Василий Панфилов – Старые недобрые времена 3 (страница 49)

— В клуб? — поигрывая тростью, предложил Шерменхорст, внешне совершенно невозмутимый, если бы не лёгкое дрожание губ, желающих сложиться в ликующую улыбку.

— Пожалуй, — согласился Шмидт, чувствующий себя схожим образом.

— Да, надо поговорить, — устало сказал Фиппс, — обсудить стратегию.

— И шампанского, — подытожил Майвезер, выдыхая…

— Обязательно, — усмехнулся попаданец, чувствуя, как его отпускает напряжение. Нет, ещё ничего не кончено, но… к чёрту всё! Он хочет посидеть с друзьями, выпить шампанского… а о делах чуть позже.

В полумраке курительной комнаты пахнет сандаловым деревом, дорогим табаком и чуть-чуть — хорошим алкоголем, и эта атмосфера, пусть и не сразу, несколько расслабила их. Переговоры, пусть пока и предварительные, выдались очень непростыми.

Жонглирование цифрами и фактами, обмолвки…

… и шантаж. Совсем немного…

" — Скажи мне хоть кто лет десять назад, чем я буду заниматься, ни за что бы не поверил, — подумал попаданец, в душе которого тесно переплелись тоска по прошлому, которое когда-то было будущим, и довольство настоящим, — Ни за что! Об этом я даже не мечтал… да собственно, я мечтал совсем о другом! Проектирование домов, и может быть, в будущем — городов… А попав сюда, я хотел просто личной свободы и благополучия, и бежал, бежал… Вот и добежал, получается. Я уже не пешка на шахматной доске, а ещё чуть-чуть — и игрок. Я — и Большая Политика, кто бы мог подумать? А ведь история уже изменилась, и пусть пока не бесповоротно, но… ведь именно я её меняю, и очень надеюсь, к лучшему."

— Он заглотил наживку, — прервал Уитроп размышления попаданца.

— Да, — задумчиво кивнул Фиппс, — я сначала думал, он выстоит, но…

— Но… — вздохнул Майвезер, — именно что «Но!» Поручиться не могу, но кажется, самолюбие мистера Тейлора задета, и значит, нами придётся действовать с учётом этого фактора.

— Соглашусь, — протянул Шемернехорст, — это надо будет учесть, непременно. Впрочем, если всё пойдёт так, как мы задумали, это не будет иметь никакого значения!

— Соломинкой, сломавшей спину этому… хм, верблюду, стали британские связи DuPont, как мне кажется, — осторожно сказал Шмидт, — Мистер Тейлор очень плотно завязан на связях в с Вашингтоном, и открытая пороховая бочка с британским влиянием может очень плохо сказаться не только на банке, но и на его личных активах. Немного погодя ситуация может измениться, но может быть, сейчас нам стоит раскопать немного больше о связях Тейлора с Британией? Если он взбрыкнёт…

— Я возьмусь, — отозвался Уинтроп, сжимая губы. С Британией у Уинтропов с началом войны отношения стали несколько более личными, чем это принято в бизнесе. Впрочем… не они это начали. Деловые партнёры из лондонского Сити решили трактовать некоторые пункты несколько более вольно, нежели обычно принято, и семья Уинтропов потеряла до четверти своего состояния. Часть его, разумеется, можно будет потом вернуть… или как минимум, оспорить некоторые принятые решения. А может быть, и нет.

— Интересно, — задумчиво спросил Шерменхорст, — Понял ли Тейлор, что если мы решили не трогать банк, получив взамен активы DuPont, то это не значит, что мы не будем по той же схеме действовать с City Bank of New York?

— Полагаю, он всё прекрасно понимает, — ответил Шмидт после короткого размышления, — но надеется как на свои связи в Вашингтоне, так и на то, что мы не станем ломать финансовую систему банка, поскольку это может обрушить рынок.

— Может, — задумчиво констатировал Фиппс, — здесь слишком много факторов, и не все из них возможно просчитать. Я полагаю реальным забрать примерно четверть активов City Bank of New York, а большее — ситуативно. Хотя…

Он хмыкнул и задумался.

— Нет, не готов пока ответить, — с некоторым сожалением сообщил Гарольд, — нужно будет собрать кое-какие данные и посоветоваться с семьей.

— Полагаю, пара недель у нас есть, — чуть помедлив, ответил Шмидт, — если говорить об активах City Bank of New York, а вот с DuPont надо давить, не давать время опомнится и собрать наличные. Завтра с утра наши юристы встречаются с юристами City Bank of New York, и нам очень желательно, чтобы они подписали все документы в тот же день, крайний срок — послезавтра.

— Тянуть рискованно, — согласился Уинтроп, — у Тейлора весьма неплохие связи в деловых и политических кругах, нельзя давать ему время.

— Да, Чарли… — протянул Георг, — давай скоординируем действия по нужному освещению наших действий в прессе. На тебе академические круги, с экскурсом в историю, упор на действия Британии в периоды кризисов в нашей стране — прошлое, настоящее и будущее, последнее — в самых тёмных тонах.

— Это будет несложно, — уверенно отозвался Майвезер, — настроения среди профессуры весьма патриотические, и если даже они не слишком восторженно относятся к Союзу, пнуть британского Льва мало кто откажется.

— Я помогу, — отозвался Уинтроп, хищно усмехнувшись, — с живыми примерами…

— Отлично, — с облегчением отозвался Шмидт, понимая, что друг сейчас сказал от лица всей семьи Уинтропов.

— Я… — Шерменхорст чуть качнул бокал, — отправлюсь в Вашингтон, чтобы держать руку на пульсе и координировать действия лоббистов.

Шмидт едва заметно улыбнулся, чувствуя, как сваливается с плеч тяжёлая ноша. Это, опять-таки, обещание от лица семьи… а вернее — Клана. Большого, разветвлённого, старого, вросшего корнями в американскую политику так, что и не выкорчуешь! И пусть не все из Клана носят одну фамилию, но… а какая разница? Особенно если дело касается прибыли и влияния.

— Джентльмены, — подал голос Фиппс, — в свете нашего разговора с Мозесом Тейлором. Полагаю, ни у кого из нас нет сомнения, что он сдаст нам DuPont, но попытается отыграть своё чуть позже?

— Никаких иллюзий, — отозвался за всех Майвезер.

— В таком случае, — продолжил Фиппс, — полагаю, будет уместным предоставить ему некие слабые места для ответного удара.

— Очень здравая идея, — поднял бокал Шмидт, — я за! Пусть бьёт в пустоту и проваливается, тем хуже он будет выглядеть, и тем более оправданными будут после этого наши действия!

Проводив посетителей, Мозес Тейлор закрыл за ними дверь и медленно опустился в кресло, не в силах думать. Он не знал, что тишина может быть такой оглушительной… и что эту тишину не в силах нарушить даже уличный шум за окном.

Руки сжали подлокотники…

" — Вот так… — констатировал он, — играл с огнём, и доигрался, теперь в моём доме пожар."

Папка… они кинул на бумаги бессильный взгляд и выдохнул. Слишком много фактов и цифр, которые очень сложно толковать двояко. Нет, будь у него время…

… но времени нет.

Он сумел бы переиграть Шмидта, но в такой компании… нет, это невозможно, увы. Не сейчас.

Сейчас Тейлор мог только сожалеть, что взял акции DuPont. Это казалось выгодным и… политически правильным: поддержка одной из корпораций, которые необходимы Союзу. Политические выгоды, которые, как он ещё недавно думал, можно конвертировать в золото.

Но в свете предоставленных доказательств срыва поставок в армию непосредственно корпораций DuPont, желающей выбить себе более выгодные условия, это почти приговор. DuPont и без того раздражала очень многих в Вашингтоне, балансируя на грани, а сейчас, в свете предоставленных данных и…

— Динамит, чёрт бы побрал этого Шмидта, — выдохнул он, — как же не вовремя! Чёртов немец…

Он мог бы переиграть Шмидта, но… не с такой поддержкой. Фиппс. Уинтроп. Майвезер. Шерменхорн. Это не просто старые деньги, это — кланы, влияние, в том числе и политическое, и очень, очень значимое. Они владеют зданиями, газетами, университетами, заседают в Сенате и Конгрессе, работают в федеральных судах… а ещё они в родстве с половиной старой аристократии США.

Собравшись, он подтянул к себе бумаги и медленно прочитал их, пытаясь отыскать хоть какую-то ошибку, но… нет. Всё верно.

Выдохнув, Тейлор начал писать распоряжения. Первое — немедленно пересчитать все активы, убрать векселя DuPont в закрытую папку, подготовить отсчёт о реструктуризации залогов. Второе — отправить в Вашингтон доверенного человека, и…

… подготовить продажу залога DuPont третьей стороне, по возможности через подставного брокера, чтобы не подставить банк.

Ну и конечно же — юристы…

— Это только первый ход в партии, — сказал он, поставив подписи, — а следующий сделаю я!

Глава 26

Рейдер. Продолжение

— Чёрт… — выдохнул Георг, отложив бумаги и протерев глаза. Несколько последних дней он работает по двадцать часов в сутки, и в итоге — в глаза будто песка засыпали. Патентованные средства… ну их к чёрту! Сейчас в аптеках всё больше разная дрянь, среди которых кокаин, опиум и препараты из ртути занимают лидирующие позиции, и это не считая «чудодейственных средств» из порошка мумий или жира чёрного козла, и последнее, увы — не шутка. Так что в ход идут бабушкины средства, но они не очень-то помогают.

Да и в голове… всякое. Это на вид он — монумент самому себе, невозмутимый, куда там британцам с их знаменитой «жёсткой верхней губой», а внутри — бури и шторма!

— Дьявольщина, — вздохнул он и отложил бумаги — всё равно не работается, в голове совсем другое, и чёрт… как это всё не ко времени! А с другой стороны…

Шмидт несколько раз вдохнул и выдохнул, чувствуя себя так, как не чувствовал перед дуэлями.