Василий Мельник – Твари морские (страница 52)

Иван Доу откинулся на лавке, посмотрел в сторону и вздохнул.

– Я не слишком сведущ в медицине, но мертвецов повидал изрядно. Отравленного от задушенного как-нибудь отличу.

– Так он что, убил их?! – изумился Рогов. – Ирландку и капитана? На кой черт ему это сдалось?

– Хотел выйти из игры. Думал, сумеет забрать камни и спрятаться от синдиката, пока они будут резать меня на куски, – спокойно ответил Иван. – Все уши об этом прожужжал – сбежим да сбежим. Полагал, что Эйрин сможет меня удержать, и убил ее. И Энрике до кучи — иначе не смог бы присоединиться к нам после смерти Тонго. Синдикат начал бы резать меня, когда поймал бы, Крис был моим наемным работником и синдикату в принципе был без надобности. Постоянно ныл, что неплохо было бы кинуть гангстеров и удрать с камушками…

– И ты решил отомстить за ирландку?

– В том числе, наверное… – отстраненно пожал плечами Доу. – Я с ней спал. Это ничего не значит, конечно, просто ненавижу, когда другой мальчик ломает мои игрушки. – Он сплюнул. – У Криса была мечта: дом в горах, спокойная жизнь, лыжи. А когда начинают убивать ради мечты, уже не останавливаются. – Иван жалобно оскалился. – Никто не останавливается. Рано или поздно он избавился бы и от меня тоже. Не было никакой необходимости душить Эйрин. Он мог просто соврать о ее смерти. Мог, но не стал. Впрочем, если бы он оставил ее тут живой, в беспомощном состоянии, ей все равно пришел бы конец. Так что он с самого начала обрек ее в любом случае. – Доу помолчал, потом добавил: – Хотя знаешь… дело не только в этом. Не стоит нарушать правила игры, только и всего. Я больше не готов был ему доверять.

– У тебя есть правила? – удивился Влад.

Русский американец выдержал пристальный взгляд русского китайца.

– Есть. У всех должна быть грань, которую нельзя переступать. У меня есть правила, и у меня есть работа. Без правил и работы я никто. Иначе просто незачем жить. На стену полезу, сопьюсь или застрелюсь. Не хочу. – Торговец оружием тяжело вздохнул и спросил: – А ты? Как тебя-то угораздило продаться китайцам, русский черт?

– Пять поколений моих предков жили в Китае. Белоэмигранты. Русская краснозадая мразь, сделавшая мою семью беженцами с родной земли, всегда была для меня вомного раз ненавистнее азиатов, – холодно ответил Влад и направился на выход.

Иван его остановил:

– Так что насчет правового иммунитета?

– Ты его получишь. – Рогов насупился, вновь перейдя на китайский телеграфный стиль. — Словоофицера.

– А мои вещи?

Влад Рогов отдал распоряжение одному из стороживших арестанта матросов, и тот принес пластиковый пакет с изъятыми у Ивана вещами.

– Эй, здесь не все! – возмутился Доу, заглянув внутрь.

– Те дорогие безделушки, которыми ты набил карманы в апартаментах Маттесона, конфискованы и поступят в казну Народного Китая, – уведомил торговца оружием Влад Рогов и покинул трюм.

В сегодняшней реально опасной миссии люди уничтожили, пожалуй, не меньше своих сородичей, чем морские твари. И это совершенно не нравилось Владу Рогову, заставляя его чувствовать себя обманутым, причем совершенно непонятным образом.

В его отсутствие Иван Доу без спешки рассовал по карманам свои вещи, потом взял бумажник и осторожно оттянул пальцем отделение для мелочи, где среди банальных никелевых юаней затесалось несколько монет из коллекции покойного Маттесона.

Никто из китайцев заглянуть сюда, разумеется, не догадался. А если и заглянул, то не придал увиденному значения.

А зря. Серебряный доллар тысяча восемьсот четвертого года, несколько золотых дублонов, редкий пятицентовик с головой статуи Свободы – пусть стоимость их и не могла сравниться с грузом бриллиантов, но пара миллионов стартового капитала выступят серьезным подспорьем, когда придет время возобновлять бизнес.

Бросать торговлю оружием Иван не собирался. Он нисколько не лукавил, говоря, что живет исключительно работой…

Влад Рогов, Эль Капитано

Два патрульных катера, китайский и российский, замерли друг напротив друга посреди залитого водой Нью-Йорка.

Влад Рогов выбрался на палубу, встал возле станкового пулемета. Прищурившись, посмотрел на бывших противников, которые стояли на другой палубе в двух десятках метров от него: увидев соотечественников Эль Капитано, они тут же сдались им вместе с бриллиантами. Китайский разведчик не испытывал к ним ненависти, хотя мог погибнуть по их милости. Но теперь охота закончена, и закончена в его пользу. Можно расслабиться и проявить великодушие, даже простить им уведенные из-под носа камешки: размен отличный. Опытный разведчик не имеет права поддаваться эмоциям. Да и не в камешках суть, в конце концов.

Противники, если судить по безмятежным лицам, тоже не держали на него зла. Игра есть игра, бессмысленно закатывать истерики, обдернувшись на мизере. Камешков им тоже не видать как своих ушей, теперь бриллианты – собственность Российской Федерации, которая уже не выпустит их из своих шипастых клешней. Эль Капитано и его криминальный гарем хорошо держали болезненный удар по самолюбию, и Рогов, распираемый честью пяти поколений белых офицеров в роду, не смог удержаться от того, чтобы не вскинуть два пальца к верхней брови, салютуя достойным соперникам.

Эль Капитано салютовать в ответ не стал. И, видимо, не потому, что смертельно обиделся. Ну да, Влад неоднократно слышал русскую поговорку «К пустой голове руку не прикладывают». Оскорбительно звучащая военная присказка означала всего лишь, что без головного убора честь в советской, а позднее российской армии отдавать не принято, и этой присказке даже всерьез учили в китайской разведшколе – безусловно, было бы чудовищно нелепо проколоться во время ответственного задания на подобной чепухе.

Когда русский катер завел двигатель и начал уходить в направлении Нью-Джерси, Матвеев все-таки поприветствовал коллегу-аквалангиста, но по-другому: поднял над головой двумя пальцами какую-то мелкую вещицу и приветливо помахал ею в направлении китайского разведчика.

Пробившийся через сплошные тучи одинокий солнечный луч блеснул на ее металлическом корпусе, и похолодевший Рогов понял, что это флешка.

– Цзяньчжан, – сквозь зубы процедил он. – Найдите мне ноутбук. Живо! Да шевелите же задницей!..

Китайскому капитану явно не понравилось столь бесцеремонное обращение, да еще в присутствии его непосредственных подчиненных. Однако дисциплина и почтение к вышестоящему офицеру была впитана им с молоком матери. Ноутбук нашелся молниеносно; Влад дрожащими руками вытащил флеш-карту с бесценными научными материалами из нагрудного кармана и вставил ее в USB-разъем.

На флешке вместо презентаций и доков обнаружилось множество звуковых файлов. Рогов несколько мгновений тупо разглядывал их, не понимая, что происходит, а потом ткнул курсором в первый, и над акваторией разнеслась бодрая латиноамериканская гитарная музыка.

Это была композиция «Nah neh nah» группы «Vaya Con Dios».

Будучи по происхождению русским, Влад не мог не оценить, с каким дивным лингвистическим сарказмом судьба назвала эту песню.

Он вырвал флешку из гнезда и одним движением разломил ее пополам по шву. Это удалось ему безо всякого труда: как выяснилось, та уже была один раз вскрыта, а потом слеплена снова жеваной никотиновой резинкой. Той самой, которую Рогов не так давно лично дал Эль Капитано по его просьбе.

– Разверните катер! – истошно закричал Влад. – Цзяньчжан! Преследуйте русских! У них материалы чрезвычайной государственной важности!..

Капитан китайского патруля молча смотрел на него, не двигаясь с места.

– Простите, чжунсяо, – проронил он наконец, – вы хотите, чтобы мы атаковали русских?

– Дзиба! – в сердцах выматерился Рогов. – Ванбадань! Да, нам надо немедленно атаковать русских и забрать материалы!

– Это будет вооруженный конфликт, чжунсяо, – рассудительно качнул головой капитан-цзяньчжан. – У нас нет полномочий развязывать военные конфликты с союзниками без санкции командования.

– У вас есть предписание всячески способствовать офицерам разведки Генштаба!..

– Если угодно сяньшэну, я немедленно свяжусь по этому поводу с нашим штабом в Калифорнии.

– Нет времени! – огрызнулся Влад. – Цзяньчжан, полнотой власти, дарованной мне Народным Китаем, я отстраняю вас от командования катером и занимаю ваше место на мостике! – Тяжело дыша, Рогов обвел диким взглядом притихших матросов. – Патруль, слушай мою команду…

– Сожалею, чжунсяо, – перебил его цзяньчжан, – но на боевом корабле, который находится в открытом море, за всё отвечает капитан-цзяньчжан. У вас и вашего ведомства нет полномочий отстранить меня до тех пор, пока мы не вернемся в порт, иначе это мятеж, который я буду подавлять с использованием имеющегося огнестрельного оружия. – Цзяньчжан аккуратно строил фразы так, словно объяснял очевидное несмышленышу или непонятливому европейскому лаоваю. – Я готов отстаивать свою позицию перед военным трибуналом. Русские вооружены лучше нас, и у них где-то неподалеку боевой вертолет. Это будет самоубийственная атака. Прошу вас, возьмите себя в руки. Иначе мы спровоцируем кровавый конфликт с союзником ценой наших жизней и безо всякой надежды на победу.

– Ванбадань, – устало пробормотал Рогов, из которого словно разом выпустили воздух. Проклятый Капитано его все-таки переиграл. Русские, разумеется, обыщут его, но укрыть от них флешку для него будет гораздо проще, чем чемодан с бриллиантами. Но ничего, китайская разведка непременно возьмет эту сволочь за жабры в Нью-Джерси или в Лас-Вегасе, когда чертов громила попытается сбыть информацию серьезным игрокам… А вдруг тот успеет скопировать или уничтожить драгоценные данные?.. – Дзиба пигуфака… Хотя бы не теряйте их из виду!