Василий Сахаров – Степные волки (страница 4)

– Чего надо? – остановившись рядом с решеткой, спросил я гребца.

– Заработать хотите? – вместо ответа спросил сиплый кандальник, лица которого мы не видели.

– Ну, допустим.

– Таверну «Отличный Улов» знаете?

Про такую таверну мы слышали. Не так уж и далеко она от нашего приюта располагалась. Место с дурной славой, где сорят деньгами темные личности, и где можно получить все, что душа пожелает, от лучших распутных девок, до наркотиков. Разумеется, если у тебя есть деньги и ты свой.

– Знаем, – мой голос был спокоен и почему-то в этот момент я подумал, что судьба дает нам шанс переменить жизнь, а возможно, что и жизнь всех приютских.

– Тогда сходите туда, найдите Кривого Руга и передайте привет от Одноглазого. Скажите, что я с братвой на галере «Попутный Ветер» и с утренним бризом мы отходим. Так что если он помнит обещание придти на помощь в трудную минуту, то пусть выручит нас. В накладе не останется, Одноглазый добро помнит, – кандальник закашлялся, а потом с надеждой в голосе спросил: – Сделаете, парни?

Опережая Звенислава, который хотел отказаться, я ответил Одноглазому:

– Сделаем, слово даю.

– Давайте, парни, – опять просипел кандальник. – И говорю при всех, кто здесь внизу со мной одно весло тянет – не забуду вас, отблагодарю.

Мы отскочили от решетки и сделали это вовремя, поскольку на палубе, играя длинным бичом, появился надсмотрщик, который мне сразу не понравился, очень уж на наших воспитателей походил. Такой же как и они, наглый и раскормленный боров.

– Что тут, нормально? – спросил он и нахмурился. – Ничего не украли?

– Нет, дяденька, – дружно ответили мы.

– А ну-ка, карманы выворачивайте, босяки.

Вывернув карманы штанов, мы показали, что в них как всегда, гуляет ветер.

– Идите жрать, босота, – бросил он нам и, в надежде перекусить, мы помчались обратно на причал.

Однако, все что нам дал мастер-такелажник Громин, по мелкой соленой рыбке и по сухой лепешке. Этим сыт не будешь и, можно сказать, что проработали мы на благо мадам Эры весь день, а сами ничего не получили. Хозяйка за наш труд свое точно получит, а мы вновь голодные.

Впрочем, спорить с Громином за еду бесполезно. Пусть жадобе на том свете зачтется за скаредность. Поэтому, быстро съев скудный обед, мы покинули порт и отправились в приют. Но перед этим сделали небольшой крюк и свернули в Старую Гавань, где, собственно, и находилась таверна «Отличный Улов». Звенислав идти не хотел, место опасное, но я его уговорил, и мы двинулись в нужном направлении.

Давным-давно Старая Гавань была весьма преуспевающим районом города Штангорда. Здесь разгружались большие торговые караваны из заморских стран и у причалов стояли большие океанские корабли. Но со временем изменились приливные течения, гавань стала заиливаться и сильно обмелела. После чего состоятельные граждане покинули Старую Гавань, а на их место заселились те, кому в престижном Белом Городе не рады: мошенники, воры, попрошайки и убийцы. Место, как уже было сказано, опасное и сюда даже стража герцога не ходит. И ладно бы здесь все было пущено на самотек. Однако нет, в этом районе уже лет двадцать бессменно правил Папаша Бро. Для кого-то жуткий ночной хозяин, а для кого-то поилец, кормилец, защитник и отец родной.

Итак, мы прошли квартал Моряков и пересекли невидимую границу между нормальными людьми и теми, кого называют отбросами общества. До таверны «Отличный улов» недалеко, должны проскочить незаметно и быстро. Но не тут-то было, поскольку вскоре нас окликнули:

– Стоять, шваль!

Мы обернулись и увидели, что к нам подходит крепкий восемнадцатилетний парень, а за его спиной три наших ровесника.

– Вы чего, звереныши, – старшина босяков сразу наехал на нас, – не в курсе, что на территорию Папаши Бро вам прохода нет?

– Мы по делу, – я ответил резко.

– По какому-такому делу?

Парню было скучно и хотелось подраться. Поэтому он медленно, явно на показ стал закатывать рукава рубахи и кидать взгляды наверх.

Я тоже посмотрел, куда и он. После чего все понял, поскольку увидел в окне второго этажа миловидное девичье личико. Местный парень вроде как при деле, шваль гоняет и оберегает владения Папаши Бро. А помимо того появилась возможность покрасоваться перед красоткой. Драки не избежать – ясно. И что делать? В таких случаях, закон один: «Бей первым».

Быстро нагнувшись, я вытащил из разбитой мостовой облепленный грязью булыжник и, разгибаясь, в полную силу ударил здоровяка в челюсть. Немного смазал, однако этого хватило. Поскольку противник без крика и стона упал наземь. Нужно развивать успех и, размахиваясь камнем, я бросился на остальных бродяг и закричал:

– Убью!

Видимо, я выглядел убедительно, ибо два местных оборванца, не принимая боя, бросились бежать. И только один, оставшись на месте, склонился над заводилой. Он пощупал вену на его шее, а потом посмотрел на нас и спокойно сказал:

– Валите отсюда, а иначе вас на перо поставят. Нападение на человека Папаши Бро, пусть даже мелкого, это очень серьезно.

Звенислав потянул меня в сторону квартала Моряков, но я уперся:

– Нет, сначала в таверну. Мы слово дали.

Мой друг обреченно кивнул, и мы побежали дальше, к таверне. Хороший у меня товарищ, не бросил, да и как может быть иначе, если мы всю жизнь бок о бок.

Наконец, добежали до таверны «Отличный улов». Без помех оказались внутри, но сразу же нас схватил вышибала, верзила, одетый по всем местным понятиям, в кожаную безрукавку на голое тело и яркие цветастые шаровары из прочнейшей тригонской ткани.

– Куда? Стоять! – зарычал он и его руки дернули нас за рубахи.

Звенислав промолчал, и снова отвечать пришлось мне:

– Дядька, нам Кривой Руг нужен, слово для него несем.

Вышибала напрягся, о чем-то думал. Но видимо, вспомнив хорошо заученные слова, выдал:

– Не положено, вечером приходите. Кривой Руг сейчас отдыхает.

– Нам очень надо и он не станет ругаться, это в его интересах, – продолжал настаивать я и попробовал вырваться из рук раскормленного вышибалы.

– Кто там? Что за шум, Гонзо? – из кухни вышел хозяин, весьма известная в городе личность Дори Краб, которого мне один раз показывали в городе босяки.

– Да, вот, хозяин, – вышибала встряхнул нас за шиворот. – Говорят, к Кривому Ругу пришли.

– Зачем? – пронзительные и чем-то завораживающие глаза Дори Краба раскидали меня на составные части, классифицировали и, в ожидании ответа, застыли на моем лице.

С этим можно не юлить, человек серьезный, и я ответил честно:

– Ему привет от Одноглазого и слово.

– Отпусти парней, Гонзо, – бросил Краб, и руки вышибалы сразу же разжались.

– Сядьте в уголке где-нибудь, – сказал Дори, и мы, примостившись на широкую лавку возле входа, принялись ожидать появления того, к кому пришли.

Кривой Руг, немного скособоченный на правую сторону пожилой мужик, спустился со второго этажа минут через десять. Неспешно прошел за центровой стол, сел и, нехотя, взмахнув рукой, подозвал нас:

– Сюда двигайте.

Мы подошли ближе. После чего, не решаясь без приглашения сесть за один стол с таким авторитетным в криминальных кругах человеком, остались стоять. Он это оценил и, хмыкнув, пробурчал:

– Садитесь, – и тут же крикнул в сторону кухни: – Марта, пожрать чего ни то, сообрази по-быстрому.

Марта, широкоплечая пожилая женщина, словно ждала этого, и на столе моментально возникло огромное блюдо с морепродуктами: сборка из креветок, рыбы и салата. В животе предательски заурчало, а Кривой Руг великодушно кивнул на блюдо:

– Налетай, дела потом.

– Сначала дело, – с тоской я посмотрел на все рыбное богатство перед нами и с трудом отвел взгляд.

– Деловой… – протянул бандит со значением и добавил: – Уважаю таких, достойная смена растет.

– Какой есть, – я пожал плечами.

Ладно, не тяни. Выкладывай, что в клювике принес.

Тянуть не стал, награды выпрашивать тоже, а рассказал все как есть. Кривой Руг слушал внимательно и время от времени задавал уточняющие вопросы. Потом он встал, отошел и переговорил с хозяином таверны. Все хорошо и пока авторитетные люди решали свои вопросы, мы набросились на угощение. За несколько минут смели все, что находилось на столе. И когда уже не влезало, Звенислав потянул со стола оставшийся хлеб, чтобы спрятать где-нибудь по дороге, а потом снова подкормиться.

– Оставь, – шикнул я на друга. – Так не делается. Не к Элоизе на работу пришли, а к людям с понятием. Здесь ешь, а с собой тянуть не смей.

Звенислав нехотя вернул хлеб на стол, а к столу снова подошел Кривой Руг и одобрительно хлопнул меня по плечу:

– Молодца! Какую награду за слово от Одноглазого хотите?

– Нам бы с района целыми уйти, – ответил я.

– А в чем дело?

– Нас парни Папаши Бро на границе кварталов остановили, пришлось старшего вырубить.