Василий Щепетнёв – Село Щепетневка и вокруг нее, том 2. Computerra 1997-2008 (страница 121)
Подданным России был и Генрих Сенкевич (эмигрант, эмигрант!) – поскольку Царство Польское входило в состав Империи. Эмигранты Исаак Башевис-Зингер и Чеслав Милош тоже россияне по праву рождения.
Есть писатели, не получившие премию но, полагаю, их имена могли бы ее украсить. Это Максим Горький, Алексей Толстой, Марк Алданов и Владимир Набоков. Все четверо побывали в эмиграции.
Получается, что эмиграция является самостоятельным фактором, способствующим развитию таланта и, как следствие, получению Нобелевской премии.
Каким образом эмиграция связана с талантом? Не знаю. Но могу предположить. Во-первых, эмигрируют люди активные, ищущие, живые. Эти свойства очень помогают реализации таланта, если таковой, разумеется, присутствует. Во-вторых, эмиграция некоторым образом сжигает мосты, ставя человека в положение "Сделай или умри". Кто-то и делает. В-третьих, эмиграция погружает человека в поток новых впечатлений, поднимая со дна то, что у человека на дне хранится. У кого-то талант. Возможно, существует и "в-четвертых", но я покамест остановлюсь. Необходим эксперимент. А для проведения эксперимента – условия, финансы и прочее.
Интересно, в какой номинации присудят Нобелевскую премию "за выявление связи между эмиграцией и талантом"?
Дневники Вождя{188}
Как важно выработать привычку вести дневник! Пока длится детство, это не трудно: ввести в школах предмет "дневниковедение", где и учить основным правилам написания дневников - не тех, учебных, с расписанием уроков, а полноценных, где есть события и размышления о них.
Дневниковедение тесно сопрягается и с русским языком, и с литературой, и с историей, и с географией, остальным предметам также найдется местечко. По крайней мере, школьник научится связно излагать свои и чужие мысли, что уже замечательно. А если день за днем писать не о чем, возникнет понимание: жизнь проходит впустую.
Из школьников получатся студенты, солдаты, полицейские или работники полусферы здравоохранения (на сферу полноценную, защищающую человека со всех сторон, наше здравоохранение явно не претендует), но это будут люди, привыкшие анализировать реальность, что является необходимым для того, чтобы встать, наконец, на колени, а не продолжать ползать на брюхе.
С колен, положим, не каждый и захочет вставать, памятуя о разнице между Homo sapiens и Homo erectus, человеком разумным и человеком прямоходящим, но, по крайней мере, стоя на коленях, не захлебнешься в собственных рвотных массах...
Но многие встанут. А некоторые и вознесутся. Войдут в историю. Вот тут-то дневники и пригодятся. Себе - писать мемуары. Потомкам - изучать Жизнь Замечательных Людей.
А то порой и обидно. Дневник "битого генерала" Франца Гальдера был и остается важнейшим источником сведений о второй мировой войне. Мемуары же маршала Победы Григория Константиновича Жукова - событием преимущественно литературным, точных сведений там не ищи. Как их упомнить, события, начиная с пятнадцатого года? А ведь путь Жукова - воистину эпопея, каждый день жизни полководца интересен потомкам.
Или дневники Николая Второго... Их нужно в школе читать, на уроках дневниковедения. И тогда половина вопросов о причинах революции в России отпадут сами собой. В стране кризис, наболевшие вопросы необходимо решать, и решать умно, споро, решительно, а Его Императорское Величество изволят вести счет убитым воронам... Грустно.
А какой шум поднялся, когда в тысяча девятьсот восемьдесят третьем году немецкий журнал "Штерн" начал публикацию дневников Адольфа Гитлера! Интерес к собственноручно записанным откровениям фюрера ("Майн Кампф" он надиктовывал) был небывалый. Увы (скорее, ура), но химия - наука точная. Чернила, которыми были написаны дневники, не могли быть изготовлены ранее пятидесятых годов, следовательно, либо "Штерну" продали фальшивку, либо Гитлер в пятидесятые годы был еще жив и писал дневники задним числом.
Но куда интереснее история с дневниками Сталина. По свидетельству современников, Сталин дневников не вел. Но я тому не верил. Не верю и сейчас. Сталин был человеком пера, и дневники для него были не роскошью, а способом существования. Если существовал Сталин, то и дневники его тоже не миф.
Я так мечтал их найти! Залезть на чердак, и где-нибудь в старом сундучке, а то и в тайнике под стрехой отыскать тетрадь в коленкоровой обложке, спрятанную Сталиным двадцатого ноября или десятого декабря девятнадцатого года. Не нашел. Плохо искал.
Или Сталин спрятал дневники в ином месте. Хотя... Вдруг дневники уничтожили его сподвижники весною пятьдесят третьего? Неплохо бы поискать в Грузии, молодой Иосиф в Горийском училище не мог не вести дневник. Но в Грузию ехать не совсем удобно. Пусть уж сами ищут. Хотя если пригласят, что ж, я готов, извольте.
И лишь совсем недавно я понял, где спрятаны дневники Сталина-вождя. А поняв, тут же и нашел. Все соответствовало классическому принципу "украденного письма" Эдгара По (хотя приоритет, по-моему, принадлежит "Любопытному" дедушки Крылова).
Эти дневники велись совершенно открыто, просто размеры их слишком велики, чтобы бросаться в глаза. Постановления, напечатанные на первых полосах газет. Указы. Речи. Заводы. Электростанции. Города. Лагеря. Гекатомбы. Издательства. Кинофабрики. Да хоть тот же восстановленный Воронеж. Нужно только научиться читать дневники вождя, и тогда мы сможем понять смысл и суть его поступков.
Тяжелая работа. Но дело того стоит.
Мутация слов{189}
Летом одна тысяча восемьсот пятьдесят седьмого года поэт Иван Никитин завершил свой крупнейший стихотворный труд, поэму "Кулак". Переписка набело обошлась бы воронежцу в пятнадцать рублей серебром. Не желая тратиться, Никитин собственноручно переписал "Кулака", что стоило ему десяти дней сидения за столом из расчета по полтора рубля экономии за день, о чем свидетельствует письмо Ивана Саввича приятелю, Николаю Ивановичу Второву от пятнадцатого июля.
В поэме речь ведётся не о сельском мужике-хозяине, выбившемся в эксплуататоры. Её герой вполне городской маклак, купи-продай, готовый ради грошовой выгоды день-деньской суетиться, обманывать, унижаться и подличать. Ничего общего с кулаком тридцатых годов следующего века, богатом селянине, норовящем из классовой ущербности то сглазить колхозное стадо, то подсыпать битое стекло в колхозную маслобойку, и вообще - вредить советской власти тысячью и одним тайным способом. Изменилось значение слова, изменилась и судьба кулака, приговорённого временем к ликвидации оптом, как класс, и в розницу, как вредного индивидуума.
Ещё в глубокой древности сведущие люди знали: обозначение объекта, субъекта или явления каким-либо присущим одному ему словом даёт власть над этим самым объектом, субъектом или явлением. Но объекты, субъекты и даже явления не терпят власти над собой, и потому стремятся освободиться, меняя либо свою суть, либо суть слов. Очевидный пример - слово "наверное". Прежде, в девятнадцатом веке оно существовало в качестве наречия и выражало неколебимую уверенность, гарантию непременности. В тысяча восемьсот восемьдесят первом году утверждение "Через двадцать лет Россия наверное станет первой европейской державой" понималось в смысле, что иначе и быть не может, разумеется, станет. Сейчас "наверное" выступает, как вводное слово, означающее "пожалуй", "может быть": "Наверное, лет через двадцать Россия сравняется с Португалией". Возможно, сравняется, возможно, нет. Уверенности никакой, за двадцать лет всякое случиться может. Если не сравняется, никто, похоже, не удивится.
Порой, говоря одно, мы тут же подразумеваем другое, как у Маяковского: "Мы говорим Ленин, подразумеваем - партия, мы говорим партия, подразумеваем — Ленин".
Подобное двоемыслие есть способ оградить слово от дела - и наоборот, а вовсе не слабоумие или неискренность.
Новый советник президента России по правам человека Александр Федотов заявил, что его приоритет - десталинизация общества. Интересно, что под этим подразумевается? Ведь трудно поверить, что современное общество хоть сколько-нибудь сталинизировано. Или "десталинизация" есть российский аналог германской денацификации? Сомневаюсь. Нацизм - это государственная идеология, Сталин же - историческая личность. Как бороться с исторической личностью, к тому же умершей более полувека назад? Поединок с тенью, спиритоборство, кому сие нужно, кому от этого польза? Все равно, что сухое белье выжимать. Денацификация есть процесс искоренения всех проявлений национал-социализма, десталинизация - обличение пороков одного человека. Разные масштабы явления, следовательно, будут и разные масштабы последствий. Или все же под термином "десталинизация" подразумевается дебольшевизация России, и власть говорит одно, а подразумевает совсем другое? Ведь если хорош большевизм, то и Сталин, как неоспоримый лидер большевистской страны, тоже хорош. А если Сталин плох, то можно попытаться объявить, что плох и большевизм с объявленной общенародной или государственной собственностью на недра, землю, крупное производство. Действительно, старые представления о том, что нефть и газ являются общенародной собственностью, могут явиться зародышем если не сегодняшних, то завтрашних требований чёрного передела. Поэтому ликвидация подобных представлений под видом десталинизации выглядит здравой и своевременной идеей.