Василий Пешков – «Дулан-харан» теплая светлая дорога (страница 1)
Василий Пешков
«Дулан-харан» теплая светлая дорога
Меня зовут Алена Егорова. – потомственная казачка. Закончила Читинский историк и филологический факультет. Я буду журналистом. Мы вместе с вами пройдем по страницам нашей истории.
Нас ждут приключения и мистика, и еще много всего интересного. Итак, приступаем! Река Онон. Настоящая живая история, плетущая свою нить сквозь века. Ветер перемен, насыщенный запахом полыни и дыма костров, проносится над степями. Эпоха расцвета Монгольской империи. Время, когда грозная орда Чингисхана начинает свой стремительный взлет. Захватнические войны,словно кровавые реки, прорезают историческое полотно, оставляя после себя следы разрушения и боли. Но за внешней жестокостью и прагматизмом завоевателей скрывается богатый внутренний мир, пропитанный мистикой, верой в духов и предков. В этом кипящем котле войны и насилия особое значение приобретает духовная составляющая.
Каждое племя, входящее в состав многочисленной армии Чингис-хана, имело свой тотем, свой символ, связывающий их с миром духов и предков. Этот символ не просто рисунок или знак, это воплощение силы рода, его защитник и покровитель.Вера в силу тотема давала воинам уверенность в себе, подпитывала их боевой дух. Ведь в их понимании тотем – это не просто изображение, а живая сущность, способная влиять на ход событий. Шаманизм, глубоко укоренившийся в культуре кочевников, играл ключевую роль в военном деле. Шаманы – посредники между миром живых и миром духов, проводили сложные ритуалы, призывая силы природы и предков на помощь своим воинам. Особое значение имели обряды, связанные с душами погибших воинов. Представьте себе, после кровопролитной битвы, поле боя усеяно телами павших. Души незахороненных воинов, полные боли и незавершенных дел, блуждают между мирами.
Шаманы видели в этих душах источник могущественной силы, которую можно использовать для защиты живых. Один из таких ритуалов, передаваемый из поколения в поколение, был особенно сложен и требовал строгого соблюдения всех правил.Шаман собирал воинов по старшинству, выстраивая их в три концентрических круга на возвышенности. В центре круга с открытыми глазами лежал сам шаман, готовясь к ночному диалогу с душами павших.
В тишине ночи, под мерцанием звезд, он вступал в контакт с миром духов, выслушивая их послания и просьбы. Души воинов, находящиеся на грани перехода в иной мир, открывали шаману секреты могущественной защиты. Они просили создать особый артефакт, воплощающий силу их рода.
Этот артефакт – шлем и нагрудник, украшенные символами каждого племени, участвовавшего в ритуале. Каждый символ – это частица силы рода, и потеря хотя бы одного из них означала утрату покровительства предков. Созданный по наставлениям духов, шлем становился не просто защитой от физических угроз, но и мощным оберегом, наполненным энергией предков.
Он даровал воину непобедимость, помогал ему в боях и оберегал от смерти. Считалось, что души воинов, чьи символы украшали шлем, невидимо присутствовали рядом с ним, направляя его действия и защищая от опасности.
Эта вера в силы предков, в магию тотемов и шаманских ритуалов была неотъемлемой частью жизни кочевников. Она помогала им справляться с тяготами военной жизни, давала силы и надежду на победу. И хотя с течением времени многие из этих традиций были утрачены или преобразованы,
Их отголоски до сих пор живут в культуре народов Забайкалья, напоминая о времени великих завоеваний и могуществе духов предков. Даже в период Гражданской войны и в эпоху СССР, когда традиционные верования подвергались гонениям, люди продолжали хранить память о своих корнях, передавая из поколения в поколение легенды и предания о могуществе шаманов и силе тотемов.
И сегодня, в наше время, эти истории продолжают волновать воображение, заставляя задуматься о связи времен и о том, как важно помнить и чтить свои корни. Таинственному повествованию. Не золоту, а мистической силе родового символа. Одного из удачных командиров.
После завоевания Средней Азии Чингисхан отправил часть своих войск во главе с полководцами Убадаем и Джебя в разведывательный поход на запад через иранские земли и за Кавказья. Одержав ряд побед, монгольские темники прошли через Кавказ и в 1253 году оказались в южно-русских степях. Здесь монгольские войска встретились с половцами и нанесли им поражение. В походе при захвате новых земель все-таки был утерян один символический культовый амулет. Защита рода ослабла. Владелец с Убадьем погиб. Был похоронен в одном из многочисленных курганов.
Прошли три столетия.
Один из таких курганов, где покоился прах Убадийома, вместе с утраченным родовым шлемом-амулетом, привлек внимание грабителей. Движимые жаждой наживы, они вскрыли древнее захоронение, не подозревая о таинственной силе, дремлющей в украденные ими вещи.
Амулет, представлявший собой искусно вырезанную из золота фигурку Коршуна, переходил из рук в руки, теряя свою первоначальную мощь, рассеивая по миру отголоски древней магии. Его считали просто красивой безделкой, не догадываясь о настоящей ценности.
Курган был разграблен, соответственно, шлем и защита родового племени попали в Гохран России. В конце концов, окольными путями. Через череду случайных владельцев и темных сделок амулет попал в Россию, где его приобрел для императорской коллекции некий предприимчивый купец. Так, родовой символ монгольского темника оказался в государственном хранилище. Среди груд золота, драгоценностей и артефактов, собранных со всех уголков империи.
На дворе стоял 1917 год.
Революционный вихрь сметал вековые устои, переворачивая судьбы людей и целых государств. В хаосе тех дней, в глубинах неприступного доселя Гахрана, древняя сила Амулета начала пробуждаться.Она откликалась на бушующие вокруг энергии, на страх, жадность и отчаяние, летавшие в воздухе. Эта сила не была злой или доброй. Она была стихией, стремящейся к равновесию, как вода, находящая себе дорогу сквозь любые преграды.
Все это связано с кровью, с убийствами, и в общем шлем предлагает непосредственно пиратскому золоту вступить в сделку, так как не хватает энергетической силы, что-то идет такое предложение. Будешь мне помогать? Мы попадем в наши родные места в Забайкалье, где схоронены войны. И тогда мы приобретем неимоверную силу на человеческие судьбы. Я вам обещаю, будет весь мир у наших ног.
Город Казань. Белое движение. Верховный правитель России адмирал Калчак. Золото загружается в эшелон и движется по России. Кровавая волна идёт на восток. Ветер времени заметал следы монгольского нашествия. Трава забвения покрыла бесчисленные курганы, хранящие прах воинов.
И вот, в полумраке хранилища, среди мерцания золота скифов, блеска пиратских сокровищ и холодного сияния английских гений, начался неслышный для человеческого уху диалог энергий. Древнее скифское золото, напитанное шепотом степных ветров и духами забытых царей, встрепенулось, откликаясь на зов пробудившейся магии.Пиратское золото, пахнущее кровью, порохом и солеными брызгами моря, загудело низким, зловещим гулом. Английское золото, пропитанное холодным расчетом и прагматизмом, зазвенело тонко, словно ледяные кристаллы, сталкиваясь друг с другом.
–Мы согласны. И посреди этого энергетического хора прозвучал голос Амулета Убадиёма. Он был похож на клёкот коршуна, одинокий и пронзительный, полный тоски по бескрайним степям и запаху костров. Кто нарушил мой покой? Прошелестел голос в ткани реальности не словами, а чистым потоком энергии.
Скифское золото зашептало в ответ. Время пробуждения пришло, древняя сила. Мир изменился, и старые боги вновь требуют жертв. Пиратское золото загрохотало, кровь и золото. Вот вечная истина. Пусть реки крови прольются за власть и богатство. Английское золото зазвенело холодно. Порядок и контроль. Только разум и дисциплина могут удержать хаос в узде.
Амулет Убодея завыл громче «Я жажду возвращения». «Я хочу вернуться в степь к моим предкам». И в этот момент, когда энергетический вихрь достиг своего пика, в бронированный вагон поезда ворвались казаки атамана Семенова, охваченные жаждой завладеть сокровищами царской казны.
Идем на легкие, приставить по одному казаку нам все посты, с предупреждением, кто попытается нас остановить, вырезаем. Выполняйте! СлужитеВремя за камерой, готовность, раз!Полный контроль .«Восточно-Азиацкий» банк камандавал Григорий Михайлович предвкушая хороший куш......
Сейчас мы немного вернёмся по времени в начало XVII века, примерно в 1720-1740 годы из монастырского городища, расположенного на месте впадения реки Онон в реку Шилка, из поселения Нерчинск двинулись на освоение новых земель для землепашества и скотоводства целые семьи.Казаки. Они вели свою родословную от русских служивых людей, которые по правительственному указу Екатерины Второй обращали в русское подданство местные народы, собирали с них ясак. Занимались хозяйственной деятельностью края, это был царский указ о необходимости снабжения нерчинских земель хлебом и другими сельскохозяйственными продуктами.
Двигались они вверх по реке Шилке, а затем по Онону, постепенно осваивая удобные места. Так возникли три Шараная села Нижний, Средний и Верхнего Шаранай. Видимо, еще с тех времен за шаранайцами закрепилось прозвище «Шаранайские воробьи». Любили выседать на заплоте, на общих собраниях казаков.