Василий Васильевич Чибисов – Либидо с кукушкой (страница 37)
В островке сознания, зажатом между двумя морями бессознательного, скапливается избыточное либидо. Что испытывает островок? Неудовольствие. Быстро нарастающее. Что делать? Срочно нужно отвести куда-то избыток либидо. Куда? Куда угодно! Сбагрить на сторону, другом сознательному представлению. Нет времени на поиск добровольцев и хитрые маневры. Пригодится все, что плохо лежит в сознании.
Небольшая проблема. Сознание не привыкло жонглировать одновременно большим количеством представлений. Выбор крайне скудный. Кроме того, нельзя вступать в беспорядочные либидозные связи. Передача либидо от одного осознанного представления другому предполагает соблюдение ряда правил. Связывая представления потоками энергии, сознание обязательно вкладывает определенный логический смысл в созданную конструкцию. Это вопрос экономии. Если элементы памяти объединены каким-то универсальным признаком, ими легче оперировать как целым. Наоборот, «нелогичное» объединение само требует дополнительной энергии: психике приходится каждый раз удивляться и вспоминать – по какому-такому праву в одной связке мчатся мотоцикл, морж в цепях, хаски, две крылатые колбаски и пингвин Вениамин, жующий метамфетамин.
В обычных условиях сознание согласится на устойчивое объединение представлений, только если в результате получится подобие рассказа, целостного образа, логичной системы и т. д. Такие вещи получаются естественным образом в процессе анализа информации или решения поставленной задачи. Или в результате уже знакомого вам
Когда либидо напирает, хлещет через край, времени на соблюдение логических формальностей не остается. Психика изобретает новую логику. Творческое сверхусилие сводится к тому, чтобы объединить необъединимое. Отыскать смысл там, где его нет. Собрать из осколков тридцати шести драматических сюжетов тридцать седьмой и вложить его в уста тридцать восьмого попугая.
Проблема экономии энергии тоже отпадает сама собой. Поэтому из бессознательного срочно мобилизуются какие попало представления и тоже включаются в композицию на правах художественных деталей или заплаток для сюжетных дыр. Сознание экстатически стонет от гнета представлений – их концентрация может в тысячи раз превышать привычный объем внимания.
Наконец, психика порождает кадавра, не имеющего никакого отношения к реальности, к привычной логике. Представление, которое ничего не представляет, но обладает запасом энергии. Здесь нет места критическому мышлению, анализу ошибок, прогнозам, прагматизму – ничего, связанного с целеполаганием в привычном смысле. Единственная мотивация: затянуть побольше представлений в творческий омут, оплести их сетью сомнительных связей и спрятать избыток либидо в этих закромах Родины.
Творческий процесс по определению превалирует над результатом. Последний нельзя
Пытливый ум наблюдателя может нырнуть поглубже в омут и выловить из мутной воды все до единого затонувшие представления. Психоанализ предметов искусства – довольно популярное занятие. Только не стоит перебарщивать. Раздраконивая предмет искусства на отдельные составляющие, анализ дискредитирует себя и становится бессмысленным. Детали, стилистические приемы, отсылки и одиночные образы несут смысл только в контексте целого омута и его беспредельных берегов: эпохи, личности автора, социальных страстей. Не искусство, не зритель, не творец – но структура их взаимодействия имеет высшую ценность для психоанализа.
По отрывку произведения или фрагменту картины нередко можно угадать творца. Находя в творчестве разных людей сходные приемы и наблюдая схожую реакцию разных зрителей, мы лишний раз убеждаемся в существовании универсальных механизмов сублимации. Изучая каплю культуры, Фройд сделал гениальный вывод о существовании бессознательных водопадов[57]. Современная нейропсихология идет еще дальше и вытягивает из капель информацию о химическом составе мировых океанов культуры[58].
Рис. 6.8. Образование застоя либидо. Либидо движется из бессознательного в сознание значительно быстрее, чем обратно, поэтому потоки из u в b изображены тройными стрелками.
За приятными разговорами о водопадах, океанах и омутах, мы нашли ответы к двум загадкам из трех. Творческий выхлоп – это очередной способ ассимиляции, удерживания и контроля над либидо. Кровопускание, чтобы снизить давление в сосудах замкнутого контура.
Есть некоторое сходство с аффектом, когда либидо необратимо рассеивается. При творчестве психосексуальная энергия сохраняется, но переходит в особую форму: самую зловещую, самую чарующую, самую сложную для понимания – в форму застоя (Stau). Вытащить запас из загадочного темного хранилища просто так не получится (о причинах мы поговорим гораздо позже). При аффекте исчезает энергия, но сохраняются ее бывшие обладатели – представления. Творческий омут затягивает в себя и либидо, и куски психического содержания.
Застой либидо играет главную роль и в творчестве, и в патогенезе психозов (глава 8). Представления, нагруженные «обычной» формой либидо (потенциалом), отражают наиболее важные для субъекта объекты реальности. Представления, втянутые в омут застоя, отражают иную, новую реальность, которую субъекту только предстоит создать. Неважно, где свершится акт созидания: на всемирном кинофестивале или в уютной комнате с мягкими стенами.
Тот факт, что творческий выхлоп является особой формой либидо, позволяет ответить и на вторую загадку. Почему нельзя все время творить? Потому что причиной застоя явилась разная скорость потоков либидо. Застой образовался, скорость выровнялась – копать новые омуты не имеет смысла.
Третья загадка о влечении к творчеству пока не поддается. Но почему мы заговорили о влечениях? Здесь нет ничего, напоминающего парную конструкцию из предыдущей главы. Тем не менее, творец испытывает экстатическую разрядку, завершая свой труд. Вплоть до дикого желания повеситься напротив еще не высохшего полотна. Или более жестко: опубликовать свой код на git-hub и выбросить ноутбук в озеро Хевиз[59]. Доверимся жизненным наблюдениям: локомотивом творческого процесса является некоторое влечение.
Что это за влечение? И в чем именно заключается его удовлетворение: в создании застоя, в сбросе энергии из потока? А может, дело совершенно не в этом, и творческий шедевр является лишь побочным продуктом? Зная цинизм и бескомпромиссную дерзость психоанализа, это предположение не вызывает ни малейшего удивления.
6.4. Практикуй, не практикуй…
Вернемся на два шага назад, к вихрям либидо. Либидо, посланное Алисой, не находит своей цели, сбивается с курса и после долгих мытарств по сознанию возвращается к источнику (рис. 6.9). Для определенности предположим, что либидо не покидает сознания и даже не приближается к бессознательному.
Чем этот случай отличается от разрастания амбивалентности (5.4), когда к пинг-понгу Алисы и Бэзила присоединялись все новые и новые представления? Правильно. Здесь нет Бэзила. Еще чем? Правильно. Нет дополнительных эффектов на границе сознания и бессознательного – все происходит в пределах одной структуры.
Получается, мы вернулись не на два, а на три шага. Когда никакой амбивалентности нет и не может быть. Есть только влечение: с источником (Алисой) и вытесненной целью (Бэзилом). Встречного потока либидо нет. Есть то, что называется удачным вытеснением, хотя удача эта весьма сомнительная. Где замещение? Где новая цель? Новой целью стала сама Алиса. Алиса замещает сама себя. Она доставляет себе удовольствие, используя себя как мишень для разрядки. Аналогично, сама причиняет себе неудовольствие, потому что получает либидозную нагрузку от себя.
По форме это знакомый вам вихрь либидо, не ищите здесь подвоха. Новизна в его происхождении. В прошлой главе было два встречных влечения, образующих устойчивую конструкцию. Сейчас влечение только одно, притом его источник и цель совпадают. Какое-то странное влечение.
Рис. 6.9. Когда к замкнутому потоку подключается слишком много представлений, они все равны с точки зрения либидо.
Может, дело в Алисе, и она неудачно выбирает деловых партнеров? Возьмем любое представление в замкнутом контуре – знакомого нам Мориса (рис. 6.9). Мы с удивлением обнаружим у него те же самые проблемы. Морис отправляет либидо саму себе. Вообще любое представление внутри вихря можно рассматривать в качестве источника-цели какого-то странного влечения. Поэтому не будем церемониться, воспользуемся правилом композиции и объединим весь хоровод в одно представление с многообещающим названием: Грабли (рис. 6.10).
Рис. 6.10. а) Пользуясь правилом композиции, все представления из замкнутого контура можно заменить одним представлением. Диаграммы б), в), г) абсолютно эквивалентны. Они все изображают представление с запасом либидо в его вихревой форме. Диаграмма г) заимствована из атомной физики, где таким образом обозначают спин (собственное вращение частицы). Обратите внимание, что на диаграммах а) – в) вращение происходит по часовой стрелке, поэтому на диаграмме г) «спин» смотрит вниз.