Василий Сахаров – Когда пришла чума (страница 32)

Однако за первой тысячей последовала вторая. А потом наконец послышался гул моторов и появилась автоколонна.

– Внимание! – Наёмник прижал клавишу передачи сигнала УКВ-радиостанции. – Ждать сигнала! Не дёргаться!

Головной «гусар», на сотню метров опережая основную колонну, лихо развернулся поперёк трассы, и пулемётчик повернул в сторону возможной угрозы ПКМ, а из машины выскочили три бойца, которые моментально рассредоточились и были готовы принять бой. Всё чётко и быстро. Однако за баррикадой появился БТР, и «гусар» сразу же попытался сдать назад. Против бронетранспортёра он выстоять не мог. Но ухтинские боевики с линии огня убраться не успели. Наёмник открыл огонь из КПВТ и двумя длинными очередями превратил армейский внедорожник в груду металлолома. Стёкла вылетели. Куски металла вскрылись. Два передних колеса отлетели. Водителя на куски порвало. А пулемётчик каким-то чудом успел выскочить из машины, спрыгнул на асфальт и скатился на обочину. Только это его не спасло. Сигналом для разведчиков была стрельба из крупнокалиберного пулемёта, и они начали расстрел противника.

Охранников, которые выскакивали из КамАЗов, и боевиков валили одного за другим. А замыкающим «гусаром» занялись Вагрины, которые приготовили РПГ-26 «Аглень». Первым выстрелил Иван и немного смазал. Заряд ударил рядом с внедорожником, взорвался, и машина, качнувшись, снова опустилась на колёса. После чего пулемётчик дал в сторону младшего Вагрина очередь. Но она прошла высоко, и в этот момент прозвучал второй выстрел из «Агленя». У Андрея Ивановича опыта было больше, и он накрыл «гусара». Огненный комок, вылетев из зелёнки, врезался в машину, и она приподнялась над трассой. А упал обратно уже искорёженный кусок горящего металла.

32

Отбросив разряженный РПГ, я схватил автомат, спрятался за дерево и ударил кулаком по земле. Блин! Ведь я говорил дядьке, что никогда раньше не стрелял из гранатомёта и могу промазать. А он упёрся, сказал, что нужно учиться и лучше всего это делать в бою. Поэтому мой выстрел будет первым, а он страхует. Вот я и шмальнул. Вроде бы всё по инструкции сделал, а промазал. Обидно, ведь гранатомёты у лесной общины, а значит и у нас, дефицит.

Над головой, сбивая с деревьев ветки, прошла пулемётная очередь, а следом взрыв. Я посмотрел на дорогу. «Гусар» уничтожен вместе с бойцами, которые не успели или не захотели выскочить.

– Прикрой! – слева закричал Мика и стал бить из автомата в сторону КамАЗов.

Он кричал не мне, а своему дружку Валику. Но я решил посмотреть, в чём дело, поэтому поспешил к нему. Может, моя помощь тоже потребуется.

С дороги ударили в ответ три или четыре автоматических ствола. Наверняка это охранники, которые ехали в кабинах КамАЗов. Огрызаются. Сдаваться не хотят или уверены, что они круче нас. Плевать! Сейчас разберёмся!

– Меня достали! – снова голос Мики, а потом в зелёнке, метрах в тридцати от меня, раздался взрыв ручной гранаты.

– В лес! Уходим в лес! – это с дороги кричат.

Я притаился, выглянул из-за дерева и разглядел, как от дороги прямо на меня бегут два мужика в камуфляже и с автоматами. Раз я их не знаю, следовательно, они враги. Посторонних здесь быть не может, тем более с оружием, и я не сомневался.

Мужики вломились в кустарник и, продираясь через него, попытались скрыться в лесу. Но им не повезло – они оказались у меня на прицеле. Прижав к плечу приклад, длинной очередью я свалил беглецов. Однако приближаться к ним я не торопился. Лежат и пусть лежат, теперь уже никуда не убегут.

Перестрелка на дороге тем временем стихла, и заурчал движок бронетранспортёра, который вплотную подъехал к КамАЗам. Послышались неразборчивые голоса. Наёмник отдавал распоряжения.

Всё спокойно. Можно выходить. Но я продолжал оставаться на месте. Почему? Трудно сказать. Ноги словно приросли к месту, и я чувствовал, что меня ищет чей-то взгляд. Может, беглецы не совсем мёртвые? От них опасности нет. У одного череп пробит, у другого в теле не менее пяти пуль. Или сказывается нервное напряжение? Это уже ближе к истине, и я хотел выйти из укрытия, когда снова услышал Мику:

– Валик, ты где?!

– Здесь! – отозвался тот.

– Помоги! Меня осколками посекло, и в ноге пуля.

– Сейчас, братан.

Валик двинулся к Мике, и тут невдалеке громко хрустнул сучок, а потом я услышал характерный звук передёргиваемого затвора. Оба-на! Всё-таки уцелел кто-то из охранников.

Автоматная очередь разорвала тишину, охранник открыл огонь в сторону Мики, а потом закричал:

– Нате, суки! Получайте!

Осторожно, стараясь не шуметь, я выбрался из-за дерева, которое меня прикрывало, и увидел противника. В левой руке автомат, а в правой – граната. Он выдернул чеку и собрался её бросить. Но не успел. Мой автомат выплюнул короткую очередь, и пули вошли в спину охранника, который упал лицом в кустарник и выронил гранату. Я припал к земле, хотя был уверен, что меня осколки не достанут.

Бах! – взорвалась граната. Над головой посвист осколков, и на шею упала тонкая веточка. А потом тишина, и опять голос Мики:

– Кто там?!

– Иван! – Я поднялся и на всякий случай опять спрятался за дерево.

– Ты с кем там воюешь?!

– Недобитка свалил.

– Так это он в нас стрелял?

– Да. Где Валик?

– Нет Валика! Рядом валяется! Этот гад его достал! Половину черепа другану снёс!

– Погоди! Сейчас помогу тебе.

Перезарядив автомат, я переступил через мертвеца и подошёл к Мике. Привалившись спиной к дереву, он обеими ладонями зажимал бедро и снизу вверх смотрел на меня.

– Жгут есть? – спросил он.

– Имеется.

Я стал снимать с приклада жгут, а Мика сквозь зубы прошипел:

– Неправильно делаешь… Жгут нельзя на прикладе таскать… Рассыхается… Зар-раза…

– Знаю. У меня ещё один в разгрузке есть. А этот на время рейда, запасной.

Мика промолчал, и я, быстро перетянув ему бедро, позвал на помощь Сапсана, местного проводника. Он подбежал, и мы вдвоём вытащили раненого на дорогу. После чего я вернулся обратно и стал собирать трофеи.

Что у Валика, то не моё, всё придётся сдать. А кто уж будет распоряжаться его имуществом, Наёмник, Мика с Морозом, ещё одним телохранителем нашего командира группы, или Кораблёв, без разницы. Впрочем, взять с него особо нечего. Старый потёртый АКМ, рваная разгрузка, штык-нож и одна РГД-5, в кармане три запечатанные карточные колоды, мятая пачка сигарет, жевательная резинка, зажигалка и потёртый паспорт на имя Валентина Марьина.

Другое дело – охранники, которых я завалил. По договору с полковником, всё, что взяли в бою, наше. А у тех кое-что имелось. Это Валик – нищеброд, а у этих и снаряжение хорошее, и стволы приличные. Я обобрал всех троих, и вот что вышло. Три АКМС, один «макаров», три «сплавовские» разгрузки, наколенники и налокотники, тактические перчатки и одна кевларовая каска, шесть гранат Ф-1 и четыре РГН, один РД, три отличных кинжала и одна реплика НР-43 «Вишня», два армейских сухпайка, плащ-палатка, три китайские УКВ-радио станции, бинокль и аптечка. Ещё были практически новые ботинки, и я подумал, что прапор может их взять на обмен. Однако снимать с мертвецов обувь побрезговал. В конце концов, мы ещё не скатились в пропасть, и я могу себе позволить не брать чужую обувь.

– Как ты тут, мародёр? – услышал я весёлый окрик дядьки, который вместе с лайкой подошёл к зелёнке.

– Нормально, – мотнул я головой на трофеи, которые скинул на плащ-палатку, а потом кивнул на собаку: – Как она?

Андрей Иванович сразу понял, что я имел в виду:

– Болезни нет. Кровь собачку, правда, нервирует. Но это мелочь, привыкнет.

– Ясно. А что в грузовиках?

– Продукты. Консервы и макароны.

– Неплохо. Машины все на ходу?

– Да. Только двух водителей шлёпнули.

– Бывает… – протянул я.

– Конечно, бывает. Только у нас один «двухсотый» и два «триста». Вот и считай. Два человека в БТР. Один «газель» поведёт. На сопровождение КамАЗов, чтобы в кабинах сидеть, остаётся четыре бойца. Мало нас.

– Выкрутимся.

Пару минут мы молча разглядывали и перебирали трофеи, а затем распределили груз и выбрались обратно на трассу. Получили новую вводную от Наёмника. Нас мало, а с водителями должен кто-то ехать. Так что распределяемся по машинам и выдвигаемся в следующем порядке. Впереди БТР. Потом грузовики, и в трёх водители остаются без присмотра, поэтому они в центре. В конце «газель», которую придётся вести мне. Радиочастота, на которой общаемся, прежняя. Вопросы? Нет вопросов. Поехали.

33

До территорий, которые контролировались бойцами полковника Кораблёва, добирались двое суток, и это было не самое лучшее время. Дорог мало, и не знаю, в каком состоянии они были раньше, а сейчас просто ужас. Как накрыл страну апокалипсис, начались хаотичные передвижения миллионов людей и техники. Никто ничего сохранять и беречь не собирался. Поэтому вся транспортная инфраструктура быстро приходила в негодность. Яма на яме. Колдобина на колдобине. Уж не говорю о ветхих мостах через многочисленные речки и ручьи. А «газель», которую мне доверили, сначала шла за грузовиками, и мой зад прочувствовал каждую кочку. Но после первого большого привала я переместился в авангард, и стало немного легче.

В общем, все вымотались. Но колонна добралась-таки до блокпоста, и нас встретили, словно спасителей.

Пока мы отсутствовали, к общине прибилось ещё больше тысячи человек. В основном обычные беженцы из городов. Кто посильней, тот сам прожить может. И себя прокормит, и семью, если таковая имеется. Слабые же всегда ищут спасения в толпе. Это понятно любому человеку, кто успел повидать жизнь с разных сторон. И ещё понятно, что вся эта толпа хочет есть, а запасов мало. Местные уроженцы ещё ничего, держались и обеспечивали себя самостоятельно, а некоторые даже ушли в леса. А приезжих кормить надо, раз уж полковник взял на себя ответственность за их судьбу. Но тут и он пасовал, ибо рыбы и грибов при всём окрестном изобилии не хватало, а дичь распугали. Такие вот дела.