Василий Никитенков – Проклятый вестник (страница 1)
Василий Никитенков
Проклятый вестник
Часть первая
Пролог
Туман опустился на землю, плотный и бесконечный, как забытый сон. Он скрывал деревню, словно покрывало из тёмной ваты, не давая свету пробиться даже к самым укромным углам.
Ветер зашептал сквозь гнилые ветви, его голос звучал не по-земному – словно древний язык, давно утраченный, но всё ещё способный заставить дрожать тех, кто осмелится слушать.
В глубине леса, где деревья стояли как молчаливые стражи, скрывался он – Проклятый Вестник. Тень без лица, пришедшая из бездны, питающаяся страхом и отчаянием.
Он не торопился. Его присутствие было подобно яду – медленному, неуловимому, проникающему в сердце и разум. Сначала – тихие шёпоты, сомнения, ночные кошмары. Затем – безумные поступки, кровь и разорванные души.
Когда последний луч света исчезнет, а души потеряют надежду, Вестник откроет дверь в мир, где царит вечная тьма.
И никто не услышит их криков.
Глава 1. Тень на пороге .
Алексей не хотел возвращаться. Не сейчас. Не сюда. Но судьба, как холодный ветровой порыв, втолкнула его обратно в ту самую точку, где всё сломалось – и где всё ещё таилось, не давая покоя.
Деревня, куда он вернулся, лежала в густом, словно живом, тумане. Он не был просто сырой и холодный – он будто пропитывался памятью. Словно сама земля заплакала здесь много лет назад и больше не переставала рыдать.
Машина еле шла по разбитой просёлочной дороге. Колёса то и дело срывались на кочки, глотая мелкие камни. Алексей наблюдал, как с обеих сторон тянутся полуразрушенные деревенские дома – облупившиеся стены, выбитые окна, крыши, покрытые мхом и опавшей листвой. Никого нет. Тишина.
Он вышел из машины и глубоко вдохнул. Воздух был плотным, прохладным и пахнул чем-то гниющим – старой древесиной, сыростью и забвением. Туман обволакивал его словно холодный, влажный платок, заставляя дрожать даже под толстым ватником.
По улице бродили тени – длинные, зыбкие и едва различимые в свете старых фонарей, которые давно не горели. Их движения были медленны и беззвучны, как если бы кто-то неуклонно следил из-за угла.
Алексей смотрел на дом, в котором вырос. Его дом стоял на самом краю деревни, как последний бастион забвения – полуразрушенный, с покосившейся крышей, двери с дранными наличниками и грязными, покрытыми пылью окнами, где отражалась не его тень, а что-то искажённое и чуждое.
Он шагнул к крыльцу, и деревянные доски под ногами скрипнули так, будто сами предупреждали – не входи. Но дверь открылась легко, словно кто-то ждал.
Внутри пахло пылью, плесенью и старой болью, впитавшейся в стены. Темнота была густой и вязкой, будто она жила своей жизнью. Алексей зажёг фонарик и медленно шагнул в комнату.
Сквозь тишину донёсся слабый шорох – как будто дыхание самого дома, или чей-то тихий вздох. В углу мелькнула тень – неясная, растянутая, без чётких очертаний.
Внезапно холодный ветер ворвался через разбитое окно, взъерошив занавески, и Алексей почувствовал на шее ледяное дыхание. Он обернулся – никого. Но ощущение присутствия не покидало.
Сердце забилось быстрее, в ушах зазвенело. В голове промелькнуло:
Дверь с глухим хлопком захлопнулась позади него.
Тень на пороге медленно скользнула внутрь, растворяясь в темноте.
Глава 2. Шепоты в ночи
Ночь опустилась на деревню не просто тёмным покрывалом – она казалась живой, плотной и густой, словно сама могла заглотить всё на своём пути. Алексей сидел у окна в своей старой комнате, где стены были облуплены, а пол покрыт толстым слоем пыли и паутины.
Снаружи туман клубился и стелился по земле, смешиваясь с мраком. Ветер, казалось, носил голоса – едва уловимые, но тревожные. Он слушал этот тихий, призрачный шёпот, и сердце сжималось от безысходности.
Внезапно из глубины улицы донёсся звук – шаги. Тихие, осторожные, но тяжёлые, словно кто-то бродил по камням и веткам, стараясь не издавать громких звуков. Алексей всмотрелся в туман, но никого не увидел.
– Кто там? – прохрипел он, голос звучал глухо и устало. Ответа не было. Только шёпоты ветра, которые начинали складываться в слова: «Вернись… вернись…»
Пытаясь избавиться от жуткого ощущения, он вышел на крыльцо. Холодный воздух обдал его лицо, и в ту же секунду какой-то лёгкий порыв, как будто чей-то дыхание, коснулся его шеи. Алексей резко обернулся – но пустота и туман были единственными свидетелями.
Он заметил, что фонарь на столбе перед домом мигает, и свет его превращается в рваные, непонятные тени. Казалось, что в этих тенях прячутся глаза – тёмные, бездонные, следящие за каждым движением.
Возвращаясь в дом, Алексей увидел в зеркале что-то – рваное отражение, не похожее на него самого. На миг ему показалось, что из зеркала смотрит чужое лицо без глаз, размытое и искривлённое. Он моргнул – и образ исчез.
В душе поселился холод, от которого невозможно было избавиться. Он сел обратно у окна и стал вслушиваться в шёпоты ночи, пытаясь понять, кто или что зовёт его – и зачем.
Ночь становилась длиннее, а голос – всё громче, перемешиваясь с его собственными мыслями, с сомнениями и страхами.
– Ты не уйдёшь, – шептал ветер. – Ты – часть этого…
И Алексей понимал, что слова эти – не просто ветер. Это приглашение в бездну, из которой нет возврата.
Глава 3. Паутина забвения
День был затянут густым туманом, и даже свет солнца казался приглушённым и холодным. Алексей медленно шёл по узкой тропинке, оглядываясь на каждый шорох. Казалось, сама земля вокруг дышит, и что-то невидимое тянет его глубже, в самое сердце деревни.
Из-за угла вынырнула хрупкая фигура женщины. Её глаза – светло-серые, как небо перед бурей – встретились с его взглядом. Она остановилась и внимательно посмотрела на него.
– Ты не из этих мест, – сказала она тихо, почти шёпотом.
– Я вернулся домой, – ответил Алексей, чувствуя, как в груди сжимается тревога.
– Домом здесь давно уже трудно назвать, – усмехнулась она, но её глаза остались серьёзными. – Ты не понимаешь, в какую ловушку попал.
Алексей нахмурился:
– Что за ловушка? Ты кто?
Женщина шагнула ближе, заговорила с низким напряжённым голосом:
– Меня зовут Мария. Я храню то, что другие забыли. Здесь… – она огляделась вокруг, словно опасаясь быть услышанной, – обитает нечто древнее и злое. Его зовут Проклятый Вестник.
– Проклятый Вестник? – переспросил Алексей, не отводя взгляда.
– Да. Это не просто призрак или дух. Это тьма, которая пожирает души, шаг за шагом, словно паук плетёт свою сеть.
Он почувствовал, как холод пробежал по спине.
– Почему ты мне это говоришь?
Мария посмотрела ему прямо в глаза:
– Потому что ты – следующий. Он уже ищет тебя.
Алексей резко вдохнул:
– Ты хочешь сказать, что я под угрозой?
– Не просто под угрозой. Он пытается войти в твой разум, запутать тебя в страхах и сомнениях. Если он возьмёт тебя под контроль – всё будет кончено.
Она достала из-под плаща небольшой амулет – круг из переплетённых веток с вырезанными символами.
– Это поможет удержать его на расстоянии, – объяснила она, протягивая предмет. – Но саму паутину забвения придётся распутывать тебе самому.
Алексей взял амулет, чувствуя тяжесть не только в руке, но и в душе.
– Что мне делать?
Мария опустила голос почти до шёпота:
– Сначала перестань бояться. Страх – его пища. Если хочешь выжить, нужно научиться видеть то, что скрыто, и слышать то, что не произносится вслух.
Он взглянул в её глаза и почувствовал, что слова эти – не просто предупреждение, а последний шанс.
– Я не знаю, смогу ли…
– Никто не знает, пока не попробует, – ответила она. – Ты уже вплетён в эту паутину, Алексей. Теперь выбор за тобой.
В этот момент лёгкий порыв ветра донёс до них тонкий, едва слышный шёпот.
– Вернись… – произнёс он будто из самой тьмы.