Василий Рожков – Заметки на полях. Поэтический сборник (страница 11)
Где твой взгляд из густых бровей?
Я не жду от судьбы вендетты,
Как коллега твой – Воробей.
Мне бы вольницы беззаботной —
Полный ход да фонтаны брызг.
Дай напиться воды забортной
До дельфиньего визга – вдрызг.
Где ты, Немо? Но море немо,
И железная клеть глуха.
Видно, дизельная трирема
Растеряла все потроха.
И команда, встав утром рано,
Удалилась сухим путём,
Бросив заживо капитана
В одиночества острый тёрн.
Без оглядки ушли – куда, блин?
Кто-то в Dublin, а кто-то в Kiel,
Рассудив, что мятеж подавлен
И за отмель цепляет киль.
Кто скоблит небоскрёбам ставни,
Кто на сцене торгует ртом,
Кто устроился на «Титаник»,
Не задумываясь о том.
«Наутилус» уже не хочет
Бороздить 40 000 лье.
Я проснулся средь тёмной ночи
В полосатом сыром белье.
И точка
Воспоминания, от которых выглядишь так сутуло,
Отбрасывая от себя движением резким,
Как, сняв, бросают одежду на спинку стула,
С опаской глядя на полуоткрытые занавески
(Не смотрит ли кто? твоей наготы не заметит ли?)
Ты подходишь к краю своего надлома,
И точка отсчёта, пробившаяся в свидетели,
Над пропастью распластана невесомо,
Продолжаясь вектором, телескопическим указателем,
Волшебной палочкой, призывающей идти вперёд.
Но прежде, чем отдаться пропасти, обязательны
Вкус её губ и ладоней надменный лёд,
Её объятия неимоверно бездонные,
Сжимающие до темноты под покровом век.
И, ощутив сполна эти тяготы многотонные,
Только тогда ты погружаешься в воды рек,
Текущих через надлом, смывающих напрочь
Всё твоё прошлое, всё существо твоё.
И точка мерцает, по циферблату прыгая за полночь
Клубком по дороге, помогая найти её.
Обессиленный, вконец залюбленный темнотой,
Посвятившей себя тебе,
позабывшей про стыд и гордость,
Из надлома наружу ты выходишь совсем пустой,
Под грузом воспоминаний уже не горбясь,
Раскинув веером руки своих надежд,
Душу свою нагую подставив ветрам удачи
И предложений былых обвинительный злой падеж
Оборвав чёрной точкой, которая что-то значит.
Лицо самурая
Не каждый доверяет древним сказкам,
Коль жизнью заповедано терпеть.
Простой рыбак, судьбою не обласкан,
Привычным жестом бросил за борт сеть
И смотрит в пламенеющее море,
В игру алмазов и драконьих шкур,
Прислушиваясь к отзвукам историй 
