Василий Панфилов – Хороший день для зомби-апокалипсиса (страница 49)
— Слава! — кричу в телефон, — Отправляй своих гоблов по домам и дуй ко мне!
Проговариваю свои координаты — благо, разошлись мы не так уж далеко. Территория Военного Городка невелика, а мы благоразумно не вклинивались в глубину. Так… ножки помочили на чужой территории. По щиколотку.
Пару минут спустя Слава подполз ко мне и тут же перекинулся в нага, вопросительно уставившись немигающими глазами с вертикальным значком.
— Пирог, — отвечаю коротко, — Чудо на него наткнулась, будем вытаскивать.
Его согласия не спрашиваю, тему мы обсуждали много раз и всё давно обговорено. Даже если Слава не питает к Серёге таких уж тёплых чувств, чтобы рисковать шкурой ради спасения бывшего командира, есть ещё такая штука, как взаимовыручка и вклад в будущее. Отряд, члены которого стараются вытаскивать друг друга из любой жопы, априори крепче и надёжней классических наёмников, собирающихся вместе только ради денег.
— Нужное дело, — одобрительно кивнул рептилоид, опираясь на алебарду, а я в очередной раз пообещал себе уточнить — куда же она девается при обороте… — а гоблов зачем отпустил?
— Толку от них, — ксенофобски морщусь, на что Слава вскидывается было, приподнявшись на змеином хвосте к самому потолку, и тут же почти опадает вниз, проявляя на морде задумчивость.
— Хм…
— Вот и я о том же, — киваю многозначительно, хотя решительно не понимаю ход мыслей рептилоида, логика которого не раз и не два ставила меня в тупик ещё во время бытия прапором. Но…
… кажется, всё-таки понял.
— Тоже заметил? — гляжу с прищуром на Славу, — Ушли, и башка стала работать нормально!
— Да-а… — медленно протянул он, — есть такое дело. Я думал, это просто стресс. Думаешь…
— Не будем спешить обвинять их в злокозненности, — перебиваю его, — скорее всего, просто фоновое воздействие их артефактов. Они же, сука, как ёлки новогодние! Шаманы, мать их, херовы!
— А нам по мозгам шарахнуло, — кивнул он мрачно, — Да-а… союзнички!
— Шарахнуло крепко, — соглашаюсь я, — тоже на стресс списывал. Ещё, сука, ксенофобия пробудилась… у меня-то!
— Естественная реакция психики на раздражитель, — с видом Зигмунда Фрейда закивал рептилоид, — фоновое воздействие и… понял, молчу!
— По Пирогу, — выдыхаю с шипеньем спускаемого колеса, пытаясь выпустить заодно весь негатив, будь то фоновый или собственный. Понятно, что артефактами гоблы увешались в том числе и ради фонового магического (или духовного, раз уж они шаманы) излучения, без которого они не смогли бы долго протянуть вне Локации.
А получилось как всегда… нехорошо получилось.
— По Пирогу, — повторяю ещё раз, собираясь с мыслями и открывая карту на планшете, — Милашка говорит, что он здесь.
— Он — там! — пикся тыкает пальцем в нужную сторону за окном, глядя на меня, как на душевнобольного. Вздохнув, обещаю себе объяснить им (по крайней мере — попытаться!) концепцию карты и…
… и снова вздыхаю. Объяснять, помимо карты, им нужно очень и очень многое. Удастся ли…
— Часовых беру на себя, — говорю с уверенностью, которую не испытываю и постукиваю пальцем по виску, — хоббитские способности разархивировались. Ну и помощь пиксей лишней не будет.
Слава кивает согласно, и хотя я вижу, как его одолевают сомнения, он оставляет их при себе. Несмотря на все испытания последних недель, «псами войны» назвать нас нельзя даже с большой натяжкой. Не хватает ни знаний, ни практического опыта, ни психологической подготовки.
… сердце колотится так, что подкатывает к самому горлу, давление разламывает голову в висках.
«Я невидим, — повторяю как мантру, — меня нет, я часть Военного Городка…»
Шаг за шагом иду у стеночки, старательно не глядя на попадающихся солдат и прапоров. Благо, в этой части Военного Городка их мало по очевидной причине, а гражданские сидят по домам, не высовывая носов.
Взгляды обтекают меня… или проходят насквозь, я не разобрался ещё толком, как работает хоббитянский отвод глаз. Знаю только, что штука эта многослойная и очень надёжная, недаром половинчики вполне успешно живут среди Верзил, и отнюдь не данниками! Так, по крайней мере, было в моём виртуальном детстве…
«После налёта авиации я ожидал больших разрушений» — мелькает в голове совершенно неуместная на этот момент мысль, и хотя я пытаюсь выкинуть её прочь, глаза начинают фиксировать все несоответствия. На стенах следы пуль и снарядов, мостовые и тротуары местами в ямах, но в общем и целом складывается ощущение, что это был не авиа-налёт, а скорее миномётный обстрел, притом не «Градом», а максимум 82-мм.
Нет, местами посильней, кое-где видны обрушившиеся стены домов, но в целом впечатление складывает такое, что налёт не слишком-то удался. Или я ничего не понимаю, и летуны не пытались разрушить инфраструктуру, а били и исключительно по бронетехнике и скоплению живой силы противника?
Ой, вряд ли… Как бы в таком случае комья земли и бетона долетали до нас, когда мы ещё находились метрах в двухстах от Военного Городка?
«Магия…» — и во рту становится кисло. Как-то это… неправильно, да! Правильно, это когда у нас есть пикси и прочие чудесатости, а противник должен быть страшен с виду, противен, вонюч и подл, но непременно легко побиваться!
Над некоторыми домами виднеется что-то вроде радужной плёнки, если приглядываться Истинным Зрением. Буквально на грани видимости, и я даже не уверен, что это мне не кажется. За последнее время насмотрелся на случаи самовнушения по самое горлышко, с лихвой! Так что…
— Ты-ы… — ударило меня в спину звуковой волной, и я развернулся, выставив перед собой невесть откуда взявшуюся совну. Бешено скалясь, ко мне шагнул седой эльф с полуторником, красиво прокручивая клинок одним запястьем.
В левой руке его появился странный конструкт, похожий немного на Кубик Рубика, грани которого сияют мягким светом. Миг… и конструкт начал разворачиваться, раскидывая солдат в стороны — так, будто в них на полном ходу врезался грузовик!
— Только ты и я… — выплюнул игрок, — не уйдёшь, недомерок! Тебе тогда повезло…
Конструкт тем временем разворачивался, окружая нас каким-то подобием силовых полей и ломая угол дома, попавшего под воздействие плетения. Страшно закричал молодой прапорщик, ноги которого вмяло в асфальт…
… но кричал он недолго. Пара секунд, и с хрустом лопнула коротко стриженная голова, а секундой позже от военного осталось только пятно на асфальте, равномерно размазанное на десяток метров в длину.
— Больна-а… — тоненько закричала Чудо, и я увидел, как её отбросило в сторону… не всю, ниже колен не осталось ничего, только окровавленные ошмётки плоти. Славка с неимоверной скоростью метнулся вперёд, подхватывая пикси, и сам отлетел в сторону — живым. А вот насколько целым…
Ещё секунда, и поле, окружающее нас с эльфом, будто сгустилось. Люди и нелюди за его пределами замедлились в десятки, а потом и в сотни, в тысячи раз. Всё ещё падает Слава с Чудом на руках, не отрывая горящих ненавистью глаз от седого эльфа, всё ещё сползает по стене безжизненной куклой молоденький срочник…
— В спину, — презрительно бросил эльф, снова крутанув полуторник одной рукой, — ты и тебе подобные можете бить только в спину. Ничтожество! Ты и подобные тебе не знаете Чести…
— … подлые существа, только и способные бить в спину!
«Повторяешься» — мрачно подумал я, стоя перед эльфом и ощущая себя гладиатором-новичком, которого на потеху публике выпустили с кухонным ножом против разъярённого льва.
Он выплёвывал пренебрежение и очень красиво крутил мечом, а я…
… готовился сдохнуть. Потому что это, сука, прокачанный игрок, а я — непись, который знает фехтование только по роликам на Ютубе и кривовато разархивированным записям виртуального детства кендера-полукровки в посёлке хоббитов.
Эльф снова крутанулся, как профессиональный ушуист на показательных выступлениях, и припав зачем-то на одно колено, обрушил на меня удар полуторника, а я…
… блокировал его. Судя по лёгкому удивлению эльфа — не должен был. В принципе.
Потом блокировал ещё раз, и снова, снова… Я ухожу из-под ударов скользящим шагом, мешая боксёрские умения и навыки, вбитые в деревенском ополчении. Ухожу потея, нервничая, в последний момент… но всё-таки ухожу. Руки потные, ноги дрожат, но я, сцука, даже не ранен!
Взмыв в воздух, игрок развернулся в красивом пируэте и обрушил удар меча на то место, где только что стоял я. Почти балетный разворот с перехватом меча и красиво развевающимися волосами, и некрасивое, но вполне действенное парирование клинка титановой трубой с моей стороны.
Меч проскрежетал по металлу, содрав часть изоленты, что вызвало у меня подспудное раздражение. Синяя, между прочим!
Я сам понимаю, что всё моё невеликое умение не идёт ни в какое сравнение с отточенным, филигранным мастерством игрока, но раз за разом лезвие клинка натыкается то на перекрестья арматурины, то на титановую трубу, то на несуразный клинок совны. Лязг, совсем не кинематографический скрежет, иногда искры…
Это всё неправильно. Так не должно быть. Я понимаю это, понимает противник… а через минуту субъективного времени я начал не просто парировать, а отвечать!
Выпад… эльф красиво заблокировал его, напрягая канаты тугих мышц… но я не стал ввязываться в силовую борьбу, а крутанув совну, заточенным концом крестовины-арматурины разодрал ему ладонь и отступил на несколько шагов. Не сильно разодрал… кажется. Но точно — болезненно, да и влажная от крови рукоять меча не способствует крепкому хвату.