Василий Маханенко – Хроники Тириса. Книга 4 (страница 22)
— Сам не мог вытащить? — недовольно пробурчал Вальтер.
— Снимай бронь с гостиницы и отправляй «Серебряную волну» обратно, — приказал я. — Пусть Аурелис думает, что мы покинули планету.
Вальтер уставился на меня, как на заговорившего ксорхианца. Даже жаль, что шлем не позволял увидеть его глаза. Уверен, там было много чего написано.
— Почему об этом подумал ты, а не я? — спросил Вальтер на полном серьёзе.
— Ты делай, — приказал я. — Страдать будем потом. Когда вернёмся домой.
Вальтер начал что-то быстро набирать на планшете, делая всё, чтобы официально мы покинули эту планету. Багаж из гостиницы будет доставлен на «Серебряную волну», после чего корабль, не дожидаясь нашего возвращения, доставит груз в ИВА. Идеальный план!
— Что с этими двумя? — Вальтер кивнул на парня и девушку.
— Забираем с собой, — решил я. — Раз они имеют доступ в секретную лабораторию, значит являются весьма ценным активом для Киронов. Можно торговаться.
— Они без брони, — заявил Тень-12. — Если ты уничтожишь обшивку лаборатории, давление и кислота их уничтожит.
— Значит им не повезёт, — пожал я плечами. — У меня нет к ним нежных чувств. Всё, хватит разговоров. Тени сами себя не спасут.
Возиться с дверьми мне было лень, поэтому я несколькими взмахами боевого меча заставил их рухнуть. Понеслась!
«Герани» рванули вперёд, уничтожая камеры. Лаборатория тут же вспыхнула красным светом и зубодробительно сиреной. Система безопасности была на высоте. Толстые перегородки из фазового сплава рухнули вниз, блокируя наш сектор от остальной лаборатории, но именно это мне и было нужно. Потому что теперь я мог начать ракетную атаку!
Лаборатория заметно дрогнула — четыре синхронных взрыва превратили обшивку в исковерканный металл. Планета словно только этого момента и ждала, ринувшись устанавливать свои порядки внутрь пробитого корпуса. Под огромным давлением металл рвался, словно бумага. Камеры боевых дронов показывали жуткую картину безумия, которое творилось за пределами лаборатории. И сейчас это безумие ринулось на базу.
— Вперёд! — приказал я. — Скала — пленники на тебе.
— Принял! — ответил Вальтер, закидывая на свою летающую платформу два тела. Никаких вопросов или возражений. Есть приказ — его нужно исполнять. Остальное потом.
«Можешь передавать Ласку данные о камерах и сканерах?», — спросил я у Эхо.
В ответ раздался тяжёлый вздох, который говорил о многом. Эхо не только не мог передавать данные другой матрице, он её до сих пор не научился видеть! Ласка для него просто не существовало!
«Ладно, тогда я сам», — заявил я. — «Делай подсветку».
Рядом с зелёной линией, ведущей нас в глубины лаборатории, начали появляться восклицательные знаки. Я понимал, что это прямое указание местным системам защиты о нашем пути, но и оставлять камеры права у меня не было. Противник не должен иметь визуальный контакт с нами. Пусть действуют вслепую!
«Герани» продолжали создавать хаос, выпуская весь доступный им арсенал ракет. Лаборатория вздрагивала каждый раз, когда очередная ракета врезалась в корпус или перегородку, открывая моим летающим помощникам новый путь. И в этот путь тут же влетал раскалённый кислотный воздух планеты.
Лететь по заблокированной лаборатории оказалось довольно приятно. Все гермозатворы уже были заблокированы, но против боевого меча предтеч у них не было ни единого шанса устоять. Правда, несколько раз пришлось останавливаться, чтобы залить гермосоставом наших костюмов проход. Как показывал Эхо, мои боевые дроны вошли во вкус, уничтожая лабораторию с самозабвением настоящего маньяка. И существовал ненулевой шанс того, что несколько перегородок не выдержит давления внешней среды и их сорвёт. И тогда кислотный раскалённый воздух ринется за нами, пробивая себе дорогу в сердце лаборатории. Так-то я не против, но мне вначале следовало вытащить Теней из плена, а потом здесь всё уничтожать. Главное не перепутать последовательность.
Десять минут? Вечность в нашем случае!
Лестница, коридор, гермодверь, новая лестница. Мы двигались вперёд с такой скоростью, что становилось даже страшно за местную охрану. Несколько раз натыкались на запертых техников или стражников. Тень-12 не мешкал ни секунды, отправляя всех на вечный заслуженный отдых. Сейчас было уже не до сантиментов.
Наконец, перед нами возникла последняя дверь. Она была значительно массивней остальных. Настоящее творение блокировки. Чистейший фазовый сплав с какими-то усилениями. Никто и ничто не имел права пройти через эту дверь.
Не стал и я. Зачем, когда рядом с дверью находится хоть и монолитная, но вполне себе обычная стена? Боевой меч закончил чертить огромный круг и Тень-12 мощным ударом ноги выбил кусок стены внутрь, тут же ринувшись следом. Появились красные вспышки лучевой винтовки, и тюремная зона лаборатории Киронов была зачищена.
«Нужна Лирэн», — приказал я, обращаясь к Эхо. Её биосигнатура была в памяти Эхо, так что он без малейших проблем определил, в какой камере находится командир «Теней». Вот только стоило нам пролететь через дыру в стене, как всё оказалось не столь очевидным, как раньше.
Это были не камеры для заключённых. Это были прозрачные индивидуальные боксы для подопытных крыс. И в качестве подопытных крыс здесь выступали люди.
Лирэн лежала в каком-то механизме, похожим на исследовательский аппарат, через который меня когда-то прогонял Арис Соларион. К ней были подключены многочисленные трубки, по которым бежала не кровь. По ним бежал тонкой струйкой белый туман. Он исчезал где-то в недрах этой лаборатории, где обрабатывался и сразу поступал в дело.
Командир «Теней» была без сознания. Она дышала, её сердце работало, но на творящийся в лаборатории хаос она не реагировала.
— Что это за грувачья хрень? — спросила Зорина, уставившись на аппаратуру и трубки, выходящие из всех людей. — Что эти киронские уроды здесь устроили⁈
— Превратили «Теней» в доноров, — ответил Вальтер. Судя по его голосу, он думал о том, чтобы выйти из великого дома Кирон прямо сейчас. Связывать себя с теми, кто творит подобное, Вальтер не хотел.
— Ксорх, подойди, — послышался голос Тени-12.
Оторвавшись от Лирэн, я подошёл к Тени-12. Тот стоял рядом с боксом, внутри которого сидело безумное существо. Когда-то это определённо был человек, но эксперименты Киронов превратили его в безумца. В данный момент он занимался тем, что пытался пробить головой стену. Она была мягкой, но безумца это не останавливало. Для него это была цель всей его текущей жизни. Но самое ужасное заключалось не в его поведении. Кожа подопытного отслаивалась, словно старая чёрная бумага. Человек гнил заживо, но это его не волновало. У него была цель проломить головой стену, и он старался изо всех сил это выполнить.
— Матрица не может адаптироваться и ищет выход, — пояснил Тень-12. — Такое бывает, когда она вживляется тем, у кого нет даже капли крови Соларионов. Это уже труп, хоть он и ещё дышит.
— Вытаскиваем Лирэн, — приказал я, стараясь побороть отвращение. Думать, что делать с жертвами нечеловеческих экспериментов, будем потом.
Кнопок отключения или аварийных рычагов Кироны не предусмотрели. Если Лирэн и можно было как-то отключить стандартным способом, то о нём знали только убитые Тенью-12 местные живодёры. Так что пришлось действовать по старинке, проверенным дедовским способом. Боевой меч разрубил аппаратуру и все трубки, выходящие из Лирэн. Аппарат коротко взвыл, потом замолчал. Где-то в глубине системы загорелся аварийный сигнал, но в общем хоре сирен он был уже бесполезен.
— Тень, вытаскивай её, — приказал я.
Мужчина аккуратно, словно это самая большая ценность в этом мире, вытащил Лирэн из аппарата, предварительно вырвав из неё все вживлённые иглы. Кровь почти не шла, и это мне не понравилось. У живых людей, какая бы там ни была матрица, кровь обычно идёт.
— Давай ей лошадиную дозу стимуляторов, — приказал я. Тень-12 кивнул и, стоило ему прислонить медблок к Лирэн, как тот запищал, принявшись работать. Несколько инъекций и, наконец, командир «Теней» открыла глаза. Правда, сделала она это катастрофически медленно, словно на это ушли все её силы. И в привычно металлических глазах Лирэн не было былого блеска.
Тем не менее её взгляд сосредоточился на мне. Визор закрывал моё лицо, так что узнать меня Лирэн не могла. Эхо подтвердил, что камер в лаборатории уже нет, так что я снял шлем, вдохнув пыльный воздух некогда стерильной лаборатории. Кусок выломанной стены устроил тут настоящий хаос, заполонив пылью всё, что только можно.
— Кс… орх, — в мутных глазах мелькнуло узнавание. — Ты… снова… пришёл.
Видимо, на эту короткую фразу Лирэн потратила все свои силы, так как глаза закатились, и она лишилась сознания. Нет, дорогуша, так дело не пойдёт!
— Тень, неси её за мной! — приказал я и полетел к боксу, в котором похожее на человека существо всё ещё пыталось пробить головой стену. На нас оно внимания не обращало.
— Клади и отходи, — приказал я, показав на грязную кушетку. Вновь никаких возражений или сомнений. Тень-12 действовал как идеальный исполнитель.