Василий Титов – Индустрия Внимания (страница 2)

Принципы, которые я откопал в Minecraft, оказались прочнее алмаза. Я просто переносил их дальше – из одного виртуального мира в другой. Сначала – Counter-Strike 1.6, потом – GTA SAMP. Игры менялись, механики менялись. Но суть оставалась прежней: люди всегда ищут выгоду, ощущение значимости и удобство. А я уже умел давать им всё это в нужной пропорции.

Но чем дальше я заходил, тем сложнее становилась игра. Если в одном проекте хватало пары упоминаний на рекламных мониторингах, то в другом нужно было включать фантазию. И по мере того, как росли требования аудитории, рос и я. Мои инструменты становились изощрённее, решения – смелее, подход – взрослее.

Именно в этот период у меня появились первые фейки – по сути, первые попытки управлять не цифрами, а восприятием. Я научился запускать ботов, которые вели себя как живые игроки. В мониторингах напротив моего сервера стояла заветная цифра – 500 игроков онлайн. Она работала как магнит.

Новички заходили и видели длинный список игроков. Сотни – пусть и не настоящих – людей, которые будто бы уже выбрали именно этот сервер. И людей это убеждало сильнее любых описаний или баннеров. Они оставались, играли, покупали привилегии, потому что видели «активность».

И тогда, будучи пятнадцатилетним парнем, я понял простую, но глубокую мысль: восприятие важнее реальности.

Иллюзия массовости работала безотказно. Она создавала ощущение масштаба, которого на самом деле не было. Люди верили глазам: длинный список никнеймов казался доказательством, что проект живой и крутой. Никто не проверял, кто из этих игроков настоящий. Да это и не имело значения – люди хотели чувствовать себя частью чего-то популярного, пусть даже слегка приукрашенного.

Конкуренция была жёсткой. Многими серверами занимались взрослые люди, которые умели считать бюджеты и строить процессы. Я же действовал по-другому – проще, смелее, интуитивнее. Пока они обсуждали «честность», я пускал в чатах слух: «Скоро на мой сервер зайдёт популярный блогер». Блогер, конечно, никогда не приходил. Зато приходил ажиотаж. И я быстро понял: иногда достаточно подогреть ожидание, чтобы запустить цепную реакцию.

Создавай иллюзию, а не продукт – так выглядел мой первый негласный закон, хоть я и не сформулировал его тогда словами.

Полгода такой «игры», и у меня появился первый ноутбук за 30 000 тенге. На тот момент это было почти как выиграть собственный мини-джекпот. Я не думал о бизнесе, не знал слова «маркетинг» и не умел объяснить, что такое монетизация. Просто делал то, что работало: давал людям желаемое – бесплатно, быстро и обязательно с ощущением статуса. А взамен они приносили свои деньги.

Только спустя годы я понял, что именно тогда усвоил главный принцип: не продавай продукт – продавай чувство, эмоцию. Чувство популярности. Чувство того, что ты в теме и в правильном месте.

Наступил момент, когда всё это пришлось резко притормозить. Не потому, что надоело и не потому, что «перерос». Скорее наоборот – серверы начали съедать слишком много сил. Каждый запуск, каждая настройка серверов, каждое точное попадание по времени, когда нужно включать «неживых» игроков, – всё это требовало внимательности и постоянного присутствия. Это была работа по расписанию, которое я сам себе придумал, но которое меня же и удерживало.

Я просыпался с мыслью, что надо проверить серверы, пополнения от игроков. Это стало чем-то вроде утреннего ритуала: пока другие тянулись за телефоном, чтобы отключить будильник, я тянулся к экрану, чтобы увидеть – жив ли сервер, не просел ли онлайн, не упал ли фейковый список. А засыпал я тоже странно: не с мыслями о школе, не о предстоящих уроках, а о том, что завтра снова нужно будет «включать жизнь» на сервере, писать посты для игроков, устраивать маленькие информационные толчки, чтобы держать цифры на плаву.

Чем дальше я в это углублялся, тем сильнее оно меня затягивало. Это была почти зависимость, только не от игр, а от процесса управления вниманием. Сервер жил, пока я его подпитывал. Стоило мне отвлечься на день-два – и онлайн тух. Игроки исчезали. Мониторинги проседали. Всё рушилось быстрее, чем я успевал это чинить.

И при этом учебный год шёл своим чередом. Экзамены, контрольные, подготовка к поступлению в колледж – это тоже требовало сил, но совершенно другого типа. Там не было мгновенной отдачи, эффекта «сделал – тут же увидел результат». Учёба была медленной, рутинной, а сервер – живым, бурным, требовательным.

И в какой-то момент я понял: моя голова больше занята тем, когда запускать фейковый онлайн, чем тем, какие билеты выпадут на экзамене.

Я пытался усидеть на двух стульях, но это начинало выглядеть как цирковой трюк. И с каждым днём становилось очевиднее, что долго мне так не протянуть – либо я готовлюсь к поступлению, либо круглосуточно оживляю виртуальный мир, который не может жить без меня ни суток.

Пришлось сделать то, что кажется почти предательством своих же идей, – отпустить. Часть серверов я просто забросил, часть – продал за копейки, лишь бы закрыть хвосты. От всей этой движухи остались только мёртвые паблики «ВКонтакте» и редкие сообщения от людей, которые ещё не поняли, что проект закрыт.

Но первый ноутбук всё так же лежал на столе. Уже не как символ «бегства вперёд», а как тихое напоминание: всё, что я делал в этих пиксельных мирах, было не игрушкой. Это был мой первый настоящий тренажёр, моя маленькая тестовая лаборатория, где я учился наблюдать, экспериментировать, выстраивать ожидания.

И я видел: принципы, которые там работали, никуда не исчезли. Просто теперь им предстояло выйти за пределы серверов – туда, где ставки выше, где внимание людей стоит дороже, а игра идёт без пауз.

Мир не стал тесным, он просто стал реальным. И требовал других решений, других усилий и другого масштаба.

И только позже я осознал: этот простой, почти наивный подростковый цинизм стал фундаментом всего, что я сделал дальше.

Глава 2. «Вконтакте» – школа влияния

После школы я поступил в колледж на программиста. Учился хорошо, без провалов, участвовал в студенческой жизни, но без особого вдохновения. Учёба шла своим чередом, а где-то внутри сидело ощущение, что в какой-то момент всё равно придётся работать. Не потому, что хотелось, а скорее, потому что «так положено». Родители не давили, но в глубине души я понимал, что пора искать себе место.

К этому времени я уже давно забросил создание игровых серверов. Они растворились где-то между парами, зачётами и подготовкой к экзаменам. Но то чувство, что когда-то мне нравилось собирать вокруг себя людей, никуда не делось. Из всего того опыта у меня практически ничего полезного не осталось – только старые паблики «ВКонтакте», наполовину пустые, наполовину мёртвые, где когда-то тусовались игроки моих проектов.

Я тогда почти ничего не понимал в том, как работают продвижение, алгоритмы, охваты, – это сейчас уже кажется очевидным. А тогда всё было по-детски простым: я знал только, как сделать пост, как загрузить картинку, как закрепить запись. Никаких стратегий, никакого осознанного SMM – просто умение нажать нужные кнопки в нужном порядке. Но именно этого оказалось достаточно, чтобы почувствовать: «ВКонтакте» – это живая среда, и даже в маленьком паблике видно, как люди реагируют, как меняется активность, что цепляет внимание, а что уходит в пустоту.

Когда в 2018 году я начал мониторить вакансии, я делал это без особого оптимизма. Программистом себя не видел, но других вариантов как будто бы не оставалось. И тут в списке вакансий мелькнула фраза, от которой я реально завис: «Редактор пабликов «ВКонтакте».

Не какая-то громкая позиция, не мечта всей жизни, а просто слова, которые неожиданно совпали с тем, что я уже умел делать, пусть и на самом примитивном уровне. Я понял, что это не про программирование и не про карьеру. Это про то, что мне знакомо. Про то, что я уже пробовал. Про то, что когда-то получалось.

И впервые появилась мысль: возможно, то, что я делал «просто так», может стать работой.

Собеседование проходило в небольшом ресторане моего города в Казахстане – в спокойном месте, куда обычно ходят семьи и офисные работники. Я пришёл заранее, волнуясь так, будто сдавал экзамен. И думал, что меня, скорее всего, просто выслушают из вежливости. Я был обычным студентом, который умел лишь делать посты во «ВКонтакте» и кое-как собирать активность в пабликах. Никакой уверенности, никакого портфолио не было, только внутренняя надежда, что вдруг повезёт.

И когда собеседование закончилось, меня приняли – настолько спокойно и буднично, что я не сразу в это поверил. Я выходил из ресторана и думал: «Серьёзно? Всё?» Даже не понимая, что сделал сейчас шаг в сторону совсем иной реальности.

Потому что вместо маленькой локальной компании, которую я себе представлял, меня ждал рекламный гигант – сеть сообществ «ВКонтакте», которая управляла аудиторией более 100 миллионов человек. Для меня это был другой мир. Там, где я привык к паблику на пару тысяч подписчиков, здесь каждый пост просматривался сотнями тысяч людей. Ирония была в том, что обновить взгляд на контент они решили благодаря людям вроде меня – новичкам без дипломов, без курсов маркетинга, но с насмотренностью и интуитивным пониманием среды.