Василий Высоцкий – Служу Советскому Союзу (страница 20)

— Почему? — хмыкнул я в ответ. — Это интересный вопрос…

В своё время отец мне преподнес один из важнейших уроков. После внедрения в жизнь его урока мои бойцы стали относиться ко мне гораздо лучше. Они почувствовали мою уверенность, мою твердость, а заражаясь ею, сами стали выполнять задачу на порядок эффективнее.

— Мы с вами будущие командиры, — проговорил я после небольшой паузы. — А командир никогда не должен показывать слабость или неуверенность. Пусть он хоть обсирается от напряжения, но солдат должен думать, что это начальник делает от лютой ненависти к врагу. Никогда и ни за что нельзя демонстрировать упаднические настроения. Если только солдаты почувствуют, что командир колеблется, то это уже на пятьдесят процентов меньше вероятности победы. Мы танки, и мы будем двигаться до конца. По-другому мы не должны себя вести…

— А ты мудр не по годам, товарищ первокурсник, — обернулся ко мне капитан, сидевший чуть впереди. — Где-то прочитал или услышал?

— Додумался, товарищ капитан, — ответил я. — Долго размышлял о психологии, вот и вывел формулу поведения командира.

— Совершенно правильно додумался, — кивнул капитан. — А вы мотайте на ус, ребята. Думайте, соображайте, развивайте мышление. Оно вам в будущем пригодится. Ведь командир это тот, кто способен преодолеть внутренний страх, вселить уверенность в других. Ваш друг прав — выигрыш в сражениях напрямую зависит от того, кто ими управляет. Как раз именно от командиров ждут первых шагов, которые должны вдохновить солдат, поднять их в атаку.

Он ненадолго замолчал, а потом вздохнул и продолжил:

— Стоит помнить, что выход из затруднительных ситуаций есть всегда, если не опускать руки, смотреть страху в глаза и идти вперед до победного конца. Таким образом, командир — это тот, кто мелкими потерями, используя опыт и стратегию, может привести войско к победе, тот, кто является для своих солдат ярким примером мужества и воинской чести. Тот, кто не боится брать на себя ответственность за жизнь других и оберегать эти жизни всевозможными способами. Всё понятно?

— Так точно! — кивнули мы.

— Тогда прекратить упаднические настроения! Поныть мы успеем после, если вдруг прихотнется. Сейчас же надо сосредоточиться на реализации поставленной задачи.

После этих слов капитан отвернулся, а мы замолчали. Разговаривать особо ни о чем не хотелось. Мы ехали, каждый думал о своём, а я как мог любовался картинами Москвы из прошлого. Той самой, которую показывали в основном солнечным днём, когда солнышко ласкало фасады и балкончики.

Вскоре Москва кончилась и потянулись леса, поля и небольшие деревеньки. Качка и жара разморила после обеда. Мои друзья, как истинные курсанты, уснули сразу же, как только удалось более-менее удобно примостить тяжелые головы. Я тоже успел задремать, когда автобус неожиданно остановился.

Капитан пробрался вперед и крикнул весело наружу:

— Иван Михайлович, принимай пополнение! В поселок Радовицкий прибыли такие ухари, что мигом всё потушат! Могут даже по-пионерски!

Я быстро огляделся. Мы находились по всей видимости в каком-то поселке. Тут как раз было очень и очень дымно. Дым как будто жил своей жизнью или пародировал туман. От него першило в горле, в глазах понемногу начинало слезиться.

Внутрь автобуса заглянула плешивая голова крепкого мужика лет пятидесяти. Он хмуро осмотрел нас и потом прохрипел:

— Ну и на х… мне эти «пионеры» сдались? Тут у нас не кружок для рисования! Тут скопытиться можно, как два пальца обоссать.

— Товарищ директор, мы тут не в бирюльки приехали играть, а помогать. Если лишние руки не нужны, так мы поедем в другое место! — отчеканил капитан Драчук. — А начальству доложим, что вы отказались от помощи!

— Ладно, езжайте с Ковылем, он покажет, что к чему, — махнул рукой мужик.

Внутрь автобуса почти сразу же заскочил щуплый мужчина в замасленном картузе. Он пожал руку капитану и сразу же обратился к водителю автобуса:

— Слышь, друг, вон тудысь езжай. Тама не сильно полыхает, но всё равно помощь надобна. Как раз по плечу вашему молодняку.

Водитель угрюмо кивнул и повел автобус туда, куда ему показал Ковыль. Дым стал гуще. Где-то вдалеке щелкало и гудело, как будто работала машинка по очищению грецких орехов. Деревья стояли в белесом дыму, как будто изображали картинку из триллера. И вот-вот из тумана вынырнут кровожадные твари, готовые растерзать человека на месте.

Огонь был не менее кровожаден. И порой он перемещался гораздо быстрее киношных монстров.

Вскоре мы приехали в место, где стояли пожарные машины. Чумазые от гари лица десятков людей уставились на то, как мы выгружаемся из автобуса.

— Ну и на х… тут эти «пионеры» сдались? — послышался хриплый голос.

Я даже оглянулся — как это плешивый директор оказался тут раньше нас? Но это был вовсе не директор. К нам приближался крупный мужчина в боевой одежде пожарного.

Дорогие друзья-читатели, приношу свои извинения за вчерашний день без проды. В связи с международной обстановкой, новостями со всех сторон и тем, что едва не мобилизовали, нервы немного поистрепались. Чтобы отвлечься и перевести ум на другую волну, поискал на сайте развлекательные произведения. Мне попался цикл Алексея Калинина «Якудза из другого мира». #129494 Про попаданца, тоже в своё время служившего в армии, а потом попавшего в тело японского мальчишки. Начал читать и пропал)) То есть погрузился в цикл, в котором уже десять книг, две из которых бесплатные. Правда, там есть немного мата и эротики, но это вряд ли оттеняет общую мысль произведения — каждый получает по своим заслугам. Ну и конечно же могу порекомендовать для отвлечения от насущных проблем и поднятия настроения))

Глава 23

— Дмитрич, это пополнение, — выпрыгнул вперед Ковыль. — Ты это… принимай, показывай, куда им и чего делать!

— Чего им делать-то? Хороводы вокруг ёлочки водить и деда Мороза звать! Мне мужики нужны, а не пацанва желторотая! — рявкнул Дмитрич.

— Их Михалыч прислал. Пусть хоть сухостой рубят и подальше оттаскивают! Дмитрич, чего нам сейчас кочевряжиться-то? — развел руками Ковыль.

Следом слово взял капитан. Он козырнул и представился:

— Капитан Семен Вениаминович Драчук. Командующий вверенным подразделением. Прибыли для усиления и помощи. Ждем ваших приказаний.

— Драчук… — покачал головой Дмитрич. — Фамилия-то какая… Ладно, если прислали, то обитайте тут. Часть помогает пожарным закачиваться, часть оттаскивает подальше сухостой и очищает опашку. Пожар низовой, но ветер в любой момент может поменяться. Вперед мелкота не лезет, под ногами не мешается.

По небу плыли грязно-желтые дымовые кучи. Они черепахами наползали друг на друга и растворялись без следа, чтобы возникнуть в ином месте. В горле запершило, а в глазах защипало.

Дмитрич посмотрел на то, как мы начали чихать и кашлять, а потом покачал головой:

— Ну и на хрена же вы мне упали, цыплята!

После таких слов он обернулся и крикнул назад:

— Николавна! Тащи косынки, пока пацаны легкие не выплюнули.

На его зов из вагончика вышла дородная женщина с могучей грудью и засученными рукавами. Она взглянула на нас и всплеснула руками:

— Да куда ж таких молодых-то?

— Ты не причитай, а тащи косынки! — прикрикнул Дмитрич, а после обернулся к Драчуку. — Капитан, дели свой отряд на две части и это… постарайтесь сильно не мешаться под ногами!

Женщина вынесла целую кипу разноцветных косынок, какими женщины подвязывают волосы. Она раздала каждому по треугольному платку и громко проговорила:

— Мальчишки, подвязывайте хари как эти… из кино. Которые коров пасли, а потом поезда грабили…

— Ковбои? — спросил Лёха.

— Ага, они самые. Нижний конец заправляйте за обмундирование. Так полегше будет дышать…

Мне досталась черновато-красная косынка, на черном форе раскинулись соцветия чайных роз.

— А чего от платков ладаном пахнет? — спросил один из подвязавшихся. — С мертвой бабки сняли?

— Да типун тебе на язык, охальник! — махнула рукой Николаевна. — Это из церкви принесли, вот потому и пропахли так. Какая девка забудет дома платок, то и дают церковный, а то без покрытия головы не положено в храм божий заходить.

— Бога нет, — твердо сказал Лёха.

— Ну, нет и нет, это всё пережитки прошлого… Но косынку-то подоткни, не торопись узнать — правда его… — Николаевна показала наверх, — правда ли Его нету, или он-таки есть?

— Спасибо, гражданка, — от чистого сердца поблагодарил я.

— Спасибо! Спасибо! Благодарим! — послышались голоса опомнившихся курсантов.

— Ой, да ладно! — снова она махнула рукой. — Главное, чтобы был прок.

— Взвод, стройся! — скомандовал Драчук. — На первый-второй рассчитайсь!

После переклички первые отправились на помощь к пожарным — закачивать воду из небольшой речки неподалеку. Вторые же были направлены оттаскивать сушняк от опашки, которую периодически обновлял экскаватор. Впрочем, через полчаса было выяснено, что тридцать человек было слишком много для пожарных, поэтому осталось всего десять, а остальные двадцать пошли помогать вторым.

Уставшие пожарные уже на автомате выполняли свою работу, поглядывая на нас покрасневшими от дыма глазами. Я не выдержал и через несколько заправок попросил сам сделать забор, а водителю предложил покурить. Мужчина кивнул, мол, давай, попробуй.

Оказалось всё не так уж трудно — достаточно было запомнить определенный порядок действий. Подъехать к водоему, поставить на ручник, выжать сцепление. Затем не забыть поставить раздаточную коробку в положение «нейтраль». Потом врубить насос и пятую передачу. Плавно отпустить сцепление и можно идти к задней части машины, чтобы там продолжить работу по забору воды.