Василий Сахаров – Вне рангов и категорий (страница 50)

— Короче говоря, — прервал я ее, — тебе нужны помощники, которым можно полностью доверять?

— Да, — девушка согласно мотнула головой. — Или хотя специалист, который сможет без огласки провести проверку, классификацию и предварительную оценку эликсиров, пилюль и трав. Если будет выход на такого человека, мне станет гораздо легче.

— А давайте снова на рынок рабов в Логарне заглянем? — предложила Вита. — Купим себе высококлассного алхимика и спрячем его в подземном дворце. Понимаю, что такие специалисты редкость и очень дорогой товар. Но если не найдем нужного человека сразу, сделаем заказ и когда такой живой товар появится, нам сразу сообщат. Как вам идея?

— Мне нравится, — поддержала брюнетку блондинка.

— Посмотрим, — слегка поморщившись, обдумывая сразу несколько вариантов, ответил я и снова обратился к Лике: — А ты своих родственников привлечь не думала?

— Были такие мысли, — кивнула она. — Но мои мамы тоже не специалисты в магии. Тем более в алхимии. Потому и не стала никого дергать. Пусть живут в «Дагайе». Так всем спокойней будет.

Я усмехнулся. Мне все понятно. Лике без опеки старших женщин рода Край проще. В поместье, если не считать слуг и охранников, только она и Вита. Жена большую часть времени проводит в подземном дворце и в дела клана не лезет. По сути, когда я отсутствую, именно она управляет всеми делами и довольно быстро стала уверенной в себе деловой женщиной, над которой нет никого, кроме меня. А члены ее семьи обжились на купленном мной курорте, чувствуют там себя в безопасности и возвращаться назад без моего прямого приказа не собираются. В этом райском уголке им раздолье и, как докладывал Эрвин Гилли, женщины собираются остаться в «Дагайе» на долгий срок и уже присматривают для молодого Виллема школу.

— Ты чего? — заметив мою усмешку, шутливо толкнула меня в бок Лика. — Посмеиваешься надо мной?

— Нет, — снова усмехнулся я. — Просто радуюсь хорошему дню.

— В самом деле? — уточнила она.

— Не сомневайся.

Некоторое время мы шли молча и разговор продолжила Вита:

— Райнер, а тот артефакт, с которым ты сегодня возился, когда мне отдашь?

— «Живую карту»?

— Ага.

— Когда вытяну из него всю интересную информацию, прослежу путь Линь Хао, будь он неладен, ублюдок, и отмечу на собственной карте наиболее перспективные локации для возможного посещения.

— И много времени это займет?

— Завтра закончу.

— Отлично, — заулыбалась Вита. — Не терпится его разобрать и понять, как он работает.

— Думаешь, у тебя получится его скопировать?

— Разумеется. Я дипломированный артефактор. Гений в своем ремесле. И я не верю, чтобы какие-то дикари из придуманной реальности смогли меня превзойти и сделать вещь, которую я не смогу повторить. Главное — понять принцип магического прибора и раскидать его на составляющие, а у меня для этого есть все необходимое. Так что разберусь.

— И даже с Тройным Кольцом сможешь разобраться?

Вита нахмурилась. Для нее это больная тема. Ведь, поначалу, когда я показал жене сей артефакт, она долго не могла поверить, что он настоящий. Однако опыты на слугах, которым за риск выплатили премию, подтвердили, что Тройное Кольцо работает и ее это сильно задело. Настолько, что она собиралась немедленно начать тестирование, сканирование и разборку такого необычного артефакта. Но я не уступил. Понимал, что опыты затянутся, а Тройное Кольцо могло понадобиться в любой момент. Поэтому вместе с самыми ценными артефактами и наиболее мощными пилюлями для самосовершенствования оставил его у себя.

— Я свое мнение по Тройному Кольцу озвучила, — тяжело вздохнув, ответила Вита. — Этот артефакт невозможен. В теории спрятать живое существо в подпространство не сложно. А на практике все опыты, о которых я слышала или читала, заканчивались провалом. Подпространство хранилища не дополнительная защищенная пристройка к миру, вроде той, где ты побывал, когда вместе с поисковиками «Эршвера» добывал жемчужины. Нет. В этом случае все гораздо сложнее. Но самое странное даже не в том, что в Тройное Кольцо можно спрятать живое существо, а то, что ячейки находятся вне времени. Для тех, кого спрятали в артефакт, проходят секунды, а снаружи дни. Или, по желанию владельца, как в случае с питоном, который впал в спячку, временной поток соответствует обычному. Как создатели Тройного Кольца этого добились? Не понимаю. Мне необходимо многое переосмыслить и, прежде чем браться за Тройное Кольцо, хорошо подготовиться и получить новые знания. Поэтому ты правильно поступил, что не отдал мне артефакт сразу. Признаю, что была не права и прошу извинить меня за несдержанность.

— Перестань, — погладил я ее по оголенному плечу. — Все это мелочь. Мы ведь даже не поспорили всерьез и ты не особенно настаивала.

Погрузившись в свои мысли, жена задумалась, и новый вопрос последовал от Лики:

— Райнер, а почему ты Линь Хао ублюдком назвал? Пока тебя не было, по твоему совету я пролистала пару томов автора, который придумал реальность «Пяти материков», и вроде бы он неплохой парень, можно сказать, что со всех сторон положительный. Попал в беду, стал жертвой обстоятельств и стал мстить врагам. По-моему, он даже чем-то тебя напоминает.

Выслушав подругу и вспомнив бой с Линь Хао, я рассмеялся. Однако быстро унял смех и, подумав, что правильно сделал, не рассказав девушкам о потерянной в схватке ноге, ответил:

— До недавнего времени, пока не столкнулся с этим самым героем, я тоже к нему неплохо относился. Даже симпатизировал немного и, наверное, именно по этой причине не стал его убивать, когда имелась такая возможность, и оставил ему оружие. Но потом, столкнувшись с ним в бою и начав просмотр его похождений, мое мнение изменилось. И я объясню почему. Ван Кэцян, как и подавляющее число писателей, почти всегда на стороне своего главного героя, каким бы он ни был. Пусть неосознанно, но это так. Авторы часто бросают героя в пекло, травят и унижают, калечат и подставляют, бьют и подвергают суровым испытаниям, а в итоге все равно вытаскивают его из неприятностей и делают сильнее. Это правильно. Так и должно быть. Однако Ван Кэцян умер, а мир стартовал с того временного отрезка, когда я в него вошел. После чего стал развиваться самостоятельно и тут выясняется, что герой, который сначала идет по сюжетным линиям и действует по заранее расписанным шаблонам поведения, совсем не идеален. Не имея над собой воли автора и контроля, он начинает подстраиваться под обстоятельства и меняться. С Линь Хао это произошло стремительно и если сначала он, действительно, был рыцарем без страха и упрека, то вскоре превратился в самодовольного, наглого и крайне агрессивного ублюдка, который склоняет голову перед сильными и без зазрения совести унижает слабых.

— И у тебя есть примеры такого поведения этого «героя»? — слегка склонив голову набок, поинтересовалась Лика.

— Много. Но для примера приведу один. Помнишь, я рассказывал про девчонку, которая находилась в Тройном Кольце и потом совершила самоубийство?

— Да-да, помню. Ты еще сказал, что она была очень красивая.

— Верно. Так вот, звали ее Шу Руолан. Она представительница небольшого рода из провинциального городка и у нее был младший брат, сопляк, который считал себя великим гением. Братец вышел в город и встретил Линь Хао, который только что спустился с гор и зашел в местный бордель. Там они пересеклись и зацепились взглядами. Наговорили один другому грубостей, и сошлись на арене. Линь Хао паренька из семьи Шу убил. Сделал это показательно, с особой жестокостью. И если бы раньше он просто пошел бы дальше, то теперь, получив свободу от автора и его установок, «герой» направился в дом рода Шу. Там спровоцировал драку и всех перебил. Оставил только малолетних детей и Руолан, которую временно лишил способностей, изнасиловал и унизил. А когда сделал свое дело, оставил на месте преступления несколько запрещенных артефактов, публично объявил, что семья Шу демонопоклонники, и толпы мародеров кинулись грабить тех, кого еще вчера боялись и уважали. Детей добили, а Линь Хао вместе с Руолан на это смотрел. После чего вернул девушке меч, заставил привести себя в порядок и как наложницу увел из родного города, а потом спрятал ее в Тройное Кольцо. А теперь скажи мне, как оценивать его действия? Кто он, герой или подонок?

— Конечно, подонок, — явно сочувствуя судьбе несчастной Руолан и, сжимая кулачки, ответила Лика.

— Вот и я так думаю. Знал бы эту историю сразу, не допустил бы, чтобы пленная девчонка погибла. Но сложилось, как сложилось. Воскрешать мертвых я не умею и время в данном случае вспять не повернуть. Линь Хао для большинства жителей империи Минг в той истории полностью прав. Однако я, благодаря артефакту, знаю всю правду и потому его презираю. Когда убил наглого подростка, был в своем праве. А потом истребил целый род и стал насильником — это перебор. И это он сотворил не где-то на войне, когда ожесточился сердцем и кругом враги, а у себя дома.

Я стал заводиться, а девушки почувствовали это, снова прильнули ко мне и успокоили…

Ну а потом мы добрались до беседки. К делам больше не возвращались и сосредоточились на общении. Все было идеально и, наверное, этот день на долгое время останется в моей памяти, как один из самых лучших в жизни. Девушки тоже были довольны и красноречивые взгляды красавиц говорили о том, что ночью они меня побалуют и заскучать не дадут. Однако не сложилось, ибо в первых вечерних сумерках появились те, кого я давно ждал, наемники Светоносного Энги.