Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 285)
Конечно, даже я, далекий от аэронавтики человек, вполне уверен, что трёхсот рублей Циолковскому не хватило бы. Даже трех тысяч не хватило бы. Базовый капитал акционерного общества графа Цеппелина составлял восемьсот тысяч марок золотом, и то было маловато. Да, теории, изложенные в трудах Циолковского, вероятно, полны неточностей и явных ошибок. Однако, будь в его распоряжении требуемые средства для постройки полноценных моделей, разве эти модели не повлияли бы на теорию? Возможно, в итоге получился бы дирижабль, отличный от первоначального замысла. Но — получился бы. При условии что Циолковский сумел бы привлечь к работе инженеров, конструкторов, теплотехников, то есть поставить процесс создания дирижабля на промышленную основу. Как это сделал впоследствии Фердинанд фон Цеппелин. Получи Циолковский потребные средства, и тогда, в тридцатые, а то и в двадцатые годы прошлого века, над Нью-Йорком летал бы не «Гинденбург» со свастикой, а серпастый и молоткастый «Владимир Ленин» или «Иосиф Сталин», а там и Первый воздушный флот, и Второй, и Третий. Ведь до гибели «Гинденбурга» дирижабли на равных конкурировали с аэропланами, и, будь «Гинденбург» наполнен, как и планировалось, гелием, а не водородом, неизвестно, как бы оно повернулось дальше.
Но не нашлось у Российской Империи трёхсот рублей для Циолковского, и развитие пошло по тому пути, по которому пошло. Потом уже, сорок лет спустя, Умберто Нобиле приехал в Советский Союз, но — не вытанцовывалось у нас с дирижаблями. То ли денег по-прежнему не хватало, то ли Боденского озера, а возможно, и аэропланы выросли из детских штанишек и стали демонстрировать преимущество если не в мирном секторе, то в военном. И самые квалифицированные кадры, и материальные средства бросили на аэропланы, а дирижаблям — по остаточному принципу.
Но проблема не в одних дирижаблях. Хотелось бы знать, сколько открытий и изобретений остаются нереализованными из-за того, что в кассе нет трёхсот рублей. Если не знать, то хотя бы вчерне прикинуть. Ну да, зачастую изобретения — очевидная ерунда, но ведь в случае с Циолковским специалисты признали: «в этом что-то есть». Я не говорю о восьмистах тысячах золотых марок, это сумма значительная (по нынешним временам — сотни миллионов рублей), но первоначальный взнос, на построение модели, — где добыть его сегодня?
Просить у Академии наук? Даже не смешно. Взять ссуду под четыре процента в день? Изобретатели, конечно, зачастую люди не от мира сего, но не настолько же. Пойти на поклон к частному капиталу? Мол, так и так, я хочу и могу осуществить вековую мечту человечества и создать Машину Времени, и для изготовления модели мне нужно четверть миллиона рублей (сегодняшний эквивалент трехсот рублей 1890 года)…
Девять олигархов, пожалуй, и слушать не станут, а десятый — вдруг да и выслушает. Выслушает и спросит, какая от Машины Времени будет польза частному капиталу. Большая, отвечу я. А конкретно? А конкретно можно открыть портал в голодные годы, их в истории страны немало. Открыть и набирать из прошлого цайтарбайтеров, которые за еду будут счастливы работать дворниками, строителями, учителями, да кем угодно. Ленинградских интеллигентов девятнадцатого года, к примеру. Или сорок второго.
Тут олигарх оживится. Действительно, выгодно. Ежедневно каждому буханку самого простого хлеба, луковицу, двадцать граммов сала, а по воскресеньям — два куриных яйца: они, поди, счастливы будут.
А можно и наоборот, продолжу я. В девятнадцатом веке ревизская душа стоила пятьсот рублей. На наши деньги — полмиллиона или около того. Набрать тысячу человек на сельхозработы в экологически чистых районах, пообещать бесплатный проезд, питание, проживание и переместить их в Херсонскую губернию тысяча восемьсот тридцать шестого года. Документы на продажу тысячи душ выправить с помощью сегодняшней аппаратуры не составит никакого труда. И — полмиллиарда в кармане. А если переместить больше? Причем врачей, учителей, инженеров можно продавать поштучно за гораздо б
Тут олигарх позовёт юриста, юрист составит договор, по которому все права на Машину Времени — авторские, имущественные и прочие — будут принадлежать олигарху. Зато я получу четверть миллиона с обязательством представить к первому января две тысячи четырнадцатого года действующую модель Машины Времени. Под залог квартиры.
Подписывать? Не подписывать?
Стабилизация лавины законодательным путём: прогнозы и размышления{421}
Трам, драм, бух — и на тарелку упало… нет, вот так: упали каловые массы. Ведущий и гости студии внимательно осмотрели продукт и пришли к выводу: мягкое, но оформленное… нет, мягкие и оформленные массы. Пейте йогурт марки «Икс»!
Десять часов утра, федеральный канал, и я завтракаю у телевизора. Пусть оно… Нет, пусть они, каловые массы то есть, сделаны из пластилина, но до чего похоже сделаны!
Мдя… Нет, я человек привычный, в принципе, одобряю и санпросветработу, и молочнокислые продукты, но вот так, утром, за завтраком, без предупреждения…
И, пусть с запозданием, телевизор выключаю.
Август я провожу в деревне. Среди полей, лесов и заброшенных садов. Есть и река. Птицы, рыбы, лесное и полевое зверьё. Немало пресмыкающихся: ящерицы, ужи, в этом году необычайно много гадюк. Звёздное небо при полном отсутствии уличных фонарей. Грозы с молниями в полнеба. Да много чего интересного летом в деревне. Сельскому жителю эти красоты привычны, сельский житель работает на земле, сельский житель устаёт, но я-то — дачник.
Правда, приходится мириться и с неудобствами, но в малых дозах неудобства даже полезны. К примеру, в сеть захожу с USB-модема. Порой скорость приема и пинг терпимы, удаётся даже в шахматы на сервере поиграть, но чаще попадаешь в мир девяностых, мир диалапа и 14.400 чего-то-там в секунду. Помня советы «Компьютерры», я отключил в браузере всё, что возможно, ограничиваясь текстом. А текста мне хватает на полчаса. Три раза по десять минут. Пустые прения мне неинтересны. Остальное время — моё. Вот я, соскучившись по изображению, и включил телевизор. Каналов здесь два — «Первый» и «Россия-1». Вступив на одном из них в неаппетитные массы, через день я повторил попытку уже с другим. Как назло, при включении я увидел обсуждение проблемы, передаётся ли гонорея при совместном пользовании унитазом. Ещё раз мдя. В книгу подобное и не вставишь: неправдоподобно, гротеск, поклёп на телевидение. А в жизни бывает.
Я и выдернул вилку из розетки.
Без телевизора и с диетическим интернетом мне не оставалось ничего иного, как думать, думать и думать. О курганах: неподалёку есть один. О невидимых существах, населяющих нашу планету (пишу повесть о Циолковском, фантастическую). И — немножко — об «антипиратском» законе, вернее, о введении на территории России интернет-блокады. Правильный закон. Хороший закон. Давно назревший закон. Но почему только фильмы? А писатели что, не люди? Или живописцы? Вообще весь творческий трудовой народ, что кормится читателем, слушателем, зрителем? С другой стороны, давно известно: если в одном месте что-нибудь убудет, в другом тут же что-нибудь прибудет. Если у кинофильмов убудет зрителей, то у писателей тут же прибавится читателей, что ценно само по себе. Что убудет зрителей, я нисколько не сомневаюсь, при условии что «антипиратский» закон реально поможет защитить интересы правообладателей (во всяком случае то, что они понимают под своими интересами сегодня).
Ну, вдруг? Почему бы и не защитить? Уже появились сообщения о первых успешных шагах: в досудебном порядке закрыт доступ к такому-то числу сайтов. Язык выдаёт: успехом называют именно блокаду сайтов, а не увеличение доходов правообладателей. И в самом деле, интересно, насколько они увеличились? На три процента, на тридцать три — или же речь идет о баснословных миллиардах, тех миллиардах, которые правообладатели теряли из-за флибустьерской деятельности несознательных элементов? Насколько возросла прибыль кинотеатров по сравнению с августом прошлого года? Продаваемость лицензионных блюреев и дивиди-дисков? Господа актёры, сценаристы, гримёры, костюмеры и декораторы, а ваши доходы (без уточнения сумм, разумеется) возросли резко? Или как? В общем, посмотреть на кривую уплаты налогов: пошла ли она вверх или следует прежним курсом? Многовато вопросительных знаков, но тут без них не обойтись.
Впрочем, я уже получил ожидаемое: буквально вчера подписал договор на переиздание прежних вещей. Получил и предложение написать что-нибудь новенькое. А у меня уже и есть! Деревня — она способствует романам. Если на земле не работать. Одно лишь тревожит: не перегнут ли с законом, не появится ли головокружение от успехов?
Знаю людей, которые даром, «на халяву», смотрят по пять–шесть фильмов в день. Частью и не смотрят, а надкусывают: десять, пятнадцать минут, не понравилось — переходят к следующему. Устают к полуночи донельзя. Если же за фильмы придется платить, то зарплата провинциального бюджетника вряд ли выдержит более двух–трех в неделю. А то и меньше.