Василий Панфилов – Эффект бабочки (страница 48)

— У нас это невозможно! — Уверенно отвечает студент, стукая кулаком по столу — слегка, — управленцы… Ааа! Действительно, нужно постараться, чтобы сперва довести народ до такого состояния, чтобы они в революцию ввязались, а потом ещё и не удержать власть! Тут согласен, а одежда при чём? С работой сейчас туго, даже коренным янки тяжеловато.

— Пф! Он же вроде как специалистом представился? Был бы хоть немного толковый, в университет пристроился. Нет, так в школу взяли бы преподавать — в глубинке любят таких — пусть хоть бестолочь совсем, но с учёной степенью! В колонии, наконец!

— У России нет колоний, — заученно произносит Треверс.

— У Дании тоже, — повожу плечами, — и что? Родители мои основали вполне успешную ферму и если бы не несчастный случай… Но всё равно они успели дать мне образование и воспитание. Я себя сделал!

— Согласен, — одобрительно кивает Эллиот. Он искренне уверен, что если вдруг что, то сумеет всплыть на самый верх не хуже меня, — а офицеров у них сколько? Чиновников бывших? В колониях таким были бы рады, так ведь нет, готовы хоть таксистами работать!

— Скорее — НЕ работать, — произношу брезгливо, после чего оба смеёмся удачной шутке.

Из библиотеки перекочевал в бар, замаскированный под чайную. Полоская рот бренди из чайной чашки (остро требовалось после произнесения речей в духе фашизма и социал-дарвинизма [137]), думал. Заработать деньги на Депрессии… не прощу себе, если не выйдет. Что я, хуже Аркадия Валерьевича?!

Как назло, в голову лезли схемы всё больше спекулятивного характера. Не хочу…

Выйдя из бара, глянул на моросящий дождик и натянул шляпу поглубже, подняв заодно воротник пальто. Засунув руки в карманы, медленно бреду, мыслей никаких… так, мелькают в голове образы непонятно чего.

— … ночлежка, — улавливаю разговор двух бедно одетых мужчин впереди меня, — клоповник настоящий. Бельё на койке грязное, клопы, вши…

— Выбора у бедняков нет, Джорджи, — смиренно ответил собеседник, — так-то понятно — я б тоже на чистой простыне, да за пару центов! Откуда только благодетель возьмётся, чтобы такую гостиницу построить!

— Хостел!

— Чего!? — Оборачиваются бродяги.

— Спасибо за идею, парни, — не скупясь, вытряхиваю из кошелька по двадцатке и даю вместе с визитками, — завтра придёте, найду вам работу!

Тридцать третья глава

Безработные мялись неподалёку от дома Зака с самого утра, держа визитки как щиты и нервно показывая их всем проходящим. Помылись где-то, почистились… серьёзные парни, не опустились. Молодые ещё, и тридцати нет. Но битые жизнью… ой как битые!

— Мистер, — нерешительно начал Джорджи, завидев меня на крыльце.

— Помню, как же. В дом, парни! Я как раз завтрак приготовил и что-то перестарался, помогите одолёть.

Нерешительно поглядывая друг на друга, мужчины вошли в дом, наткнувшись на зевающего Зака в халате.

— Твои друзья? — Ничуть не удивился он, — заходите.

— Давай на кухню, в столовую неохота тащить.

— Да я обычно там и ел, — отозвался Зак, зевая ещё раз, — горничную никак не могу найти, как ту черномазенькую за воровство уволил. То вертихвостка, у которой в глазах читается Хочу забеременеть от хозяина и подать на алименты, то суровая бабища, которую сам боюсь.

— А с рекомендациями?

— Да все с рекомендациями, — ответил тот с досадой, усаживая за стол на огромной кухне, — опять яичница?

— Ещё оладьи, — начинаю раскладывать по тарелкам, — нет у меня талантов к готовке! В отличии от тебя, к слову!

— Ты ж знаешь, я поздно встаю, — отмахнулся Зак, осторожно тыкая вилкой яичницу. Не то чтобы совсем не умею готовить… но не слишком хорошо, это точно. Да и привык всё больше к полуфабрикатам, к рецептам с тостером и микроволновкой.

— Я могу, — осторожно подал голос второй бродяга.

— Ты…

— Генри, Генри Морган, мистер.

— Громкая фамилия, — хохотнул Зак, просыпаясь потихонечку.

— К сожалению, только однофамильцы, — криво усмехнулся Генри, — я раньше на юге, в Джорджии, ресторанчик держал — маленький такой, семейный. А как народ начал разоряться, так и мне конец…

— Ресторан? — Оживился Зак, — ну-ка… кухня в твоём распоряжении! Южные блюда умеешь?

— Да, мистер…

— Закария Мартин. Ну так готовь, мы пока… — с сомнением оглядев оладья, — кофе попьём.

— А ты кем работал? — Спрашиваю у Джорджи, застеснявшегося от такого внимания и начавшего прятать за спиной большие, разбитые руки человека, тяжело работающего с самого детства.

— На все руки, мистер Ларсен — по мелочи всё умею, но в основном по строительной части. Сперва как подсобник начинал, значит… Потом водопроводчиком заделался, в электрике кое-что понимаю.

— Ну-ка, — Зак решительно поднял его со стула, — в ванной у меня…

— Считай, приняты на работу, — сообщаю крутящемуся на кухне Генри, у которого от такой новости аж руки задрожали, — я Зака знаю, он для себя всё уже решил. Мы в братство испытания проходим, так что надёжные люди на подстраховке нужны. Иначе, сам понимаешь, несладко придётся.

— Наслышан, мистер Ларсен, — выдохнув с нескрываемым облегчением, кивает Генри, что-то взбивая в глубокой миске, — привезти, отвести, что-то купить по-быстрому… и язык за зубами.

— Верно. Ну а потом пьянки-гулянки, уже как полноценные члены братства… здесь не горничные или суровые домоправительницы нужны, а крепкие мужики. Чтобы если что — вытурить излишне наглых гостей, да дотащить кого до такси. Так что на ближайшие пару лет работа вам обеспечена, а потом видно будет. Район наш интересный и если покажешь себя, без работы всяко не останешься.

Предсказание моё сбылось, парни остались при Заке на правах скорее вассалов, а не прислуги. Он будто даже повзрослел в одночасье, солидным стал…

Но Генри и правда хорошо готовит, а проблема с ванной решена. Поскольку семьями они ещё не обзавелись, жить будут здесь же, в полуподвале. При ненормированном рабочем графике так даже удобней. Не нужно тратить деньги на съём жилья, да и покатушки туда-сюда время отнимали бы. Жильё, конечно, не очень… ну так бесплатно!

В своё время довелось ночевать в десятках хостелов, а кое-где и подрабатывать. Европа, США, Канада, Индия, Юго-Восточная Азия… всё знакомо! Везде свои особенности, но есть и общие черты, которые требуется свести воедино и главное — приспособить к реалиям начала двадцатого века.

— Пылесосы? Не стоит — дорого пока, да и не слишком надёжны. В дешёвой гостинице такая техника не окупится. Ручками? Да, проще дать некоторым постояльцам оплатить свой постой работой, а не деньгами.

Потираю подбородок (бриться пора!) и вспоминаю реалии Великой Депрессии, озвученные Аркадием Валерьевичем и виденные в старых фильмах. Толпы людей на улицах, дети беспризорные…

— Уборщицы и горничные не нужны, — решительно вычёркиваю их из списка, — хотя может, одну оставить? Вроде как старшая, будет заодно присматривать за работающими постояльцами? Пожалуй.

Условия хостела получались жёстковатыми, любой правоверный коммунист обвинил бы меня в грабеже бедноты и был бы прав… и не прав одновременно. Дешёвых ночлежек полно, и всем давным-давно известно, что окупаемость у них крайне высока. Как в анекдоте — у бедных денег мало, зато бедных до хрена!

В пересчёте на метраж дешёвая ночлежка в несколько раз доходней пятизвёздочной гостиницы, если не считать вовсе уж помпезные отели. Не новы двухэтажные кровати, комнаты на десять-двадцать постояльцев.

А вот чистота и порядок, отсутствие воровства или сведенье его к статистическому минимуму — ново и непривычно. Отсутствие вшей, клопов… последние, к слову — настоящий бич в гостиницах США, даже самых престижных.

— Значит, дизайн помещений с минимум тканей и щелей, — бормочу вслух, — чтоб не прятались. Прачечная… да, при каждом хостеле непременно, для себя всё равно стирать придётся. Столовые…

Здесь серьёзно задумался — с одной стороны столовые Армии Спасения будут повсюду, с другой… а почему бы и нет? Возможность получить лишний цент.

Стыдно ли мне, что собираюсь зарабатывать на бедных? Не слишком, откровенно говоря. Дешёвые гостиницы-общаги с почти стерильной чистотой точно во благо. Меньше болезней, больше выживших.

Прибыль предполагается небольшой и огромной одновременно, порядка пяти, ну может десяти процентов… каждый день. Звучит чудовищно, но деньги нужны не только для расширения сети хостелов, но и как запас прочности. Пожары, вымогательства рэкетиров, взятки… проблем предвижу великое множество.

Нет никакой уверенности, что хостелы принесут мне прибыль. Вначале несомненно, а чуть погодя возникнут проблемы в виде мафии и прочей нечисти, ну и в финале наступит черёд финансистов. Не смогут они пройти мимо столь вкусного куска!

Развить сеть хостелов и заработать на этом, помочь беднякам во время Депрессии и… вовремя слить налаженный бизнес, продав его магнатам. Разыграю всё как по нотам — увеличу состояние минимум в три раза. Нет… не факт, что останусь хотя бы при своих.

В Нью-Йорке потихонечку разгорался новый виток мафиозных войн. После гибели Лански вместе с десятком влиятельных представителей еврейской мафии, позиции их сильно просели.

Гибель Лански дала неожиданный эффект — сместили Лаки Лучано. Он первый среди итальянцев пошёл на контакт с преступниками иных национальностей, этакий интернационалист от мафии. А раз идея провалилась, то вместе с ней провалился и инициатор.