Василий Мельник – Однажды в Чернобыле (страница 36)

Клещ медленно шагнул вперед и поднял автомат Бизона. Изломы с недобрым интересом наблюдали за ним.

– Не делай этого, брат, – предостерег Стрелок.

Клещ не обратил на него никакого внимания. Глаза у него были безумные. Какие-то твари только что у него на глазах разорвали его людей, а он ничего не смог предпринять.

В последние два дня самолюбие главаря темных получило слишком много размашистых пощечин. И батю Клеща наконец прорвало.

– Опусти пушку, дурак! – гаркнул Стрелок.

Клещ резко вскинул автомат, но выстрелить не успел. Два смазанных вихря метнулись к нему, и в зловещей тишине раздался хруст костей.

– Ну, что у вас там? – донесся с лестницы недовольный, чертовски знакомый голос.

– Уже все, папочка. – Малышка детскими движениями стряхивала кровь с пальцев. – Можешь заходить!

Под тяжелыми армейскими ботинками захрустела бетонная крошка, и из клубов оседающей пыли в дверной проем шагнули две высокие человеческие фигуры.

Я узнал их сразу. Трудно не узнать того, с кем столько лет почти каждый вечер выпивал в баре «Шти».

В дверях стоял Патогеныч собственной персоной. А рядом с ним дружелюбно щурился хороший человек Борода, ныне, как всем известно, покойный.

Глава 18

Патогеныч-два

У меня в очередной раз за сегодняшний день мозг едва не закипел от нереальности происходящего.

Бороду мы оставили тогда возле колеса обозрения – я отчетливо помнил, как, обернувшись, увидел его обугленный труп, по которому плясали крошечные молнии остаточных разрядов. В голове у меня тут же сложилась ужасная логическая цепочка: изломы копируют тех, кого сожрали, – «папочка, заходи!» – это что же, выходит, перед нами главный излом, сожравший труп Бороды?!

Однако изломы никогда не ходят стаями; они жуткие индивидуалисты и ведут смертельные бои с конкурентами за свои охотничьи угодья. Ни разу не слышал о семейке изломов.

И кроме того, рядом с Бородой стоял Патогеныч, которого уж точно никто пока не сожрал.

– Оп-паньки… – севшим голосом прохрипел за спиной мой приятель, подтверждая, что он жив-здоров, а в дверях стоит его двойник.

Губы лже-Патогеныча раздвинулась в хорошо знакомой мне ехидной усмешке.

– Надо же, – негромко проговорил он, – и там тоже я. Прямо как в анекдоте…

Лже-Борода не обратил на нас никакого внимания. Он был одет приблизительно так же, как и Стрелок, и в руках у него была аналогичная пушка, а еще кобура устрашающих размеров на правом бедре.

– Меченый, – мягко, но непреклонно произнес он, – на выход. Скоренько.

Стрелок молча и угрюмо смотрел на него.

Из-за стойки выглянул Муха со здоровенным фингалом под глазом, рядом со мной шевелился Гусь, а на другом конце помещения пытался встать на четвереньки Енот. Ну, хвала Черному Сталкеру, ни один из наших не погиб в этой мясорубке.

Я поднялся с пола и медленно выпрямился, держась за стену. В голове отвратительно гудело.

– Нам начать убивать присутствующих по одному или просто попросить изломов вывести тебя под руки? – вежливо уточнил псевдо-Борода.

Стрелок молча двинулся к ним. Лже-Патогеныч шагнул ему навстречу и подхватил с пола его гаубицу. Квази-Борода быстро обыскал «папашу», забрав у него рюкзак, пробойник, пояс с генератором сферы Смидовича и еще какие-то мелочи, на мой взгляд, никак не способные служить оружием, но кто ж его знает.

– Это твоя девка? – поинтересовался Не-Борода, закончив обыск и пристально глядя на Дину.

– На кой черт нам девка? – возмутился лже-Патогеныч. – Всё, взяли Эдика, и на выход!

– Босс потребует полный отчет. Надо будет восстановить всю картину произошедшего. Да и вообще пригодится – психологическое давление на Эдика оказывать…

– С чего ты взял-то, что это его девка?

– Ты фото у Эдика над столом видел? – Борода в этой компании явно был за старшего, и он уже принял решение. – Так, девочка, иди сюда, пока мы не начали резать твоего папашу на куски.

– Послушай, ты! – взревел я, обхватив Динку за плечи. – Оставь ее в покое!

– Жених? – заинтересовался фальшивый Борода. – Тоже пригодится. Иди сюда вместе с девочкой, жених.

– Вот этого еще возьми. – Копия Патогеныча решительно ткнула пальцем в оригинал.

– Слушай, сейчас не до игрушек! – возмутился Борода-два. – Как мы потащим такую ораву через Зону?

– Страсть как любопытно потолковать с самим собой, – пояснил псевдо-Патогеныч. – А потом отпустим. А?

– Ладно, пес с тобой. Ты, ты и ты. – Лже-Борода по очереди ткнул пальцем в вышеназванных. – На выход. И пошустрее, мясо, у нас мало времени.

– Пошел ты в дупу! – рявкнул я. – Никуда мы с вами не пойдем!

– Аленушка, – равнодушно проговорил псевдо-Борода, – проводи, пожалуйста.

Изломы беспокойно зашевелились, вразвалку двинулись в нашу сторону. «Вольные» за столом подались назад, встревожено глядя на приближающихся чудовищ с детскими лицами.

– А вот, кстати, и маячок, – благодушно обратился тем временем Не-Борода к лже-Патогенычу. Про себя я решил звать его Борода-два, а квази-Патогеныча – Патогеныч-два. Для порядку, чтобы не смешивать с оригиналами. – Я же говорил тебе, что липа? Повесил на лоха… А ты: «Вытаскивай, вытаскивай!» Торопыга…

– Проиграл, – обреченно кивнул Патогеныч-два. – Признаю`. Простава за мной.

Оба больше не обращали на нас абсолютно никакого внимания, словно в помещении кроме них и Стрелка никого не осталось.

Тонкие пальчики излома обхватили мою кисть. Если бы это была настоящая девочка, я мог бы сломать их одним оборотом запястья. Вот только мне показалось, что в руку мне впились стальные клещи.

– Пойдем, дяденька, – серьезно сказал мне крошечный излом.

Сосредоточенно пыхтя, Аленушка двинулась к выходу, и я, невзирая на все сопротивление, поехал по полу следом за ней. Наверное, это было комичное зрелище – здоровенный дядька, которого тащит за собой шестилетняя пигалица.

Только никто, конечно, не засмеялся.

Чудовищная девочка проволокла меня по лестнице наверх. Под нашими ногами прогрохотала выбитая бронированная дверь, действительно покореженная и выгнутая, словно по ней лупили паровым молотом.

И еще на ней были следы огромных когтей – когти эти явно принадлежали не изломам, и я сообразил, что монстера тоже здесь, просто гигантская тварь не сумела протиснуться на слишком узкую для нее лестницу. Однако ни одна из монстер не способна поцарапать стальной лист. Похоже, нежелание Стрелка воевать с этими адскими созданиями имело под собой очень серьезные основания.

Теперь становилось понятным и его поведение после того, как мы покинули сферу Смидовича. Сначала, обнаружив кровожадную Аленку, он решил, что она провалилась в другой мир следом за ним. Естественно, он попытался просто убежать от нее, раз уж воевать с изломом из параллельной реальности себе дороже.

Потом он увидел мальчика с монстерой и, понимая, что случайно встретившиеся твари не могут так трогательно дружить, сообразил, что все они, скорее всего, работают в команде. А раз так, то они, вероятно, целенаправленно заброшены сюда на его поиски.

Тогда он решил отсидеться в баре у темных и, может быть, действительно отсиделся бы – самостоятельно твари все-таки могли внутрь и не пробиться, а темные, к вечеру вернувшиеся к своей штаб-квартире, наверняка нашли бы способ уничтожить распоясавшихся гостей. Договорились бы с военсталами, например, чтобы те сбросили ко входу в их бар пару глубоковакуумных бомб. Нет таких вещей, о которых невозможно договориться с военными за деньги.

Но внезапно выяснилось, что невероятные изломы и потрясающая монстера прибыли сюда не одни. Хозяева тварей, вооруженные передовыми достижениями науки о Зоне, мгновенно вскрыли дверь нашего убежища и впустили чудовищ внутрь. Вот она, дверь – не выбита, не сорвана с петель, а аккуратно вырезана из стены словно огромным круговым стеклорезом вместе с металлическими косяками и болтающимися на запорных штырях огромными кусками бетона, так что излом выволок меня наружу не через прямоугольный дверной проем, а через круглый, вдвое шире прежнего.

И понятно теперь, почему изломы в баре просто расшвыряли нас, убив только темных. Хозяева велели брать пленников живыми, потому что среди них могли оказаться нужные им люди. И изломы, безошибочно распознав всех членов нашей группы по запаху, который привел их к дверям бара «Сталкер», не только никого из нас не убили, но даже не покалечили.

Огромная монстера действительно оказалась наверху, она тут же кинулась к девочке, чтобы та ее погладила. Следом за нами в пустом дверном проеме появился мальчик в драной ветровке – он вытащил наружу вырывающегося Патогеныча.

Стрелок угрюмо, но спокойно вышел сам – похоже, он понимал, что сопротивление абсолютно бесполезно, и предпочитал не дергаться по пустякам. Если уж поймал нокаут, то, как завещал тот страус, лежи и не дергайся, приятель, набирайся сил.

Следом Патогеныч-два вывел Динку, придерживая ее за предплечье. Я рванулся как сумасшедший, но девочка Аленушка с такой силой сдавила мне руку в своих стальных тисках, что затрещали кости, а в глазах у меня потемнело от нестерпимой боли.

Борода-два выбрался из подвала через пару минут, небрежно закинув свою гаубицу на плечо. Остановился перед Стрелком, посмотрел ему в глаза. Лениво проговорил:

– Ты все неплохо рассчитал, Меченый. Молодец. Всегда был смышленым. Только одну деталь упустил: у Нестандарта имелся дублирующий контур системы. А ты думал, такие важные вещи создаются в одном экземпляре, чтобы в случае неудачи пятилетняя работа запросто могла погореть к чертовой матери? Нет, так серьезные дела не делаются. Казенное оборудование ты, конечно, попортил, но доктор сумел оперативно восстановить систему. – Озабоченно сдвинув брови, он посмотрел на свой ПДА. – Времени у нас мало, брат, надо возвращаться. Мы прокололи грань между мирами приблизительно там же, где и ты. Оттуда Нестандарт нас и заберет через четыре часа. Доктор страшно недоволен и мечтает поговорить с тобой по душам насчет того беспорядка, что ты учинил у него в лаборатории.