Василий Сахаров – Когда пришла чума (страница 51)

Вара вернулся не через две недели, как говорил, а уже через пять дней. Он вышел на связь и предупредил о своём появлении. Через внешние видеокамеры мы посмотрели на него и обнаружили, что он не один, а с каким-то дедом, и я получил от дядьки выволочку. Андрей Иванович разозлился. Доказать ему что-либо в этот момент не представлялось возможным, и я промолчал. Понадеялся, что местный житель объяснит, почему притащил свидетеля, и всё образуется. Кстати, так и вышло.

Отправив мастеров на второй уровень, мы открыли дверь, и дядька вышел к гостям, а я с пулемётом остался его прикрывать. Вскоре Андрей Иванович вернулся с прибывшими. Это хороший признак, что старший родич их не убил.

Спустя четверть часа мы сидели за столом, пили чай и разговаривали. Не как друзья и товарищи, а как деловые партнёры. Ехэр Вара обрисовал текущую ситуацию. Мы сохранили ему жизнь, дали транспорт и ствол, медикаменты и снегоход. За что он нам благодарен и по гроб жизни обязан. Наш транспорт он возвращает, снегоход в порядке, а ещё с него подарки. Как и обещал, ненец пригнал двух оленей и привёз лайку. А приехал с ним его отец, Павел Вара, который тоже знает о бункере. Больше в фактории о нём никто не в курсе, ибо снегоход Ехэр там не светил. И если мы затаили на него зло, то он и его отец в нашей полной власти.

Оленеводы говорили честно и открыто. Настолько, что даже недоверчивый Андрей Иванович им поверил, а может, прислушался к своему шестому чувству, и оно подсказало ему, что непосредственной опасности нет. Поэтому обошлись без смертоубийства, и дальше начался конкретный разговор. О том, что происходит в НАО (Ненецком автономном округе), Павел Вара знал больше своего сына, поскольку много путешествовал и везде имел знакомых, и его информация позволила нам более чётко разобраться в том, каковы местные расклады.

Чума по северу погулять успела, это понятно. Но многие посёлки уцелели, и в первую очередь потому, что до них трудно добраться. Нижняя Пеша пострадала случайно. Так же как Коткино, Волокавая, Белушье и Снопа. Да и Нарьян-Мар под удар попал, в результате чего опустел и вымер. Но ещё больше населённых пунктов, оградившись от внешнего мира стенами, кордонами, блокпостами, стрелками и молчанием, продолжали жить. За все посёлки Павел Вара сказать не мог, но поведал, что люди сидят в Волонге, Верхней Пеше, Снопе, Оме, Вижасе, Выучейском и Индиге. По карте это круг радиусом в несколько сот километров. А в конце весны и летом старший Вара начнёт рассылать новых разведчиков, которые пройдутся не только по посёлкам, кочевьям и факториям, но и по буровым, где остались работяги, техника и немало оборудования.

Нас это интересует? Несомненно. И, услышав такой ответ, старый ненец довольно заулыбался и предложил делиться с нами информацией. А взамен мы продолжим снабжать в ограниченном количестве его сына дефицитными товарами. Список короткий и простой: топливо, медикаменты, витамины и патроны. Пока этого достаточно.

Выгодная обеим сторонам сделка была заключена. Мы ударили по рукам и, нагрузив ненцев, которые подтвердили, что тайна бункера умрёт вместе с ними, подарками, отправили их восвояси. После чего обсудили результаты. Сначала вдвоём. Потом с Ингой и Людмилой, которые первыми узнали о гостях. А затем уже пришлось собирать общий сход.

Колонисты, услышав о местных жителях, не обрадовались, а кое-кто даже попытался высказать нам претензию – раз уж вы старшие, то просто обязаны были их пристрелить. На что я предложил недовольным взять в руки оружие, получить снегоход и отправиться в погоню за аборигенами. Давайте, пролейте кровушку. Есть добровольцы? Таковых не нашлось. И все разговоры стихли.

Оленей, которых нам подарили, мы зарезали, загрузили мясо в холодильники и закрыли бункер.

Жизнь снова вошла в колею, каждый занимался своим делом. Однако некоторые изменения всё-таки произошли. Колонисты стали более охотно ходить на занятия по стрелковому делу, и личный состав был разделён на боевые группы. В первой только мы с дядькой, на нас главная ответственность и в случае угрозы именно нам предстояло принять главный удар. Во второй все мужчины, а также Инга, которая перестала пугаться оружия, и с ней в паре девочка Галя, весьма ловко обращающаяся с автоматом. В третьей Людмила и ещё четыре женщины. Итого в бункере есть тринадцать человек, кто способен стрелять. Не так уж и много, но и не мало. А помимо этого в тайне от колонистов я смонтировал на поверхности дополнительные видеокамеры и в нескольких местах поставил мины, обычные противопехотные нажимного действия. Поэтому, если появится кто-то, кто попробует занять удобную позицию для обстрела главного входа в бункер, его будет ожидать смертельный сюрприз.

За делами, заботами, тренировками, обучением и выходами на поверхность время летело быстро, наступила весна, которая в начале мало чем отличалась от зимы. Ехэр Вара навещал нас редко, и каждый раз приносил полезную информацию, а взамен получал немного боеприпасов, медикаменты, топливо и какую-то мелочовку. Он не наглел, и мы его не баловали.

В бункере по-прежнему спокойно, ничего не происходило. Одна из женщин родила ребёнка, крепкого мальчишку, а через три месяца мы ждали прибавления в нашей семье. Телевизионные трансляции окончательно исчезли из эфира, даже российские. Но нам так даже спокойней, меньше нервотрёпки. В общем, ничто не предвещало беду, но она была уже близко…

Это произошло в середине апреля. Во второй половине самого обычного дня после сдачи зачётов по вождению вертолёта (пока только в теории) я слушал радиоэфир.

Надо отметить, что с наступлением весны радиолюбители стали активнее. Шифрованные радиопередачи и переговоры мы взламывать так и не научились, хотя в наследство от Голикова осталась аппаратура ЗАС. Но я по этому поводу совершенно не переживал, ибо и без того информации хватало. Поэтому всё, что узнавал, записывал в блокнот. Будет колонистам вечером новостной обзор для общего развития. А что не стоит разглашать, дабы не тревожить людей, обсудим отдельно, в узком семейном кругу.

В посёлке Шойна на побережье Белого моря местные жители и прибившиеся к ним военные отразили нападение морских разбойников. Судя по всему, шведов. Они приплыли на ледоколе и попытались высадиться на берег. Предположительно, ради грабежа, ибо сразу стали обстреливать поселение из крупнокалиберных пулемётов. Однако вояки, то ли пограничники, то ли морские пехотинцы Северного флота, оказались опытными и не растерялись. Они накрыли корабль и приближающиеся катера огнём из КПВТ, а потом добавили из АГС-17 и РПО. После чего, потеряв один катер и полтора десятка бойцов, шведы ушли.

На острове Колгуев в посёлке Бугрино тоже проблемы. В море местные рыбаки обнаружили американскую АПЛ. Название не сообщалось. Людей не видно. Она всплыла в десяти милях от посёлка, но на связь никто не выходит. Вот островитяне и всполошились. Раньше молчали, чтобы к себе внимание не привлекать, а теперь понеслось. Что делать и как быть? Кто ответит? Где правительство? Где армия и флот? Где ФСБ и президент? Ау! Кто-нибудь! Помогите!!!

Правительство молчало, но зато островитянам ответил посёлок Варнек на острове Вайгач. Они имели связь с какими-то адекватными и не шибко трусливыми вояками, которые закрепились в Амдерме, ещё одно береговое поселение к юго-западу от них, и собирались попросить их о содействии. Плюс жителям Бугрино обещали помощь из посёлка Индига. Правда, кто именно, непонятно. Просто сообщили, что выслали судно и спасательную партию, а потом посоветовали никому к АПЛ не приближаться и, если есть возможность, попросили замерить радиационный фон.

Больше в пределах Ненецкого автономного округа никто не отзывался. Зато у соседей, кто проживал немного южнее, была неслыханная активность. Воркута, Усинск, Инта, Печора, Ухта, Архангельск и даже Мурманск пока не обезлюдели. Кто-то в этих краях ещё пытался выстоять и пережил зиму. С трудом, но уцелел. Причём не факт, что радиолюбители находились в городах. Скорее всего, где-то неподалеку, в относительно спокойном и безопасном месте…

Прерывая моё занятие, совершенно неожиданно завыла сирена противопожарной безопасности, и я действовал без долгих размышлений. Отключил рацию, выскочил в коридор и подбежал к отсеку управления, а там уже Андрей Иванович, который сообщил, что сработали датчики на первом уровне. Точнее, в районе мусоросжигательной печки. А ещё по всему уровню отключилось электричество и вместе с ним камеры видеонаблюдения.

Он не успел договорить, а я уже попросил разрешения отправиться к точке возгорания и помчался наверх. Лучше самому проверить, в чём дело, а не полагаться на мастеров, которые могут просто струсить, и мы потеряем драгоценное время. Подобное нами заранее обговаривалось: в случае аварийной или экстренной ситуации дядька остаётся в тылу, где занимается управлением и координацией, а я становлюсь его глазами и ушами непосредственно в зоне, в которой возникла проблема. Если мелочь, сам всё сделаю – и возгорание потушу, и помещение провентилирую. А если всё серьёзно, то здесь уже без включения системы орошения, она же основная противопожарная, не обойтись. Дело нехитрое: перекрыл подачу воздуха на уровень и нажал кнопку. Да только всё промокнет, а нам это ни к чему. Слишком много техники и запасов на первом уровне, и собаки там.