался показаться нетактичным. У разных рас различные запреты: может быть, среди фаллиенов говорить о таких вещах неприлично. Трудно, если плохо представляешь себе чужую культуру.

- А как вы сами стали космическим странником? – полюбопытствовал Люк. – Простите, если это слишком личное, но, по моему, ваша раса не очень хорошо чувствует себя в межзвездных полетах?

- Я всегда был странником по природе, - не удивился вопросу Ксанд. - Моя семья достаточно состоятельна (пусть я с ней давно и поддерживаю отношения чисто формально), и это позволило мне совершить пару путешествий. Мне понравилось. Ну а потом нашел себе занятие по сердцу, разработал "теорию ожерелья", и с тех пор ей спокойно следую.

Что до того, как себя ощущает в космосе мой народ... знаете, все зависит от конкретной личности. И от того, насколько комфортабелен корабль.

- Я понимаю, - кивнул Люк. – Я как-то полгалактики пролетел в одноместном истребителе, а некоторые люди из знакомых Леи жалуются, что им плохо летать даже в круизных лайнерах. И все же, люди и фаллиены сильно отличаются друг от друга.

- Это верно, - согласился Вессор. - Но мы просто уступаем людям в численности, и обычно держимся в тени. Известными становятся личности вроде покойного принца Дома Сижран... вы с ним встречались. Поэтому и создается впечатление, что мы редко выбираемся в Галактику; впрочем, верно и то, что большинство моих сородичей предпочитает вести дела дома.

- А что это за «теория ожерелья»?

- А, - улыбнулся Ксанд. - Представьте себе ювелирный магазин, где толпятся покупатели, снуют продавцы... Один из них показывает покупателю прекрасное и исключительно дорогое ожерелье. Они оба смотрят на него; вокруг, как я уже сказал, толпа. Охранный дроид тоже не сводит глаз с ценного предмета. И в такой ситуации никто не может его взять себе, не так ли? Но нет. Покупатель может полезть в кошелек или глянуть куда-то в сторону, на мгновение отведя взгляд. Продавец может обернуться на оклик кого-то из коллег и начальства. Другие покупатели могут смотреть на иные товары; кто-нибудь из них может случайно загородить обзор охранному дроиду.

И может случиться момент, когда все эти случайности совпадут - и можно будет лишь протянуть руку и положить ожерелье в карман. Вся проблема в том, чтобы улучить такой момент и сделать ход.

Он помолчал и добавил:

- У меня обычно получается.

- Оби-Ван говорил мне, что такой вещи, как везение не существует, - улыбнулся Люк. – А принц Ксизор, похоже, заменял Силу тщательными расчетами.

«Хотя это не помогло ему против Дарта Вейдера», - закончил Люк про себя. И, сочтя что сейчас не лучший момент дискуссировать о преимуществах одаренных в подобных вопросах, спросил про другое:

- Вы летаете меж звезд уже долгие годы, намного больше, чем я живу. Скажите, Ксанд, неужели вам никогда не хотелось осесть в каком-то из миров, завести семью… короче, жить так, как живет большая часть населения Галактики? Простите, если я лезу не в свое дело, но для меня это тоже отчасти личное. Вот вы говорили мне о том, какой лихой командой были Оби-Ван и Анакин. Но все же отец нашел время на нашу мать, на то, чтобы родились мы с Леей. Мне нравиться думать, что, сложись все по-иному, наша семья могла бы стать тем, что называют «нормальная». Но потом я смотрю на себя – и не представляю себя в роли отца, ведущего сына в школу за руку. Вспоминаю Кеноби – и его тоже не представляю. Вот дядя меня в школу водил, а Бен – нет. Может, мы – просто особый тип людей, к нормальной жизни не приспособленных?