Everybody runs to Moscow, Moscow, dear
In electric train and shout,
«Have you taken carrots out?»
«Yes, I have them clean and clear»
like in autumn crimson bright,
like in winter pure white,
like in summer and in spring
demi-seasonfling!
«Вчера, в день последний лета…»
Вчера, в день последний лета,
У ручья в овраге
Я видел конец света.
Там, где сияет Лавра
Золотом самоварным —
Сергиево-Посадским.
Овраг засадили безликим,
У Лавры украли пейзаж —
И вместо ажурной базилики
Окна пустые, мусор, метраж.
Может, это ненадолго?
Может, это на полчаса?
О, люди, откройте глаза!
О, где же моя отрадная
Лавра, церковь надвратная?
Растёт гора отвратная!
Вставай, страна огромная,
Огромная страна!
«Last day of summer, yesterday…»
Last day of summer, yesterday,
In the gully near the spring
I saw a doomsday
Near the laura that shines and sings,
With gold fake but clear,
Near Moscow, near.
The gully has no scenery now,
Laura seems so faceless and lonely.
Instead of delicate basilica here grow
Junk and empty windows only.
Maybe it is not for long?
Maybe for half an hour and it’s all?
People, open your eyes, I call!
Where are you now, laura,
Will I see the church that I know?
The mountains of junk still growing!
Arise, the country, for more,
Great country you are!
«Я спросил айтишника на досуге…»
Я спросил айтишника на досуге:
«Скажи, айтишник, хочешь,
Покажу тебе кареты,
Золотые россыпи,
Алмазы, все сокровища
Дворцов и галерей?»
Ничего айтишник не ответил.
«Не мешай», – лишь тихо буркнул.
«Ну, а всё же, —
Я не унимался, —
Хочешь, жизнь твою
Я поменяю?
Покажу тебе дворцы с царевной,
Яства, море и одежды,
Ну, и неземную красоту?»
«Погоди, отстань, —
Сказал айтишник, —
Только уровень пройду…» 
