Василий Митрохин – Дело не в трубке (страница 2)

– Конечно, – кивнул инспектор.

Я повернулся ко все еще молча стоявшему позади меня Мэду Хэттеру и произнес:

– Мистер Хэттер, нам нужно поговорить.

– Что-то случилось, мистер Кинтсли? – сразу же спросил Мэд, будто только и ждал, когда наконец на него обратят внимание.

– Ничего страшного, Мэд, – покачал я головой и, взяв его под локоть, отвел в сторону. – Как мне кажется, мистер Хейа не рассказал вам цели моего визита в Вулидж…

– Нет, он просто намекнул, что вы можете мне рассказать, когда будут деньги, если, конечно, я буду вам полезен.

– Даже так? Мне жаль, но я ничего не могу вам сказать насчет денег сейчас, мистер Хэттер…

– Так что все-таки произошло? У вас какие-то неприятности, мистер Кинтсли? – спросил Мэд.

– С чего вы взяли, позвольте узнать?

– Ну как же, Миллард был какой-то заполошный, и здесь, на верфи, полно полиции. Я человек, может, и недостаточно умный, но все же видеть не разучился. Да и вы, мистер Кинтсли, прошу прощения, ведете себя довольно странно…

– Что ж, – вздохнул я и достал из внутреннего кармана сюртука чековую книжку, – напомните, сколько я вам должен, мистер Хэттер?

– Мистер Кинтсли! – возмущенно воскликнул Мэд. – Какие деньги? У вас неприятности, а вы о деньгах! Лучше скажите, чем я могу вам помочь? Хотите, я позову наших, и мы быстро уберем всех бобби от вашей шхуны, да и с верфи?

– Я буду вам очень признателен, мистер Хэттер, если вы меня подождете в ландо, – слегка дрогнувшим голосом ответил я. Меня сильно тронули слова моего боцмана, приятно было осознавать, что мои люди служат мне не только ради денег.

– Хорошо. Но если все-таки решитесь, только скажите, – улыбнулся Мэд и, что-то фальшиво насвистывая, пошел в сторону выхода с верфей.

Я же вернулся к инспектору.

– Теперь вы мне можете все объяснить? – попросил я.

– Если бы я хоть что-то понимал сам… – неожиданно произнес инспектор Лестрейд.

Довольно долго, по крайней мере так мне показалось, я молчал, пытаясь понять последнюю фразу инспектора Лестрейда, и очнулся только после того, как он заговорил вновь.

– Мистер Кинтсли, мне очень неприятно это признавать, но на данный момент я бессилен. И сейчас мне, а не вам требуются разъяснения случившегося, – вздохнул он. – Чтобы вы поняли, думаю, нам стоит все-таки подняться на палубу.

– Конечно, я уже давно хочу это сделать! – поддержал я его предложение.

– Принесите, – остановил он за локоть проходящего мимо полицейского. Спустя всего несколько секунд ему передали в руки ведро.

– Надеюсь, оно вам не пригодится, – произнес Лестрейд в ответ на мой недоуменный взгляд. – Пойдемте!

Проследовав за ним, я поднялся по шаткому трапу на верхнюю палубу «Чудо» и замер.

– Что… Что это там, на шкафуте? – едва не сорвавшись на крик, воскликнул я, схватив инспектора Лестрейда за плечо и встряхнув.

– Вот про это я и хотел с вами поговорить, – произнес инспектор, мягко убирая мою руку с его плеча. – Пойдемте, – повторил он. И сам первый пошел вперед.

Ноздри наполнил тяжёлый запах. Я замедлил шаг. Шкафут был весь залит кровью. Она приковывала взгляд. Черное пятно, от которого веяло холодом. С трудом сглотнув и на мгновение прикрыв глаза, я остановился рядом с застывшим у грот-мачты инспектором Лестрейдом. Он с довольно бледным лицом озирался вокруг. Не удивлюсь, что я выглядел не лучше, если даже повидавшему всякое детективу Скотланд-Ярда было сложно совладать с собой.

Я осмотрелся по сторонам и вздрогнул. В нескольких футах от меня лежали отсеченная голова и рука, вырванная по плечо с белеющим суставом, усыпанные лепестками роз.

Александр Хампти. Или все, что от него осталось. Кто-то несомненно безумный отделил его конечности от туловища и раскидал их по палубе, украсив этот жуткий натюрморт белыми розами и аккуратно сложенными в круг кишками моего бедного боцмана.

– Что здесь произошло? – выдохнул я.

– Как мне ни жаль, но я не имею малейшего понятия, – повернулся ко мне инспектор Лестрейд. – На первый взгляд это очень похоже на ритуальное убийство.

– Ритуальное? – удивленно переспросил я.

– На текущий момент это пока основная версия, – покачал головой инспектор.

– Если есть основная, то есть и другие, не так ли? – спросил я.

– Да. Но в наших интересах я не могу вам их рассказать, – поморщился инспектор Лестрейд. По всей видимости, наш разговор перешел в неприятное для него русло.

– Что вы хотите этим сказать? – я сам не понял как, но мой голос приобрел суровые нотки.

– Думаю, вы и сами все прекрасно поняли, мистер Кинтсли, – ответил инспектор Лестрейд. – Вы – подозреваемый.

– Что? Какая глупость! Зачем мне убивать Хампти? – воскликнул я.

– Вы будете удивлены, мистер Кинтсли, но тому есть несколько причин, – произнес чей-то голос позади меня.

Я обернулся. Рядом со мной и инспектором Лестрейдом стоял молодой человек, одетый во все серое. Его уверенный взгляд безо всякого отвращения рассматривал страшную, тошнотворную картину на шкафуте.

– Мистер Холмс? – воскликнул инспектор Лестрейд, удивленно уставившись на этого молодого человека. – Как вы здесь оказались?

– Пришел, – кратко ответил тот, а потом, к нашему удивлению, спокойно ступил в огромную лужу крови, нагнулся и макнул в нее пальцы руки.

– Что вы делаете? – воскликнул я, с трудом сдерживая тошноту.

– Изучаю, – этот молодой человек был на удивление краток.

– Мистер Холмс, это место преступления! – инспектор Лестрейд был вне себя от злости. – Я требую, чтобы вы покинули его незамедлительно!

– Не соглашусь с вами, – покачал головой в ответ мистер Холмс. А потом поднес свою руку, измазанную в крови, к лицу и старательно обнюхал. А также, как мне показалось, даже лизнул.

– Господи… – простонал я. Меня тошнило. Но хоть ведро, которое прихватил с собой инспектор Лестрейд, было при нем, я не позволил себе выхватить его у него и поделиться с ним своим еще не конца переварившимся завтраком.

Мистер Холмс удивленно посмотрел в мою сторону, а потом, рывком поднявшись на ноги, шагнул ко мне.

– На самом деле кровь… Интересно, – произнес он, остановившись рядом с останками Хампти.

– Мистер Холмс… – медленно произнес я, уже догадываясь, что он хочет сделать.

В ответ тот, как я и предполагал, нагнулся и поднял с палубы руку Хампти, после чего подошел ко мне.

– Взгляните, мистер Кинтсли, – произнес он, нисколько не обращая внимания ни на возмущение инспектора Лестрейда, ни на мой оторопевший вид и демонстрируя мне руку Хампти.

Я не выдержал, и меня стошнило прямо на палубу.

– Мистер Холмс, я требую, чтобы вы покинули место преступления! – вновь воскликнул инспектор Лестрейд.

– Это не место преступления, инспектор, – сказал мистер Холмс.

– Как это? – удивленным тоном спросил инспектор Лестрейд.

Мистер Холмс подал мне платок и неожиданно улыбнулся:

– Мистер Кинтсли, вы неплохо держитесь, – произнес он.

– Благодарю, – кивнул я, вытерев подбородок. – Вы позволите, если я присоединюсь к недоумению инспектора Лестрейда. Я тоже не могу понять, почему для вас вот это, – я указал на залитый кровью шкафут, – не преступление…

– Доказательство тому перед вами, – ответил мистер Холмс.

– Рука? – давя рвотные позывы, воскликнул я.

– Могу вам принести и голову, – пожал плечами мистер Холмс, после чего повернулся к инспектору Лестрейду. – Как я понял, вы не удосужились осмотреть останки до приезда мистера Кинтсли?

– Да, – кивнул инспектор Лестрейд.

– Это и было вашей ошибкой, инспектор, – усмехнулся мистер Холмс. – Если бы вы это сделали…

– Не смейте указывать, мистер Холмс, что мне делать, – воскликнул инспектор Лестрейд. – Если вам удалось несколько раз помочь Скотланд-Ярду, то это не значит, что вы смеете указывать…

– Я понял вас, инспектор, – спокойным тоном оборвал его отповедь мистер Холмс. – Но мне кажется, что мистер Кинтсли тоже хочет что-то сказать. А в данном случае общение с ним будет больше информативным.