Василий Панфилов – Дети Революции (страница 12)
– Земли так же осваиваются, куда более скоро, – возразил консул, – такая гонка не один десяток лет продлится. Да и политику никто не отменял – благоволение Российской Империи дорого нам, на одну только Францию полагаться опасно. Экономические реверансы подобного рода крепят российских граждан к Конфедерации лучше, чем гвоздями.
– Вы откровенны, консул, – Хлудов посмотрел Фокадану прямо в глаза.
– С дельцом-то? – Улыбнулся тот, – признанным лучшим в своём деле?
Промышленник молча кивнул, приняв ответ. В самом деле, юлить можно с отпрыском дворянского рода, решившим вложить выкупные деньги[70], пока окончательно не растратил. В таком разговоре без звонких фраз не обойтись, а здесь-то… два дельца встретились.
Встреча с Хлудовым и достигнутые предварительно договорённости оказались очень к месту. Герасим Иванович в среде московских промышленников имеет непререкаемый авторитет и если уж такой человек начал сотрудничать с КША, дело верное!
Хлудов проводил гостя взглядом, но сам уходить из трактира не спешил. Кузьма, зная привычки постоянного посетителя, молча сменил стол, обновив закуски.
– Вдовец, – пробормотал купец, – недурственно… хорошая партия может быть, очень хорошая… Небеден, связи опять же… но социалист! Мда…
Глава 8
Переписка с Александром Вторым стала для попаданца аналогом экстремального спорта. Подсказать что-то для развития России, но при этом не продемонстрировать слишком много странных знаний. Задача непростая, время от времени прорывалось что-нибудь этакое, потому ответы приходилось читать и перечитывать по многу раз, выискивая возможные ляпы.
Вторым слоем шла опаска переусердствовать с прогрессом. Российская Империя чудовищно отстала в техническом плане. Великобритания да Франция демонстрируют более-менее серьёзное отношение к делу. Россия же, увы, в отстающих. Вкупе с малым количеством квалифицированных рабочих, стартовать страна может резко, но технически развитые державы быстро догонят её и перегонят.
Алекс, как и большинство мужчин, тем паче из провинции, ещё до попадания неплохо разбирался в технике. Провести электропроводку, починить мопед, помочь соседу раскидать движок старого Москвича. Если припомнить всю технику, коей интересовался в школе и ВУЗе, да присоединить полученное инженерное образование, получается не так уж и мало.
Придумать какую-нибудь вундевафлю[71] выходцу из двадцать первого века в общем-то несложно. Да хоть Катюшу! Ракетное оружие, пусть и очень несовершенное, известно давно[72], велосипед изобретать не придётся. А толку-то? Украдут идею если не на стадии проектирования, так сразу после испытаний!
Фокадан согласился бы даже на ограничение свободы, шарашка[73] с высоким уровнем комфорта не виделась чем-то страшным. Если впереди маячит великая Цель, можно пойти на какие-то жертвы.
Вот только ни сам император, ни свора Великих Князей, ни придворные… никто не готов идти на жертвы – на жертвы должен идти народ. Слова Не жалей, бабы новых нарожают, воспринимались верхушкой как нечто естественное и неоспоримое.
Сперва в разговоре с императором и высшими чновниками, а затем и с письмах мелькало, что низы воспринимаются верхами как шахматные фигурки. Ошибся игрок? Ничего страшного, зато какая интересная партия! Мнение фигурок в расчёт не принималось, они должны быть счастливы от того, что высшие соизволили ими поиграть.
Любое отступление от привычной верхам позиции патриотического угара и готовности умирать по слову благородий и сиятельств, воспринималось как покушение на устои общества. Рабочий хочет каких-то элементарных прав и повышения зарплаты? Бунтовщик, однозначно! Из-за таких хамов погибнет Россия!
Ревнителей устоев при этом не смущало, что если бы они, ревнители, поумерили слегка аппетиты, то все просьбы низов можно выполнить. Крестьяне, вымирающие весной от голода и эпидемия туберкулёза среди рабочих – это естественный порядок вещей.
Александр всей своей политикой доказал, что он сторонник самодержавной власти и аристократии во власти. Наверное, в его системе координат иначе и нельзя. Вот только результат… попаданец всё больше склонялся к мысли, что девизом царствования Александра будет Благими намерениями[74].
Реформы проводятся неоднозначные, но в целом движутся в нужном направлении. Вот только попытка Александра реформировать общество, не реформируя систему власти, вызывает желание покрутить пальцем у виска.
Рвать жилы ради процветания кучки сволочей, засевших у вершины, совсем не то же самое, что ради процветания народа. Поэтому разговоры о шарашках и тому подобных вещах Фокадан не поднимал.
Чем дольше живёт в России, тем больше понимает, что идея Революции Сверху воспринята императором явно криво. С гражданином Романовым России не по пути.
Письмо императора раскладывалось на составляющие – что написал прямым текстом, да что хотел сказать в подтексте. Затем Алекс долго сидел, обдумывая строки и то, каким образом можно ответить на них безопасно для себя и полезно для государства.
– Ресурсы, – пробормотал попаданец, – где бы их ещё взять!? Донбасс разрабатывается вовсю, а прочее… ну скажу я, что Дальний Восток настоящая кладовая, толку-то? Разрабатывать тамошние вкусности начала только советская власть, хотя кое-какие месторождения открыли чуть не полвека до Революции. Людей где взять? Разработка самих месторождений, прокладка дорог, железная дорога, кормить всех надо… как?!
Походив немного по комнате и грызя кончик грифельного карандаша, Алекс немного успокоился и снова сел за письменный стол.
– Или всё-таки написать? Парочку месторождений на Дальнем Востоке, годных к разработке с помощью кайла и тачки точно назову, спасибо дядь Мише из третьей квартиры. Надо же… кто бы мог подумать, что буду с благодарностью вспоминать назойливого алкоголика, который любил рассказывать в подробностях, как он в молодости на Северах работал!
– Появится там добывающая промышленность, а там и производство подтянется, земледельцы. Глядишь, задавят на всякий случай соседнюю Японию, не допустят конкурента поблизости. Или наоборот? Развивать станут помаленьку, потому как трудовые ресурсы поблизости имеются. Проще ведь из Японии на Дальний Восток трудовой десант перебросить, чем из глубинки России мужиков тянуть.
– Помня переселение крестьян из Средней Полосы на Кавказ и сопутствующие потери как кавказских горцев, так и русских мужиков, и не знаешь, что хуже. Сколько там переселенцев в Сибирь вернулись обратно в той истории? Кажется, больше половины[75]? А это ведь уже начало двадцатого века, железных дорог побольше, Сибирь более-менее обжитая. И всё равно не прижились.
– Казалось бы – земли море, охотиться можно, рыбачить, на шахты наниматься… простор! Ан нет, не всё так просто – климат тяжёлый, другие условия земледелия, да чиновники, как водится, постарались[76]. М-мать… что так хреново, что этак…
Снова вскочив, Алекс начал грызть карандаш, но тут же с отвращением выплюнул.
– Дурацкая привычка… Для блага государства и крестьян, нужно максимально развивать европейскую часть страны. Много крестьян, которых можно вербовать в рабочие без переездов через пол материка, меньше социального напряжения вследствие этого. Промышленность рядом есть какая-никакая – опять-таки проще становится, да и плечо снабжения[77] короче, всё не через Сибирь тащить.
Стимуляция памяти помогла, из глубин всплыло название Курская магнитная аномалия и ряд подробностей – не слишком точных, порой даже сомнительных.
– Ну хоть что-то, – пробормотал Фокадан, принимаясь сочинять ответ. Если память его не подводила, то обнаружили курскую магнитную аномалию примерно в это время, может чуть позже[78].
Остальные разделы многостраничного письма столь же непросты, так что времени на ответы ушло немало. Благо, писал император не каждый день и даже не каждую неделю.
– Потом ещё и просматривать, – с тоской пробурчал Алекс, глядя на писанину, – не пропустил ли чего, не написал чего лишнего? Эх… немного утешает мысль, что мои советы хоть немного помогают, хотя бы реальных училищ стало побольше, вместо этих грёбаных гимназий. Это ведь с ума сойти можно, до семидесяти процентов предметов – латынь, греческий, иностранные языки и всяческая риторика[79]! Гуманитарии чёртовы… выходят потом недоучки, знающие ямбическое стихосложение и родственные связи богов Олимпа, вплоть до мельчайших, и ведь считают себя вершиной эволюции! При том, что в математике разбираются слабо, а из химии только формулу водки помнят!
– Ладно, хватит на сегодня, время поджимает.
Отложив в сторонку бумаги, а потом для верности заперев их в сейфе, Алекс начал одеваться, готовясь к свиданию. Задача сложная – нужно показать товар лицом и в то же время не переусердствовать.
Кучер уже ждал у дома, подготовив экипаж.
– Ты б почаще к бабам выбирался, барин, – с простоватой бесцеремонностью посоветовал кучер, трогая вожжи, – а то совсем заработался, не дело так.
Российская действительность имела свои особенности. Здешняя прислуга на редкость фамильярна с господами, категорически отказываясь вести себя как низшие в западном мире. Знать своё место.
Фамильярность как-то сочетается с мордобитием. Получить по физиономии от пьяного барина, наутро невнятные извинения и рубль, неловко сунутый похмельным хозяином… привычный сценарий.