Василий Мельник – Твари морские (страница 21)

Наемники кисло переглянулись. Идея пересечь затопленные территории посредством судна на воздушной подушке энтузиазма у них не вызвала.

- Мы ведь опережаем наших конкурентов, да? – вполголоса поинтересовался Иван у Луиса.

- Не уверен, - хмыкнул тот. – Теперь все будет зависеть только от нас. Но мы взяли хороший темп. Пошли разбирать оружие! – позвал всех Луис и зашагал к темноволосому курчавому парню в рабочем комбинезоне, караулившему выставленные прямо на обочину деревянные ящики. Парень был крепким и плечистым, с оружием обращался уверенно и, как отметил Иван Доу, с гангстером поздоровался за руку.

Этого человека торговец оружием видел впервые, зато прекрасно знал двух стоявших поодаль ямайцев – мощного сложения чернокожих громил с автоматами. Блэк и Браун, костоломы на подхвате у синдиката.

Первым на раздачу подошел Кристиан Липке. В дополнение к своей винтовке SR-25 и привычному «глоку» он получил боекомплект, шлем, разгрузку и бронежилет со спасательными надувными вставками. Остальным достались китайские автоматы NAR-10 под разрывные патроны 7.62х51 и реплики от «Норинко», кольта девятнадцать-одиннадцать сорок пятого калибра. Да еще Луис Тонго вооружился автоматическим гранатометом LG-6 с барабанным магазином на пятнадцать сорокамиллиметровых гранат. В руках громилы массивное оружие размерами совершенно не поражало.

Гангстер забрал запасные магазины и упаковки осколочно-фугасных зарядов и начал рассовывать их по карманам рюкзака и подсумкам. Влад Рогов проследил за ним заинтересованным взглядом и пошел получать снаряжение сам. Помимо стандартного набора ему выдали непривычного вида автомат со странно широким магазином. Еще три таких же остались лежать в ящике.

– Иван, видел когда-нибудь такое вот? – Аквалангист повернулся к торговцу оружием и продемонстрировал патрон с гильзой обычного размера и тонкой пулей дюймов шесть длиной.

– Для подводной стрельбы, – определил Доу. – Китайский?

– QBS-06, – подтвердил Рогов. – Доводилось сталкиваться?

– Первый раз вижу, – соврал Иван, не став уточнять, что именно он и продал партию этих автоматов синдикату.

Сам Доу вместо NAR-10 взял китайский же автоматический дробовик двенадцатого калибра с коллиматорным прицелом, барабанный магазин к нему на двадцать патронов и пять штук десятизарядных. Боекомплект весил едва ли многим меньше зарядов к гранатомету Тонго, и торговец с обреченным вздохом принялся набивать магазины и втыкать пластиковые гильзы в гнезда бандольеры.

– Двенадцатый калибр? – фыркнул Рогов. – Серьезно?

Иван покосился на него, но все же снизошел до объяснений:

– Я не собираюсь воевать с миротворцами, а против тварей на короткой дистанции дробовик куда эффективней. – Он вытащил один из патронов и продемонстрировал его на ладони аквалангисту. – FRAG-12, осколочно-фугасный. Дорогой, сволочь, но контора платит.

Влад только покачал головой. Этот разговор велся по-русски, и у Ивана возникло неприятное чувство, будто аквалангист проверяет его в чем-то непонятном. Да ну на фиг, чепуха какая.

Рабочие спустили катер с транспортной платформы, забрались на него и установили на вертлюгу в задней части единый пулемет М249. У врезанной в крышу со стороны носа кольцевой турели они провозились несравненно дольше: там смонтировали трехствольный крупнокалиберный пулемет GAU-19.

– Серьезный подход к делу, – пробормотал Влад, когда между пулеметными установками на крыше закрепили немалых размеров БПЛА с пятью несущими винтами.

Сразу после этого бронетранспортер пропустил вперед автомобили и пристроился в конец колонны. Наемники и экипаж судна на воздушной подушке остались на дороге одни.

– Подходим на инструктаж! – созвал всех Луис Тонго и представил экипаж: – Энрике, наш капитан, Оскар – пулеметчик, Лора – оператор сонара и беспилотника.

Сходство между невысоким пузатым дядькой, молодым крепышом в рабочем комбинезоне и черноволосой девушкой обнаруживалось невооруженным взглядом. Похоже, у них тут был семейный подряд.

Капитан оглядел наемников, указал на кабину катера, в бронированные стенки которой были врезаны бойницы из пуленепробиваемого стекла, и заявил:

– Ола, амигос! Предупреждать сразу: кто палить в воду, сразу вылетать за борт! Мьерда! Бойницы для гранадас. Кидать строго по командас! Энтендер? И вообще стараться ничего без командас не делать! – Он обвел строгим взглядом экипаж и продолжил: – Вам интересно, почему не стрелять. Отвечать! Высокоимпульсные пули, попадать в воду, разрушаться почти сразу. Вреда тварям не причинять, но случайный рикошет наделать много бед, де косас малас. Ясно?

– А двенадцатый калибр? – приподнял ружье Иван.

– Быстро терять силу, поражать цель на метр – полтора максимо. Проще кидать гранадас. Но! Повторять! Ничего не делать без командас! Наш катер фиабле, запас ход четыреста миль, раза в два больше, чем нам надо. Поэтому единственно, что может быть проблема – это бестолковость пасажерос.

– А твари? – спросила Эйрин.

– Твари могут наделать очень много малас, – хмыкнул Энрике. – Муй малас. Хуже всего заболоченный участок, это около пятнадцати миль. Там у тварей ходидо…

– Размножение, – безразлично подсказал Оскар.

– Размножение, – согласился на цензурный английский вариант Энрике, – и потому они атаковать всех подряд. На чистая вода и в город их меньше.

– Каковы шансы наткнуться на военных? – уточнил Рогов.

– Мало. Поко-поко, – неохотно ответил капитан и зашагал к катеру. – Бьенвенидос! Добро пожаловать на борт, трипуласьон!

Внутри оказалось достаточно просторно, а кресла стояли не как в пассажирском транспорте, а развернутыми к бойницам. Капитанское место с обычным автомобильным рулем было оборудовано в носовой части, там же располагалось навигационное оборудование и экран выключенного пока сонара.

У бортов, в проходах и даже под сиденьями, громоздились гранатные ящики, короба с лентами для крупнокалиберного пулемета, пластиковые контейнеры с глубинными бомбами и даже емкости с напалмом. А в одном из боксов Иван Доу, к немалому своему удивлению, опознал упаковку самого настоящего «стингера». После этого вид пары российских «шмелей», засунутых под соседнее кресло, как-то даже особо не поразил. Синдикат подошел к организации экспедиции со свойственным ему размахом.

Влад Рогов кинул свои вещи на сиденье и отправился проверять подводное оборудование. Он еще возился с баллонами, когда вновь заговорил капитан:

– И самое главное: не паниковать! Катер буэно защищен и преодолевать волны до шести футов высотой. Крейсерская скорость пятьдесят миль в час, большинство тварей нас просто не догнать. И это не считая электрических разрядников и бронированного стекла…

Раздался шум моторов, катер вздрогнул и приподнялся с баллонов.

– Кон диос! – выдохнул капитан, и судно, медленно набирая ход, соскользнуло с дороги на заболоченную обочину.

Глава 10

Эль Капитано

Старый военный катер бывшей береговой охраны США аккуратно скользил в густом предутреннем тумане. Китайский водометный движитель, установленный на нем уже после начала Атлантических событий вместо обычного мотора с винтом, работал почти бесшумно, нарушая тишину лишь едва уловимым гудением и слабым плеском.

Безусловно, для местных контрабандистов, у которых был арендован катер, водомет являлся жизненно необходимой штукой. Он не только работал гораздо тише винтового двигателя, что уже само по себе было важно в запретной зоне. Но с его помощью еще можно было преодолевать плотные участки водной растительности и даже узкие полоски суши, что рано или поздно непременно привело бы к повреждению традиционного корабельного винта.

Стоя у штормового леера, ограничивавшего верхнюю палубу с крупнокалиберным станковым пулеметом, Эль Капитано Федор Матвеев задумчиво пожевывал тлеющую сигару – подарок от Папаши Пака – и, прищурившись, пытался разглядеть в темноте открывающуюся перед ним панораму одного из величайших городов Земли, не так давно по историческим меркам провалившегося в морскую пучину.

Если бы в Нью-Йорке, как в каком-нибудь курортном карибском или средиземноморском городке, было запрещено строительство выше второго этажа, едва ли Матвееву удалось бы разглядеть в волнах хоть что-нибудь. Однако величественным небоскребам, хоть и потрепанным сейсмическими ударами, было наплевать и на десяток метров, на которые погрузилась в океан их тектоническая плита, и на плотный туман. Исполинскими сюрреалистическими рифами они темнели на горизонте, вырастая прямо из мутной холодной воды. Справа по курсу, задрав вверх руку подобно останкам огромных портовых кранов на другом берегу Ист-ривер, темным пятном мрака маячила вдали Статуя Свободы.

Эль Капитано поежился. В Нью-Йорке в это время года определенно было гораздо свежее, чем в южном Лас-Вегасе. Тем более в Нью-Йорке, полностью залитом водой. Туманы осенью и зимой и так были здесь обычным явлением, а теперь белесая мгла над стылой акваторией вообще стала неотъемлемой частью пейзажа местной запретной зоны, как в XIX веке в Лондоне.

Матвеев, правда, читал вроде бы, что знаменитые лондонские туманы были просто угольной дымкой, ибо в то время все в Англии топили углем, и сотни тысяч печей создавали в тогдашней столице мира настоящий смог. Когда с угля местные жители перешли на мазут и газ, знаменитые туманы в столице Британии быстро развеялись.