Василий Седой – Кровь не вода 3 (страница 23)

Кстати сказать, тоже стоит над этим подумать. Поход ведь априори будет удачным, и отец там вроде даже отличится. Опять же, с завоеванием Казани открывается дорога на Урал, а там, учитывая имеющиеся у меня карты, можно намутить, ох сколько много полезного.

В общем, думать надо. Сейчас я, похоже, нахожусь на каком-то перепутье, и очень важно именно в такой момент не налажать.

Хреново только, что от царя пока одни плюхи прилетают. То с людьми меня обломал, теперь ещё и крепость…

Складывается ощущение, будто он спецом хочет подрезать мне крылья на взлете, ну, или желает посмотреть со стороны, как я буду выпутываться из разных сложностей.

Поняв, что меня в моих размышлениях понесло совсем уж не в ту степь, я решил на время отложить это всё в сторонку и заняться делами, которые в любом случае рано или поздно придётся делать. Если с крепостью пока возникли непонятки, то чеканка денег вполне себе актуальная тема, требующая моего непосредственного участия. Здесь нужно для начала определиться, каким образом решать эту задачу.

Дело в том, что чеканить монеты можно по-разному, даже тупо стуча молотом по матрице. Но есть желание ведь делать сразу хорошо, да и привнести малость нового в это дело тоже хочется со страшной силой. Понятно, что раз уж лезть в это дело, хорошо бы подготовить оборудование, способное прослужить долгое время, притом, не требуя особо сложного обслуживания. Очень желательно использовать кривошипно-шатунный механизм, чтобы штамповать монету в товарных количествах. Но в моем случае осуществить это не то, чтобы сложно (при помощи литья бронзы можно было бы заморочиться), а довольно геморно, да и не нужно мне пока изобретать такие сложности.

Немного поразмыслив, я всё-таки пришёл к выводу, что чем проще все будет, тем лучше. При этом совсем уж примитив тоже не нужен, поэтому я остановился на винтовом станке с некоторыми хитрыми приспособами, призванными облегчить жизнь работников будущего монетного двора.

Про двор — это шутка такая. Но мало ли как все сложится в дальнейшем? Может и понадобится когда-нибудь этот двор, сейчас же и одного станка будет за глаза.

На самом деле, чтобы осуществить задуманное, моим кузнецам придется не то, чтобы постараться, а в прямом смысле этого слова, прыгнуть выше головы. Ведь для этого времени подобное оборудование, действительно, кажется сложным.

Всё-таки хорошо, что когда-то я интересовался темой штамповки. А для общего развития ещё и читал о том, как в разные времена чеканили монету, поэтому в теории неплохо представляю себе, как желаемое оборудование должно выглядеть в натуре, а значит, и проектировать его смогу. Благодаря этому, за небольшим исключением придумывать ничего не приходится. Нужно, по сути, только перенести имеющуюся в голове картинку на бумагу, ну, и объяснить мастерам некоторые моменты, которые обязательно нужно учесть в процессе изготовления этого оборудования.

За размышлениями и рисованием предварительных, схематических рисунков будущего оборудования время летело незаметно, и я так увлекся, что забыл обо всем на свете. Вынырнул из этого своеобразно угара только тогда, когда из-за наступивших сумерков пришлось зажигать свечу.

С трудом остановился и решил пока закруглиться с этой деятельностью.

На самом деле, стало интересно, чем там Святозар с гостями занят, что до сих пор так и не подошёл поделиться информацией, полученной от этих, как я понял, авторитетов.

Святозар в компании трех приезжих казаков незатейливо, под размеренную неторопливую беседу просто бухал. По правде говоря, я впервые видел наставника настолько пьяным, похоже, слишком крепким оказался самогон, привезенный Иваном Байдалиновым. Не рассчитали казаки сил и увлеклись, потому что языки у них к моменту моего появления уже изрядно заплетались.

Моего появления несмотря на то, что я подошёл вплотную к столу, похоже, никто не заметил. Это было неудивительно, учитывая состояние выпивох. И я недолго полюбовавшись царящей здесь идиллией, развернулся, чтобы уходить, и чуть не нос к носу столкнулся с Иваном, которого только что вспоминал в связи с самогоном.

Он кивнул на тёплую компанию и произнес:

— Не трогай их, Семен, пусть посидят, вспомнят молодость. Не часто за одним столом сразу три побратима собираются, они смолоду дружат.

— Ты их знаешь?

— Ходил, будучи совсем юным, с ними в Персию под руководством Святозара. Наслушался тогда про них много разного, поэтому и знаю о них немало.

Иван как-то тепло улыбнулся и добавил:

— Пусть посидят. Ты мне пока расскажи, что нужно будет мне ещё сделать в немецких землях. Да и о другом ещё поговорить хотел. Хорошо было бы одного из людей Рихарда взять с собой. Тогда проще будет убедить родственников кузнецов в необходимости переезда. Там, оказывается, у них целые рода занимаются этим ремеслом. Только у Рихарда три уже взрослых сына кузнеца, ну, и у других тоже родни немало. Похоже, если все согласятся на переезд, немалый обоз придётся собирать.

— Вот оно как оказывается. — Протянул я, снова мысленно ругаясь сам на себя за то, что не соизволил до сих пор поговорить хотя бы с Рихардом, не считая всех остальных, и продолжил:

— Если этих родственников, действительно, много, и они решатся на переезд, это упростит дело. Я хотел просить тебя, чтобы ты поискал там дополнительных мастеров, главным образом, кузнецов-оружейников. Но повторюсь, если среди этой родни вдруг окажется много умельцев, то это тебе упростит задачу. Тебе тогда остаётся только отыскать и уговорить на переезд хотя бы пару мастеров, называемых там алхимиками. Не обязательно искать известных людей, добившихся на этом поприще каких-либо значимых успехов. Достаточно будет подмастерьев, но увлеченных своим делом.

Иван, внимательно выслушав, вдруг спросил:

— А тебе такие люди нужны обязательно из немецких земель?

— А что, есть кого предложить? — Тут же поинтересовался я.

— Знаю я в Киеве двух человек, которых как раз и зовут этими алхимиками. Только они как будто не от мира сего, странные какие-то.

— Не найдёшь в немецких землях или не сможешь уговорить на переезд, попробуй этих привезти. Мне, в принципе, без разницы, откуда они родом. Главное, чтобы увлечены своим делом были. Серебра я тебе выделю с запасом, поэтому постарайся привезти хоть кого-нибудь, очень уж нужны нам такие люди. Ещё, если получится, попробуй нанять там рейтаров, согласных на переезд, желательно вместе с семьями. Этих нужно хотя бы человек тридцать, а лучше с полсотни.

Иван как-то странно на меня посмотрел и спросил:

— А эти-то тебе зачем нужны? Что у нас своих всадников мало?

— Будут наставниками у молодых, обучат их правильному ведению боя. Они там уже научились максимально эффективно использовать огнестрельное оружие. Вот пусть и поделятся опытом.

Иван пожал плечами, буркнул, что-то по типу: — Наши умеют не хуже, — и потом уже громче добавил: — Поищу и рейтаров тоже. Ещё кого надо?

— Надо много кого, только на тебя и так, похоже, лишнего навестил для одной поездки. Но, если вдруг будет возможность уговорить на переезд кого-нибудь из мастеров, не важно, в каком направлении деятельности, обязательно забирай. Нам все нужны, и мы кого угодно к делу пристроим.

После разговора с Иваном и позднего ужина я долго не мог уснуть, размышляя о всяком-разном, удивляясь, сколько всего на меня валится. Кидает меня из стороны в сторону, будто щепку в бурном потоке, и я ничего пока с этим не могу поделать.

Собственно, если рассуждать здраво, то мне, чтобы добиться чего-то относительно значимого, нужны три вещи. Место, где я буду хоть какое-то время чувствовать себя хозяином и делать то, что посчитаю нужным. Деньги, притом большие, чтобы можно было мутить относительно серьезные проекты, не рискуя остаться у разбитого корыта, и люди. Притом, именно людей нужно реально много, потому что с горсткой помощников ни о каких знаковых достижениях и мечтать не следует.

С этим незаметно для себя я и уснул, а на следующий день начались пляски с бубнами вокруг крепости.

Образно, конечно, говорю, но, по сути, верно. Начались серьезные переговоры о продаже нашего не до конца укрепленного островка, и торговался я отчаянно.

Но предварительно на рассвете у меня состоялся разговор со Святозаром, который уже в подробностях ввёл меня в курс дела.

Оказывается, средства на покупку, действительно, выделил Иван Грозный. Но сделал он это вкупе с серебром, которое отправил казакам в качестве оплаты за их участие в походе на Казань и отвлечении ногаев. Говоря проще, он оплатил казакам помимо прочего, ещё один поход на ногаев.

Собственно, в том, что серебро поступило скопом, без указаний, куда какие суммы предназначены, и таилась главная засада. Ведь получается, что его нужно делить на три части, и заинтересованные в этих самых частях тянули воз в свою сторону, надеясь урвать побольше.

Вот и мне поневоле пришлось участвовать в этом перетягивании каната. Благо, что хоть возможность такая была. Повезло ещё и в том, что в составе делегации были сразу два побратима Святозара, потому что другие трое пытались разговаривать со мной, как с дитем несмышленым, не знающим жизни и обязанным внимать матерым казакам, как гласу божьему.

Это, кстати, определение Святозара. Когда в начале переговоров эти деятели начали задирать нос, я, глядя на них, спросил у наставника: