Василий Панфилов – Путешественник и Тёмный Лорд (страница 11)
Вот через две недели я и… пошалил. Идея театрального кружка зрела давно – хорошее развлечение не только для зрителей, но и для актеров, художников по декорациям, сценаристам…
Сценарий простенький, так что декан Авер Малфой утвердил его, бегло просмотрев глазами.
– Думаешь, до них дойдёт? – Хмыкнул он, – или пропустят мимо ушей?
– Надеюсь, что дойдёт, – ухмыляясь в ответ я, – а если нет, то товарищи растолкуют.
Пьеса совсем коротенькая, поэтому после недели репетиции решили сыграть её прямо в Большом Зале во время пятничного обеда.
– Сонорус, – Бриан Бору, могучий семикурсник с широченными плечами, подхватывает меня и сажает себе на плечо. Да-да, именно НА ОДНО плечо – парень редкостно развит физически. Да впрочем, интеллектуально немногим хуже.
– Дамы и господа, ученики и ученицы, преподаватели и преподавательницы, – продолжаю я сверху речь, – мы решили немного развлечь вас коротенькой самодельной пьеской прямо во время обеда. Автор идеи и автор пьесы – я, гениальный и неповторимый Роберт Иоанн Талли из Рода Талли.
Кланяюсь чуточку шутовски и Бриан ссаживает меня с плеча – всё. Теперь я точно такой же зритель…
На небольших подмостках, трансфигурированных старшекурсниками Райвенкло из всякого хлама, начинается спектакль. Сюжет незамысловат: приключения условного дикаря из джунглей, попавшего в Большой Город.
– Ах-ха-ха! – заливается зал, когда на сцену выскакивает намазанный гуталином Юрген, в травяной юбочке и с копьём. Затем несколько иллюзий автомобиля, трамвая, бой Биг Бена… Маггловедение в Хогвартсе нынешнего образца преподают неплохо, так что все ученики понимают суть происходящего.
Тем временем дикарь мечется по сцене, спасаясь от трамвая и убегая от "Железного чудовища" по рельсам. Затем инцидент с заколотой копьём собачкой (иллюзия) почтенной пожилой леди…
– Добыча! – торжественно объявляет Юрген-дикарь, – еда!
Зал заливается – не только ученики, но и учителя. Даже Диппет изгибает губы в улыбке.
Приключения дикаря, постоянно попадающего в нелепые ситуации, продолжаются на протяжении трёх минут. Затем некие добросердечные горожане уводят его, обещая помочь жить в "Каменных Джунглях". Занавес…
– Прошло время, – объявляю я, – и Дикарь-из-джунглей снова перед вами!
Выходит Юрген. На голове у него цилиндр, на плечах роскошный фрак… Правда, фрак на несколько размеров больше, а вместо бабочки вокруг шеи обмотан кусок верёвки. Да и штанов у него всё так же нет, хотя на ногах – роскошные калоши.
– Ах-ха-ха! – хохочет зал. Дикарь тем временем отмахивается от кого-то за кулисами…
– Ваша мне больше не нужна! Моя теперь сама горожанин, всё знай, умей! Большой Железный Зверь меня катал, моя храбрый, умный и сильный!
Затем дикарь идёт по городу (всё те же иллюзии), гордо тыкая в трамваи и автобусы – пальцем…
– Большой Железный Зверь не опасен храброму Мамбе!
Встреченные горожане мягко говоря удивлены видом Мамбы, но поскольку тот не бегает по рельсам от трамвая и не убивает копьём собак, то проходят мимо. Дикарь тем временем подходит к мусорному баку возле столовой и деловито роется там.
– Еда! – Гордо говорит он, вытаскивая огрызок яблока, крысиную тушку и кусок заплесневелого хлеба.
Несколько подобных эпизодов и к Мамбе подходят уже другие добросердечные горожане, пытаясь объяснить правила поведения в большом городе.
– Эм… мистер… Мамба… у нас принято носить штаны, а не только пиджак.
– Вы глупцы! – становится в позу дикарь, – мне так удобно и я так буду ходить.
– Помимо удобства есть ещё и приличия.
Мамба хлопает глазами, не понимая слово "Приличия".
– Эм… в каждой… деревне… свои обычаи. А поскольку ты приехал к нам, то должен соблюдать хотя бы основные.
– Глупые обычаи! В моя деревне самые умные, я буду делать, как в моя деревне. Вы – неправильные, не лесото.
– Мы европейцы и сейчас ты в Европе, – терпеливо объясняет "добросердечный горожанин".
– Моя всё равно. Ваш обычай глуп, не нравится Мамбе. Стану ваша вождь, изменю всё так, как в родная деревня.
"Горожанин" отходит, пожав плечами. Снова занавес и объявление.
– Прошло несколько месяцев и наступила зима.
Посиневший от холода Мамба ночует под мусорным баком, питается всё теми же крысами и огрызками.
– Глупые, плохие европейцы, – бормочет дикарь. Тут он замечает такого же Мамбу, но явно вполне благополучного: нормально одетого, с толстой мордой и пузом.
– Брат, брат, – бросается Мамба к благополучному земляку, помоги, да!?
Тот останавливается и начинает объяснять, что надо просто соблюдать местные обычаи и законы, учиться… Если что-то не нравится, нужно хотя бы понять – почему местные делают именно так.
– Моя тоже штаны не любит, – заявляет толстомордый, – зато сейчас колокольчикам тепло. Хорошо. Мыться стал – в дом пускают. Какаю в белый камень с водоворотом, ем за столом. Неудобно, да… Зато дом есть, работа, еда…
– Твоя неправильный! – отшатывается от него Мамба, – в нашей деревне всё правильно, ты – нет. Пусть глупые местные живут по правильный закон – наш закон
– Но это их земля.
– Ну и что! Мне здесь не нравится, пусть живут, как моя привык!
Над "Мамбой" посмеялись и ещё несколько дней обсуждали запомнившиеся сценки. Во вторник же в коридоре меня остановил магглорожденный гриффиндорец-первокурсник…
– Скажи, что это не о магглах!
Останавливаюсь…
– Ну почему же, именно о них.
– Но мы не такие! У нас цивилизация!
– Да? Ты удивишься, но у нас тоже – и древнее вашей.
Гриффиндорец, похоже, бы не совсем пропащим и понял, что криками дело не решишь.
– Объясни, – попросил он угрюмо. Смотрю на него скептически, хотя внутренне ликую.
– А поймёшь? Или будешь как… Мамба?
Гриффиндорец ощутимо скрежетнул зубами, но ответил честно:
– Попытаюсь.
– Хм… Давай тогда так: приходи вечером с однокурсниками, которые тоже заинтересовались проблемой. А то рассказывать все по отдельности… язык отвалится.
Вечером меня ждало почти полтора десятка магглорожденных младшекурсников и несколько полукровок, у которых один из родителей был магглом, а второй – магом из магглорожденных. Насупленно-суровые, мрачноватые… ну правильно, кому же понравится, когда тебя сравнивают с… таким. Заходим в пустой класс неподалёку от башни Райвенкло.
– Рассаживайтесь, разговор может оказать долгим.
Психология, ети – когда сидишь, волей-неволей хоть немного расслабляешься. Тем более младшекурсники собрались кучей, встав едва ли не стеной.
– Сразу скажу, обидеть никого не хотел.
– Как же!
– Так же. Посмеялся – то да, но обидеть не хотел. Задумались и пришли с вопросом? Замечательно, этого я добивался.
– Ты объясняй, – встаёт тот самый заводила-гриффиндорец. Киваю.
– Ты… Марк, кажется?
– Марк.
– Горожанин, фермер?
– Фермер, у нас своя ферма, не арендуем. Йомены![25]
– Замечательно! – искренне радуюсь я, – как раз ты должен понять суть пьесы лучше всех!