Василий Панфилов – Полет нормальный (страница 31)

— … так глупо подставиться, — мелькнуло где-то в глубине. Адвокат не отдавал себе отсчёта, но презрение, которое он испытывал к клиенту, опиралось не столько на совершённое им изнасилование, сколько на глупость поступка.

— … я бы так глупо не попался.

— Вовлечение в сожительство заведомо несовершеннолетней путём шантажа, да изнасилование с отягчающими, это не то, что любят полицейские. Тем более, что вы гражданин другой страны, а девочка, как бы вы её не охарактеризовали, выглядит как типичная жертва обстоятельств.

— Жертва! — Фыркнул Постников, но промолчал, покосившись на проходящего мимо полицейского, — дайте, что ли, сигарету…

Затянувшись, он замолк, взглядом хищника в клетке глядя на входящих и выходящих в здание полиции.

— Жертва… профессиональный риск не хотите?! Раз пошла работать горничной с постельными дополнениями к профессиональным обязанностям, так будь добра… Что, не оплатил бы он потом лечение? Оплатил бы… наверное. Но она сама виновата, нечего было смотреть так дерзко! И не расскажешь ведь, что сорвался он не на невинную жертву, а на шпионку гангстеров, которой вынужден платить из собственно кармана!

Попаданец курил, в мыслях давно оправдав себя. Лайза виновата, и точка! Играть словами и выворачивать наизнанку смысл происходящего он научился в благословенные для него девяностые. Славные были времена… сколько лохов!

Потом работа чиновником, там подобные таланты востребованы. Тем более, если за спиной нет по-настоящему влиятельной родни, а друзья-братки, это всё-таки немного не то…

Он сам не заметил, как в сознании произошла профессиональная деформация. Лет пятнадцать уже, как Аркадий Валерьевич никогда не становился виноватым, всегда находя себе оправдания. Иногда и провалы случаются, вот как сейчас…

— Девушка, по-видимому, нашла общий язык с полицейскими, — чувствуя себя неуютно, дополнил свои измышления адвокат, — это вдобавок к вашему германскому гражданству. А доводить дело до суда искренне не советую. Оправдаться не сумеете, это я вам как профессионал говорю.

Постников искоса глянул на адвоката так, что привычный к угрозам и моральному давлению профессионал аж вспотел.

— Если уж судится вздумаете, то в тюрьму не попадёте, на это моих скромных талантов хватит. Но гонорар в таком случае будет существенно больше, да и залог… Поверьте, сумма в итоге выйдет куда как побольше. А репутация? Нет… заплатите, да и забудьте об этой девице, не вспоминайте даже! Сорвались… нехорошо, но у каждого такие ситуации могут случится. Но всё, всё на этом! Никакой мести… договорились?

Попаданец кивнул нехотя, мысленно херя свои планы по отношению к Лайзе. Расчленение, тазики с цементом и продажа девицы в самый грязный бордель для негров-поденщиков отметались… нехотя.

— В самом деле, нужно забыть о ней. Наверняка как минимум несколько лет за этой шлюхой будет присматривать не только полиция, но и гангстеры. Наживка… Забыть!

— Вы, юная мисс, переехали бы куда подальше, — получив свою долю за защиту, наставлял довольный детектив, — страшный это человек, уж поверьте моему опыту. Чисто койот бешеный — хитрый и злобный такой, что не приведи Господь. Лучше от таких подальше держаться.

— Спасибо, мистер Макгайвер, — неловко обняла детектива Лайза, морщась от каждого движения, — почаще бы такие, как вы и ваши парни встречались, насколько бы в мире лучше было! А насчёт подальше, тут я уже подумала. У тётушки моей подруга хорошая осталась, миссис Ловелин, вдова. В детстве в гости к ним ездили даже, во Флориду. Вот телеграмму отправила… ответ уже получила.

— Смотри, Лайза, — перешёл на ты расчувствовавшийся детектив, — подруга подругой…

— Так я о деньгах не заикнулась! Просто — попала в трудное положение, нужна официальная опека взрослого человека. Только сейчас поняла, что дурой была! С самого начала могла… нет, постеснялась помощи просить, проще по улицам бродить показалось!

— Просите, и дано будет вам; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам, ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят, — процитировал коп Евангелие.

— Да! Перееду туда, а деньги… домик куплю с участком, чтоб огородик да кур держать можно было, да пансионат небольшой. Или просто пансионат? Миссис Ловелин держала когда-то, так что вдвоём справимся!

— … нет у вашего мира будущего. Пф! Сгорел! — Разговор с Джокером шёл тяжело, — начало двадцать первого века, и всё, закончился мир.

— Вашего? — Зацепился Лесли за слова.

— Вашего, — киваю устало, чуточку пьяный после нескольких бокалов бренди, — много их, миров-то… Я из соседнего Отражения, у нас события чуточку иначе шли. Рядышком, но иначе.

Лесли забросал меня вопросами, на которые чаще всего не находилось ответа.

— … Истинные миры, Отражения… честно скажу, Лесли, не знаю. Вот ты физику знаешь?

— Школьную программу на отлично, — кивнул тот уверенно.

— Вот и я… школьную, притом школьник-недоучка. Стажёр! Притом милиции[101], делать меня полноценным агентом даже не планировалось. Понадобился Патрулю агент, способный по мелочам подработать в соседнем Отражении, взяли на стажировку. Не прерывая учёбы в обычном университете, между прочим. Я же не Джеймс Бонд… а, ты его не знаешь! Агент на службе Её Величества, герой будущих романов о рыцарях Плаща и Кинжала.

— В стиле комиксов, судя по усмешке? — Нервно хохотнул Джокер, приложившись к стакану и цедивший виски с отчётливым постукиванием зубов о стекло. Парня заметно трясёт, но держится.

— Рядом.

— Чему хоть учили? — Старательно пряча горящие от возбуждения глаза, поинтересовался брат, поставив стакан на столик.

— Оперативная работа, — пожимаю плечами, — или ты думал, чему-то особенному? Азам разведки и контрразведки, психологии и социологии…

— А далеко психология ушла? — Перебил меня Джокер, подавшись вперёд, у него даже мандраж[102] почти прошёл. Любимый предмет!

— За сто лет почти? Сам подумай!

Тот потёр небритый подбородок и выпалил:

— Научишь!

Тон такой, что ясно, тема не обсуждается, придётся учить. На душе стало легче: во-первых поверил… а во-вторых дал согласие прикрывать меня. Так что киваю согласно.

— Вот… иногда выполнял какие-то мелкие задания: присмотреть за кем-то, проследить, передать пакет. Мир-то похожий, так что ориентировался.

— В своём нельзя?

— Проблемно. Как бы… точно не знаю, в общем, но чем дальше агент от родного мира, тем проще ему даются какие-то действия по изменению реальности.

— Так может, готовить агентов из дальних миров?

— Чем дальше мир, тем больше отличий, в том числе и физиологических.

— Мда… то есть где-то монголы Европу завоевали…

— Где-то ацтеки, — отвечаю в тон, — так что расовые особенности, да и поведенческие реакции отличаются. Крестятся иначе, отношения между полами и прочее. Ну и… метафизика всякая. Но о том, сам понимаешь, просвещать меня никто не спешил.

— То-то ты мне таким чуждым показался, — нервно хихикнул Джокер, — я ведь сперва не понял своего интереса к тебе. Думал даже сперва, что того… запал.

— Тьфу на тебя!

— Да сам себя оплевал поначалу, ха-ха!

Снова выпили…

— А здесь… снова задание? Ты же говорил, что мелкая сошка, стажёр-недоучка.

— Если бы… — настроение стремительно портится, вспомнились родные, которых никогда больше не увижу, — если бы… Ваш мир… умер, а меня вот каким-то чудом в прошлое вышвырнуло. В прошлое вашего мира. И насколько я знаю, он теперь отдельно болтается, как оторванный от дерева листок. Уже обречённый, но ещё зелёный.

— Выпьем, — похоронным тоном сказал Лесли. Молча чокнулись и выпили. — И теперь из всех агентов Патруля, способных изменить ситуацию, в нашей Реальности остался только ты? М-мать…

Глава 22

Смерть Шпеера не вызвала шума. Если какие-то подозрения и возникли, то экипаж предпочёл оставить их при себе. Несчастный ли это случай, или пассажир из второго класса ненароком позарился на чужое… бог весть. Опрашивать пассажиров первого класса не стали, да и каких-то объявлений не делали.

А вот мне остаток плаванья дался тяжело. Не душевные терзания… упаси боже! Всё время казалось, что я мог что-то упустить: оставить отпечатки пальцев на вещах убитого, не заметить свидетеля и прочее в том же духе.

До самого Гавра[103] казалось, что вот-вот подойдут ко мне молчаливые плечистые парни из службы безопасности лайнера и попросят пройти… Или получу письмо от анонима, с требованием кругленькой суммы и каких-то неприемлемых условий.

Несколько сглаживал ситуацию роман с Ловисой. Обоим ясно, что всё закончится, как только мы сойдём на берег… но здесь и сейчас мы наслаждались каждой минуткой наедине. Я всё больше уверялся, что шведка не фрекен, а фру[104], очень уж стереглась она посторонних.

Любовницей она оказалась не слишком опытной, но нежной и страстной, охотно пробующей новенькое. Мелькала даже мысль, что не отказался бы продолжить отношения, но… заведённый было разговор на эту тему закончился прижатым к моим губам тонким пальчиком. Больше на эту тему мы не говорили.

— Жаль, — мелькала иногда мысль, — пусть она и старше на несколько лет, но чудо как хороша!

— Прости, — сказала она в последнюю ночь, — ты мне очень понравился, я сама не ожидала, что вот так в… Контракт, прости.

Заселившись в гостинице, машинально взял лежащую на журнальном столике газету — жест вежливости от руководства гостиницы. С первой полосы на меня смотрела Ловиса.