Василий Седугин – Словен. Первый князь Новгородский (страница 4)
– Стоят толпой, порядка никакого!
Велемудр созвал князей, началось короткое совещание.
– Как видно, саксы пришли одни, франки их на этот раз не поддержали, – сказал Брячислав, тридцатилетний князь лютичей, богатырского роста, с красным лицом и налитыми кровью глазами; был он безумно храбр, первым бросался в сражения и бился неистово, не жалея себя.
– Франкским королям не до этого, – промолвил великий князь. – Когда-то могущественное, государство распалось, раздробилось на части, потому что властители его щедрой рукой раздавали пожалования свои дружинникам, служилым людям и церкви. У них почти не осталось земли, а значит, и настоящей власти. Богатые землевладельцы оттеснили их на задний план, захватили управление страной в свои руки. Так что теперь короли остаются только по названию, недаром их прозвали «ленивыми».
Князья внимательно слушали Велемудра, а он продолжал с усмешкой:
– Мне как-то рассказывал заезжий купец, что короли франкские довольствуются одним титулом и, восседая на троне с длинными волосами и отпущенной бородой, представляют собой лишь подобие государя. Они выслушивают отовсюду появляющихся послов и дают им как бы от своего имени ответы, заранее ими заученные и им продиктованные богатыми землевладельцами. А управляют страной майордомы, самые знатные из богатеев. Вот поэтому и нет здесь франкского войска, хотя франки и саксы одного рода-племени – германцы.
– Как же короли могли довести свою страну до такого состояния? – удивленно проговорил Бранибор, князь гаволян, высокий, худощавый, лет пятидесяти; был он обычно спокоен, рассудителен, благоразумен.
– Безответственные правители…
На какое-то время Велемудр замолчал, будто ушел в себя. Потом добавил:
– Не приведи боги, чтобы и на наш престол сели такие…
– Ну что, ударим по дикому племени? – всполошился Брячислав. – Мы своими закованными в броню воинами в два счета разгоним это скопище мужичья!
– Ну, может, и не в два счета, – возразил ему Велемудр. – Саксы – храброе племя, воевать могут, и довольно умело, мы не раз это испытывали на себе. Только вооружение у них, надо прямо сказать, не ахти. Да и как может вооружить себя племя? Это под силу только государству.
– Так чего ждать? – вновь заговорил лютичский князь. – Проучим саксов, чтобы они в другой раз не лезли в наши земли!
– И снова кровь. Пролить кровь – дело нехитрое. А добиться своего, не потеряв ни одного воина, – вот это будет настоящей победой!
В это время Бранибор, не отрывавший взгляда от неприятеля, воскликнул удивленно:
– Кажется, к нам направляются посланники для переговоров!
Князья оглянулись. К ним скакали три воина с белым флажком на длинной пике.
– Саксы опередили меня, – сказал Велемудр. – Я собирался сделать то же самое.
Саксы лихо остановили коней. Один из них, державший пику с флажком, промолвил по-славянски:
– Кто из вас великий князь? Я прибыл к нему от нашего герцога Одвольфа.
– Говори, – произнес Велемудр.
– Великий князь! Герцог Одвольф предлагает тебе вступить в переговоры, чтобы обсудить спорные вопросы.
– Передай герцогу, что я согласен.
Посланники ускакали.
– Для герцога слишком велика честь, чтобы с ним разговаривал великий князь Руссинии, – проговорил Велемудр. – На встречу с ним поедет один из вас.
Он внимательно оглядел князей, добавил:
– Я думаю поручить ведение переговоров Словену.
Словен заметил, как при этих словах Брячислава передернуло, а Бранибор отвернулся.
– Значит, так, – говорил великий князь Словену. – Берешь с собой двух воинов в сопровождение. Условие мира только одно: герцог должен вернуть Священную рощу. Если будет упираться, тотчас возвращайся. Пусть герцог почувствует тяжелую руку Руссинии.
Увидев, как от саксонского войска отделились три всадника, Словен тронул скакуна и рысью направился им навстречу.
Сдержав коней, противники некоторое время разглядывали друг друга. Словен сразу узнал герцога Одвольфа. У него были растрепанные рыжие волосы, широкий ноздрястый нос и шальные глаза, в них горел бесовский огонек; сам он был в постоянном движении, то дергал за уздцы коня, и тот беспокойно переступал с места на место, то ерзал на седле, то взмахивал зажатой в руке плеткой. Глядя на него, Словен понял, что только такой безрассудный, сумасбродный и взбалмошный человек, имея в подчинении слабовооруженное войско, мог решиться на войну с могущественной Руссинией.
– Где великий князь? – выкрикнул он взвинченным голосом. – Почему не явился лично?
– Я князь Словен. Мне великий князь поручил вести переговоры с тобой.
– Ни с кем, кроме Велемудра, говорить не буду!
– Хорошо. Тогда я возвращаюсь, и спор будет решен с помощью оружия, – спокойно ответил Словен и стал завертывать коня обратно.
– Стой! – выкрикнул Одвольф, и конь его закрутился на месте. – Что предлагает великий князь Руссинии?
– Только одно: считать Священную рощу составной частью нашей страны.
– У меня другое предложение: мы поделим рощу пополам. Одна половина останется у саксов, вторая отойдет Руссинии.
– Не будет на это нашего согласия.
– А на другое не соглашусь я!
– Тогда готовься к битве!
– К битве я всегда готов!
– Вот как! Но сначала посмотри на закованное в броню войско Руссинии и одетых в шкуры своих воинов, герцог!
Одвольф на мгновение остановился, его шальной взгляд скользнул по многочисленному войску руссин, которое, блестя на солнце оружием и доспехами, ровным строем развернулось во всю ширину поля, чуть подумал, ответил, пряча глаза:
– Хорошо. Сегодня же прикажу вывести из Священной рощи своих жрецов и воинский отряд. Будь здоров, князь!
– И тебе не болеть, герцог!
Они расстались, уверенные, что никогда больше не встретятся. Однако судьбе надо было так распорядиться, что вновь их дорожки пересекутся в самом неожиданном месте…
Словен вернулся к великому князю, слово в слово пересказал разговор с герцогом.
Велемудр, кривя в злой усмешке жесткие губы, произнес:
– Враги понимают только силу. Даже такой безответственный правитель, как Одвольф, и тот сообразил, что с Руссинией ему нельзя тягаться. Вот, князья, наглядный вам пример: надо крепить силу и мощь Руссинии, тогда никакие соседи нам не будут страшны!
Население Руссиниии восторженно встречало своих воинов. Особенно радовались люди, что победа была достигнута бескровным путем, что все воины возвращались из похода живыми и здоровыми. И это случилось благодаря великому князю, его мудрости и прозорливости. И люди кричали:
– Слава Велемудру!
– Слава великому князю!
– Слава Руссинии!
Великий князь решил отметить победу военными состязаниями. Этот обычай возник в незапамятные времена из стремления мужчин показать свою воинскую доблесть, и умение, и мастерство; постепенно военные состязания стали неотъемлемой частью торжеств и увеселений. Для проведения их на берегу возле Рерика были построены различные сооружения, среди них скамейки для зрителей, помост с креслами для знатных людей и деревянный престол для великого князя, над ним был накинут разноцветный балдахин; над балдахином устремлялось вверх древко с полотнищем, на котором был изображен герб племени бодричей и Руссинии – стремительно несущийся сокол; приезжие ставили палатки, шатры; торговцы сооружали ларечки, прилавки; многие горожане и жители окрестных селений являлись целыми семьями с едой и питьем, молодежь водила хороводы, затягивая празднества до глубокой ночи.
Состязания, как правило, были самыми различными. Тут были и борьба, и перетягивание каната, и стрельба из лука, и поражение цели пикой, и срезание мечом лозы на скаку… Но главным считались поединки, которые вели как конные, так и пешие воины. Победителей награждали различными подарками; самым отличившимся вручал их великий князь. Некоторые победители дарили свои награды любимым девушкам и женам.
Словен решил принять участие в соревновании на коне. Но до них было еще далеко, они проводились последними, и в ожидании их он присел на скамейку для зрителей, выбрав место недалеко от престола великого князя. Велемудр сидел рядом с княгиней, стареющей красавицей, возле них разместились члены семьи и родственники, среди них он заметил Бажену. Словен хотел кивком головы поприветствовать ее, но она ни разу не взглянула в его сторону, он оставил свои попытки и тотчас забыл о ней.
Первыми выступали борцы. Одна пара сменялась другой, зрители бурно приветствовали победителей, некоторым из них девушки дарили цветы. Среди силачей выделился рослый, широкоплечий и узкий в поясе богатырь. Он легко укладывал своих соперников и в конечном итоге вышел победителем. «Вот бы мне такого в дружину, – завистливо подумал Словен. – Он наверняка десяток воинов заменил». Видно, что-то подобное подумали и другие князья, потому что на поле выскочил Брячислав и вручил парню свой меч. Не утерпел и великий князь. Он обнял борца и одел на его шею золотую цепочку.
Тут на лужок выбежали скоморохи, стали кувыркаться, подкидывать друг друга, петь шуточные песенки; провели перед зрителями медведя, скоморох надевал ему на голову шапку, а тот сбрасывал ее лапой. Зрители хохотали от души.
Потом состязания продолжили другие воины, между ними выступали другие скоморохи. Время летело быстро и незаметно. Солнце палило вовсю, на краю неба появилась черная туча, погромыхивал гром, но никто этого не замечал, все были увлечены происходившим на лугу.