Василий Седой – За гранью (страница 14)

Глава 6

«Задолбала эта секретность. Я понимаю, что она нужна, особенно в таком деле, но не до маразма же её доводить», — ругался я про себя мысленно, складывая в сейф пронумерованные страницы.

Две недели уже прошло после того, как нарком озадачил меня написанием подобия аналитический записки по работе наших людей за рубежом. Все бы ничего, но по его требованию занимался я этим в специально выделенном мне кабинете, да ещё на Лубянке.

За это время я даже привыкать стал к размеренной работе в режиме максимальной секретности, но все равно бесит такой подход к делу. Что говорить, если даже черновики пронумерованы и их не уничтожают, как можно было бы подумать, а подшивают отдельной стопочкой? Это, собственно, и бесит меня со страшной силой, приходится ведь основательно фильтровать свои мысли прежде, чем перекладывать их на бумагу, даже если это черновик. Не привык я к такому. Ведь гораздо проще накидать все, что только в голову придёт, и потом, глядя на эти наброски, устраивать мозговой штурм, решая, что убрать на фиг, а что, наоборот, постараться развить.

В общем, не работа, а одно сплошное мучение.

Но, так или иначе, а я все равно смог накидать столько идей на заданную тему, что воплотить их все в жизнь, наверное, просто нереально. Но, даже если только часть из них будет реализована, наших противников ждут интересные времена.

Я не стал заморачиваться одной только темой подготовки личного состава, хоть и тратил на это львиную часть времени. Плюсом предложил ещё и кучу других интересных идей.

Когда я только начал этим заниматься и рыться в своей памяти, то сам охренел от количества всякого-разного интересного, хранящегося в моей голове. Особенно это касается разнообразных идей, почерпнутых из множества прочитанных в прошлом мире художественных книг. Вот уж где нескончаемое поле интересных идей!

В какой-то момент, разгребая эти завалы, хранящиеся в памяти, я поймал себя на мысли, что сейчас, как никогда, к ситуации подходят слова о том, что мы рождены, чтоб сделать сказку былью.

Действительно, в моем случае это звучит в тему. Честно сказать, полету своей фантазии я сам удивлялся. Даже не затрагивая момент подготовки людей, навспоминал столько всего разного, что в какой-то момент понял, реально — перебор.

К примеру, я предложил воров с рецидивистами не держать в тюрьмах, а обучать иностранным языкам и рассылать по всему миру. А что? Те же англичане при помощи своих преступников целый континент к рукам прибрали. Чем мы хуже? По мне, гораздо разумнее использовать эти отбросы общества себе на пользу. Никто ведь не мешает сейчас организовать какие-нибудь картели. Например, в Колумбии или других странах южной Америки. Или евреев у нас в стране дофига, а своей еврейской мафии в Штатах нет. Непорядок же?

Опять же, миллионы бывших сограждан после революции уехали за рубеж, а работа с ними ведётся спустя рукава. Классовая неравность, видите ли, мешает окучивать этот огород. Глупо как раскидываться ресурсами, не по-хозяйски.

Берия, читая мои опусы, только головой качал, и похоже, охреневал не меньше моего. При вербовке бывших соотечественников наши люди несли слишком большие потери и пришли к выводу, что овчинка выделки не стоит, за исключением редких случаев. Когда я задал вопрос, а нафига их вообще вербовать, он даже не понял, к чему я это спросил и уточнил, а какой смысл тогда вообще о них вспоминать?

Он потом долго ржал, когда я предложил вместо того, чтобы вербовать эмигрантов, начать им помогать, создавая организации, работающие для помощи соотечественникам. К примеру, создали фирму, которая что-то производит, и начали набирать сотрудников из числа наших эмигрантов. А со временем, когда они проникнутся корпоративным духом, озадачить их сбором нужной информации в той сфере, куда распространяются интересы фирмы. И все, просто сиди и анализируй халявные разведданные.

В общем, удивил я наркома. И это мягко сказано. И не только по отвлеченным темам.

Конечно, по подготовке людей голову пришлось поломать, с кондачка подобные задачи не решаются. В этом направлении придётся ещё работать и работать, но определённый скелет структуры, необходимой для обучения людей, я накидал. Да и предложений по самому обучению тоже выдал немало.

Берию заинтересовала идея не готовить разноплановых специалистов-универсалов, а делать их узкоспециализированными, заточенными на выполнение конкретных задач. Например, у кого-то получается лучше стрелять. Значит, из него нужно готовить стрелка. Другому нравится бухать, и он может выжрать дофига спиртного, не пьянея. Следовательно, необходимо развить эту способность и пусть бухает с нужными людьми. Третий — бабник. Тогда пусть ходит по бабам интересных для нас людей.

Понятно, что все это я говорю образно, но суть, надеюсь, донес, хоть и в шуточной форме.

В целом, моей работой в этом направлении начальство довольно. Понятно, что не все из предложенного воплотят в жизнь, некоторые идеи действительно выглядят для этого времени фантастикой, но что-то по-любому возьмут на вооружение и от этого хуже не будет.

Поработал я эти две недели, действительно, по-стахановски. И это при том, что я проводил ежедневно на Лубянке только по восемь часов в день. Всё-таки, не отошел я до конца от ранения и уставал со страшной силой.

Была эта самая усталость не только от работы над поставленной передо мной задачей, сказывались ещё и занятия медитациями под руководством Ареса, на которые я тратил минимум четыре часа в день.

Вообще Арес, по правде говоря, в последнее время задолбал. Взялся за меня по-взрослому, у меня иной раз возникало ощущение, что он начал спешить. Не смогу, как и раньше объяснить, откуда взялось такое чувство, но уверен, что это неспроста.

Более того, стыдно сказать, но он нашёл выход из положения и придумал, как снимать нужные ему данные во время наших с Настей ночных безумств. Нет, речь не идёт о подглядываниях их специалистами. На это я ни при каких раскладах не соглашусь. Все проще и сложнее одновременно.

Уж не знаю, каким образом, в тонкости меня не посвящали, но они смогли разместить в нашем номере непонятную аппаратуру, способную круглосуточно отслеживать буйство энергии во время эмоционального шторма. Ну, это Арес так выразился.

Так вот, была эта самая аппаратура в виде трех горошин размером со спичечную головку, вполне себе материальная. Соответственно, вопрос о возможностях этой цивилизации начал играть новыми красками.

У меня возникло чувство, что эти скунсы не то, что не договаривают, а нагло водят меня за нос в отношении этих самых возможностей.

Понятно, что они мне в этом плане совершенно ничего не должны. Соответственно, и возмущаться мне по этому поводу не стоит. Но, блин, осадочек все равно нехороший. Могли бы быть и попроще в этом плане.

Как бы там ни было, а эти их наблюдения за энергией конкретно нам с Настей пошли на пользу. Не совсем так, чтобы решить все насущные проблемы, но у меня начало получаться делиться энергией из ядра, напитывая ей ауру.

Глядишь, со временем и получится избавиться от излишка. Не быстро, понятно. Пока это происходит, действительно, по капле. Но хоть какая-то надежда на это появилась.

Настя, кстати сказать, тратила эту энергию на меня, вернее, на моё излечение. Тренировалась она, таким образом оттачивая на мне почерпнутые у Афродиты умения, и эти её старания не прошли даром. С каждым днем я себя чувствовал всё лучше и лучше. Правда до набора оптимальной формы ещё не близко, но процесс идёт.

Помимо постоянной изматывающей занятости в эти две недели был и светлый момент. Приблизительно через недельку с момента начала этого марафона к нам в гостиницу, где мы так и жили, заглянул Илья Старинов, который принёс замечательные вести.

Он тихой сапой смог перетащить к себе некоторых моих ребят, с которыми я начинал хулиганить в начале войны.

Он сумел добиться перевода в свое подчинение оставшихся в живых разведчиков, которыми так и командовал теперь уже капитан Чумак, и снайперов под командованием все того же Хаустова. Он тоже успел стать капитаном.

Надо ли говорить, что я, узнав такие новости, сразу же захотел увидеть ребят?

Вот так и получился неожиданный выходной. Да и как иначе? Ведь ребята находятся здесь как бы на отдыхе и пополнении. Соответственно, встреча не могла обойтись без спиртного.

Даже нарком, узнав причину, не сопротивлялся и отпустил меня на целый день.

Приехали мы с Ильей к ребятам не с пустыми руками. Поэтому и встреча получилась, что называется, в тёплой и дружественной обстановке.

На самом деле, ребята, действительно, рады были меня увидеть. Общение получилось очень душевным. Это касается не только командиров, а вообще всех. Тем более, что в строю осталось совсем мало бойцов. Разведчиков здесь присутствовало восемь человек, а снайперов двенадцать. Нет, остальные не все погибли. Кто-то в госпиталь угодил по случаю ранения, кого-то ранее перевели в другие подразделения, а кому-то и вовсе теперь дорога на фронт заказана из-за полученных увечий. Порадовало то, что ребята не теряют друг друга из виду и отслеживают судьбы товарищей-сослуживцев. Пусть и не всех, но большинства. Поэтому о многих во время этих посиделок я получил исчерпывающую информацию.