Василий Щепетнёв – Марс, 1939 (страница 91)

Раскаленный воздух под Куполом создал подъемную силу – и Купол снесло! Подобно гигантскому монгольфьеру, вернее полумонгольфьеру, Купол поднялся и медленно поплыл в сторону Кавк-Азии. Плыл он долго, потому что огромный. И сейчас все еще продолжает плыть, но северные наместничества уже видят Солнце!

Народ суетится. Кто-то кричит «Ура!», кто-то сжигает членские билеты Свиняче-Поросячьего Союза.

Я, впрочем, не волнуюсь. Билетов у меня – только трамвайные, тридцатилетней давности, которые потихоньку превращаются в Знаки Ушедшей Эпохи.

Сижу, пью гмызь, а за здравие или за упокой – будет видно.

Целый месяц не брал я в руки ничего, кроме шашек. Одну шашку в левую руку, другую в правую – и вперед, за дело свинячества-поросячества! А вышло все до обидного просто: забрили!

Едва край Купола Ктулху скрылся за горизонтом и солнце – натуральное, круглое – начало высвечивать мерзости и пороки современного бытия, как из Лысогорска пришла депеша: срочно созвать местное ополчение! Созвать и отправить на границу с Бухазией, в которой проживают наши братья по Двери, стенающие под пятóй Сына Мешка.

Какая дверь, кто такой Сын Мешка, объяснять не стали, да я и не прислушивался, наивно полагая, что меня это не касается. Не юнец, чтобы в ополчение записываться-то.

А ночью за мной пришли. Дали полчаса на сборы, и всё. Теперь я поручик Гваздевского полка, под моим началом взвод гваздевских обывателей, и…

Опять поперло! Беру в руки шашки и воодушевляю гваздевцев:

Братцы! За свинячество! За поросячество наше!

Итак, Гваздевский Добровольческий полк занимает стратегически важную позицию в Краснотыльске. С одной стороны – Черное Ущелье, с другой – наша отчизна. И вот из этого Черного Ущелья ползут по направлению Краснотыльска жутьлианы – мясистые растительные червяки длиной в десять метров, в двадцать, а зазеваешься – и в целую версту. Если лианы преодолеют рубеж, доползут до гваздевских черноземов, укоренятся и пустят новые ростки, все наше свинячество-поросячество потонет в зеленых джунглях.

Оно нам надо?

Вот и рубим эти лианы кто лопатой, кто топором, а я вот шашками наловчился.

Дело не такое простое – сок (или кровь?) жутьлиан едкий, и если даже крохотная капелька попадет на кожу, то выест язву до кости. Защитных костюмов не подвезли, а злые языки утверждают, что их давно продали на сторону. На ту сторону, что за Черным Ущельем.

Обходимся кто чем. Я вот надеваю скафандр Юрия Гагарина, купленный по случаю на распродаже. Незаменимая вещь!

Ну вот, опять из ущелья поперло.

К пятаку пятак! Ура! Но пасаран!

Не уверен, но пусть будет такой, чем не будет никакого. Тем более что сегодня сделано открытие: жутьлианы ползут на гмызь!

Нужно будет использовать.

А Ктулху, ходят слухи, опустился на дно Славного Моря. Решил немного отдохнуть.

Если жутьлианы мелко порубить и высушить на солнце, получается буро-зеленый порошок. Смешанный с кремом для бритья, он удаляет щетину чище любого «жиллета» – без порезов и раздражений. Это открытие я сделал случайно, по наитию. Завтра попробую добавить сабур в гмызь.

Что-то бумкнуло в тылу. Говорят, что это резвятся сторонники прометеевых батареек.

Наверное, вранье. Просто жутьлиана попала в водовод. Но кто ж признается, что пропустил жутьлиану?

Наверное, будут просить Ктулху подняться со дна моря…

Эпохальное событие! Коренной поворот в истории! Мы возвращаемся к нашим корням! Отныне старшие по чину обращаются к младшим просто – «Эй, свинья!», а младшие к старшим «Ваше свиномордие!».

Детали еще будут уточняться в комиссии по чинам и титулам.

Я попросился в комиссию в качестве представителя провинциальных экспертов-словесников. Просьбу подкрепил бочонком гмызи.

Надоели жутьлианы, во сне вижу их в гробу.

В моем гробу. Я лежу, а они обвивают, обвивают…

Сегодня состоялись переговоры Медной Девы и Сына Мешка. О чем они переговаривались, неизвестно, но только с нынешнего дня жутьлианы велено считать реликтовой фаунофлорой, занесенной в галактическую красную книгу, и трогать не сметь. Если куда-то не туда поползет, нужно встать на пути и уговаривать.

Секретный протокол переговоров Медной Девы и Сына Мешка недолго оставался секретным. Проблему жутьлиан решили путем создания международного консорциума с привлечением средств пенсионных фондов. По дну Мрачного Моря построят жутьлианопровод, что, по мысли высоких договаривающихся сторон, существенно снизит остроту проблемы.

Нас демобилизуют.

За службу мне вручили знак бронзового пятачка шестой степени с правом ношения во дни воинской славы.

Волчья яма, в которую я угодил, выбросила меня в систему двойной звезды. Сидел без связи и вздыхал. Но недавно понял, что следует делать: писать вилами по воде. Странным образом это открывает путь во всемирную паутину.

Только вот вилы тяжелые, никак не приноровлюсь…

Итак, планета типа «пузырь», полая, и живут, само собой, на внутренней стороне пузыря. В центре два солнца, белое и черное. Белое дает свет, а черное – тьму. Когда активно первое, здесь день, когда второе – ночь. В самом-самом центре пузыря – темное облако, и что в том облаке, никому не известно.

Куда ни глянь – земля, великая и обильная. Горизонта нет, но как-то и без него неплохо.

Атмосфера тоненькая, едва ли метров триста в толщину. Но у земли она густая – по крайней мере, в экваториальных областях. Считают, что это происходит за счет вращения пузыря. На холмик еще подняться можно, а вот на самую маленькую горку уже нет – задохнешься, и потому даже невысокая гряда становится непреодолимым препятствием.

Живут здесь преимущественно два вида: малы и фемалы.

Малы – народ бесхитростный. Осознавая сие, они постоянно стараются быть настороже: носят черые одежды, бранятся, даже глядя на небо, и вообще стараются напустить на себя вид суровый и страшный.

Однако ж помогает плохо. Каждый проходимец околпачивает мала по три раза в год, оттого мал еще более стискивает оставшиеся зубы и глядит на мир исподлобья: продали, сволочи…

Фемалы же умны и проницательны и потому частенько грустят, предчувствуя.

Что именно они предчувствуют, зависит от погоды. В дождь, например, они предчувствуют повышение налогов.

Когда светит Черное солнце, на небе видны огоньки городов, расположенных на той стороне Пузыря. Огни эти есть предмет изучения не астрономии, но географии. Мы знаем города Афины, Токио и многие другие, а также Карибское и Саргассово море.

В дни штормов и бурь ветер срывает пену с верхушек волн, и она падает прямо на нас. Это называется дождь. Бабки же считают, что это анчутки на нас поплевывают, если не сказать хуже. Великий мыслитель древности Ли Нен установил кривизну внутренней поверхности Пузыря, а с ней и диаметр Волчьей ямы. Она оказалась равна ста восьмидесяти трем миллионам Ри.

Ри – это мера длины, равная росту Великого Правителя в день его первой тронной речи.

Таким образом, правитель буквально является мерой всего. Расстояние между Летней и Зимней резиденциями при правителе Пе составляло сорок две тысячи Ри, а при нынешнем правителе Дрю – всего тридцать девять тысяч. Толщина Пузыря остается загадкой. Еще правитель Иван Осторожный запретил рыть колодцы глубже десяти саженей. Вдруг Пузырь от прокола сдуется и Волчьей яме придет конец?

Но сегодня мы знаем, что и верста вряд ли предел. Есть даже предположение, что толщина бесконечна и ничего, кроме Волчьей ямы и стен Пузыря во вселенной не существует.

Но как тогда быть с фактом вращения Пузыря, на что указывают физические опыты мэтра Кориолиса?

Всю ночь на Драконовым Хребтом грохотало, сполохи озаряли склоны гор, а наутро на огороде приходского аптекаря оказалась фанерная картина, слегка обгоревшая с краю. На картине изображен был воин пряничного вида с коротеньким ружьецом в руках. Вокруг воина было выписано старославянской вязью: «Дал присягу – назад ни шагу».

Фемалы считают, что за Хребтом было очередное сражение царя Михрютки с трехголовым Горынычем. Малы же уверены, что голов было не менее пяти. Я предложил вырыть тоннель – таким образом мы попадем в соседнюю долину.

– А нужно ли нам попадать в соседнюю долину? – спросил меня староста Шмых.

Но противиться моему решению не стал, напротив, дал заступ и кирку. Стоило мне углубиться в отрог Драконьего Хребта, как в земле образовалась фиссура и утянула меня из Волчьей ямы назад в библиотеку.

Шестой кусок

– Не время шастать по Замкнутым Мирам, – сказал мне Вован, когда я пришел в себя. – На нашу землю пришла беда.

– Опять?

– Разумеется.

– И что на этот раз?

– А ты выйди, погляди.

И я вышел. Горе, постигшее Гвазду, способен понять только Истинный Патриот.

Есть у нас национальная игра – «Три Поросенка».

Суть ее проста: поросята должны отстоять свой дом и захватить дом противника. Иногда игру строят от обороны: два поросенка запираются дома, один атакует дом противника. Иногда игру строят в атакующем ключе: один дома, двое в атаке. Иногда дерзкий тренер всех трех снаряжает в атаку, а тренер робкий – всех трех запирает дома. Случается, что целиком запирается и та и другая команда, и тогда зрители довольствуются нулевой ничьей, с каждым годом это случается чаще и чаще.

Но вчера гваздевские Хрюши проиграли лавенским Чушкам. И это бы полбеды, да встреча была знаковой, победитель приглашался на Столовую Гору. Лично я на месте поросят не очень-то и стремился бы на гору с подобным названием, но…