Василий Лазарев – Закат 1 (страница 10)

— Кстати, можешь посмотреть мою руку? — спросил Мамонтов. — Я тебе еды дам.

— Ну давай коли так. Пожрать то я люблю!

— Огнестрельная рана, — Сергей закатал рукав форменной рубашки.

— Да уж вижу. Болит? Гноится она начала, рана твоя. Кто же так замотал то тебя неумело, — покачал головой Валера.

— Я, — покраснела Наташа. — Нам некогда было, мы убегали.

— Из части? Ты их там потравила что ли? Ах, да, ты же репортёр, забыл, — радуясь собственной шутке Валера начал что-то напевать себе под нос.

— Что вы издеваетесь? — вскипела Наташа. — Не понимаешь ни черта, так и скажи. — Наташа согнулась в три погибели и выбежала в сени к умывальнику с ведром. Оттуда донёсся звук рвоты.

— Знаешь, солдатик, чем заканчиваются такие раны? Ампутацией обычно. У тебя суток двое было, после чего начнётся заражение крови, а там может и вообще копыта откинешь. Эта зараза очень быстро распространяется. Повезло тебе, что меня встретил. Здесь со мной после бомбёжки одно дело приключилось. Кому рассказать, не поверят.

— Так что с раной? — испугался за руку Мамонт. Он сидел, сжимал и разжимал пальцы. — Болит!

— Сейчас расскажу, и вылечу тебя. Не гони, — Валера прикрыл рану грязной тряпкой и продолжил. — Так вот самая ближняя к нам ракета попала в Одинцово. Свет яркий такой, шум, гам, ударная волна. Я почему-то представлял, что будет сильнее. Однако нет, остановилась она и не дошла до нас толком. Так-то крыши кое-где посрывало. И тут на посёлок облако молочного цвета опускается. Везде ветер воет, деревья гнутся, а оно знай себе опускается словно по ниточке. И аккурат накрыло мой домик и соседний. Только он пустой, уже давно под снос стоит. Оттуда и выселили всех. Так вот на меня значит. Я сижу ни жив ни мёртв. И тут меня словно током пронзило. У меня же экзема была давно, всё никак вывести не мог, а тут раз и как рукой сняло. Часа два назад случилось сие событие! Даже ещё не развеялось, кое-где по углам туман стелется. Видишь? — он показал на молочную пелену, покрывшую доски пола под столом.

— Странно…, — протянул Мамонт. — И что теперь?

— А теперь вот что! Посмотри на свою руку, — фельдшер убрал тряпку, и Сергей увидел совершенно целую руку. Даже и намёка на рану не было. Повернув её, он посмотрел с другой стороны и присвистнул.

— Как же так? Так не бывает! — восхищённо рассматривал руку молодой человек. — Я видел огнестрельные раны, но, чтобы такое!

— А! Что я говорю! — возликовал Валера. — Сам в шоке! Мне теперь стоит дотронуться рукой до больного и пожелать и всё само проходит. Это всё от ракеты той. Что-то такое случилось, облако я видел воочию, и оно мне не приснилось. Да ты и сам видишь туман.

— Как же ты узнаёшь, что на улице делается, если всё заколотил?

— У меня на все стороны наблюдательные пункты есть. Бинокли в стенах, а на чердаке стереоскопическая труба стоит! Военный один подогнал, наверное, из той части откуда вы сбежали.

— Спасибо тебе, Валера. Бери что хочешь, я пойду гляну Наташу, — Мамонт поднялся и вышел в сени. Рядом с умывальником сидела на полу Наташа, расставив ноги. Платье задралось, и она тупо смотрела куда-то в пол. — С тобой всё нормально? Это от спирта? Чего ты молчишь? Валера! С Наташей плохо.

На крик прибежал растрёпанный фельдшер с шоколадкой в одной руке и зажжённой свечой в другой. Приблизив свечу, они увидели бледную Наташу. Она ещё не потеряла сознание, но была близка к этому и ни черта не соображала и только мычала. На полу под ней растекалась огромная лужа крови.

— Ай, беда, — всполошился Валера. — Кровотечение у неё. Держи свечку повыше и положи её на пол ровнее.

Мамонт сам сел на холодный пол и пристроил голову Наташи на свои колени. Свечку он поднял как можно выше. Весь подол платья был густо пропитан кровью. На полу также её натекло немерено. Валера согнулся над девушкой и приложил две окровавленные ладони к её паху и затих. Мамонт смотрел на эту сюрреалистическую картину и не верил своим глазам. Вдруг спасёт? Ему же фельдшер заживил рану, тем более загноившуюся. Почти за три минуты, здесь вопрос сложнее. Мамонт понимал это и держал свечку как можно выше, как сказал Валера. Он уже не обращал внимание на горячий воск, капающий ему на пальцы и как мог, молил всех богов, чтобы девушка выжила. Да, возможно не лучший образчик человечества, хотя и красивая, стерва. А он ведь Наташе не врал, когда сказал, что хотел её спасти. Так оно и было, причём без задней мысли. Ирину ведь тоже вёл за собой. Если честно Мамонт не хотел связываться с Наташей. Она красивая, но такие редко становятся хорошими жёнами. Таких приходится всю жизнь отбивать от поклонников. Ведь к ней каждый второй будет липнуть. На таких не женятся, а приятно проводят время и уходят по-английски.

— Кажись остановил, — Валера поднял голову. Очки, перемотанные изолентой, упали на деревянный пол в кровь. Её натекло очень много, может литра два, но полтора точно, а это уже предел, из-за которого не возвращаются без переливания недостающей крови. — Сейчас она очнётся и есть захочет. Пойду сготовлю что-нибудь горяченького, а ты вот ей шоколадку дай. Ей полезно будет.

— Что с ней случилось то? — спросил Мамонт.

— Выкидыш и кровотечение. А ты не знал? — уставился на Мамонта, перепачканный кровью Валера, вот они какие маньяки подумал Серёга, вглядываясь в подслеповатое лицо, поросшее недельной щетиной в свете свечи.

— Я с ней вчера только познакомился в части. Она правда корреспондент, приехала как раз перед самой войной.

— И то верно. Война это была. Кто победил? Никто не победил, — сам задал вопрос, сам ответил. — Помыть бы её. Пойду воду согрею.

Валера исчез в комнате. Мамонтов осторожно поставил свечку на умывальник и зачем-то погладил Наташу по волосам. Нет, он отогнал от себя видение Иркиного лица. Нет, за неё будем бороться.

— Ты всё-таки не дал мне умереть, Серёга? — тихо прошептала девушка. — Сволочь ты, всё же.

— На, пожуй, — он вложил ей плитку шоколада в руку.

— Спасибо. Что случилось со мной? Помню, как в ведро тошнило, а потом перед глазами круги и темнота.

— Ты помолчи пока, ешь лучше. Выкидыш у тебя был и сильное кровотечение. Ты знаешь, что Валера смог тебя одним прикосновением вылечить? — она с трудом помотала головой.

— Так не бывает, — потрескавшимися губами прошептала обессиленная Наташа.

— Ещё как бывает. Его сразу после бомбардировки каким-то облаком накрыло. Смотри! — Он взял свечку и посветил на руку. — Он мне рану начисто убрал!

— Мутация…

— Что? — не понял Мамонт.

— Способность к исцелению в результате мутации. Невероятно, так быстро развилась, — прошептала она потрескавшимися губами.

— А главное вовремя, — в дверях появился Валера с дымящейся кастрюлей в руках. — Вы это… сами тут в общем. А я пока пожрать сварганю. Держи воду и чистые тряпки. Всё потом на улицу выбросишь.

— О чём это он? — Наташа попробовала подняться, но не смогла и рухнула на колени Мамонту.

— Вымыться бы тебе надо и в дом идти. В тепло, а то простудишь окончательно всё.

— Мыться я люблю, но не смогу. Серёж…, — она просительно посмотрела на него.

— Банщик у вас тоже в штате был? — проворчал молодой человек.

— Дурак ты, ваше благородие. Не было банщика. Помоги платье снять.

— Охотно красавица. С таких царских особ я ещё платья не снимал.

— Вот ты злопамятный, поможешь, поцелую. Возможно, — она приподнялась немного и снова рухнула обессиленно.

— Уговорила, так и быть, — Мамонт достал нож и вспорол платье по всей длине, сейчас больше похожее на тряпку. В итоге после десятиминутной процедуры всё было закончено. Платьем от Кардена Мамонт собрал всю кровь и вообще удалил все следы операции. Простирнув её чудесный красный ажурный гарнитур, он надел его обратно. Наташа на самом деле потеряла очень много крови и ему приходилось её ворочать как безвольную куклу. Наконец всё было закончено. Он поднял её на руки и перенёс на диван, любезно застеленный клеёнкой. Валера уже держал наготове тёплое одеяло и заботливо укрыл Наташу. Мамонту же он вручил большую чашку с бульоном из куриных кубиков. Молодой человек начал кормить Наташу с ложечки. Съев половину, она заснула. Мамонт допил оставшийся бульон и сел ближе к печке.

— Что думаешь делать дальше, Валера?

— Чего здесь думать. Уходить надо и как можно дальше. Почитай до самой Твери места не тронутые.

— Завидово наверняка бомбили. Это у них одна из первостепенных целей была.

— Вот теперь я понял из какой части вы. Одинцово-10? — Валера. Как, впрочем, и большинство местных знали, где служат ракетчики. О том, что всем всё в округе известно он знал по долгу службы. Местные знали всё, точки размещения ПВО всех колец защиты столицы. Даже где примерно находятся ракеты шахтного базирования. Трудно скрыть такие масштабные стройки, несмотря даже на взятые подписки о неразглашении. За всю историю Одинцово-10 поймали одного натурального шпиона и того араба. Ну смех же, припереться к местным алкашам и покупать крупномасштабные карты местности в магазине канцтоваров. Ну его прямо там и приняли. А так население хоть и выпивало, но за шпионами следило исправно. Мамонт слушал разговоры и вообще общий настрой на базе. Писал отчёты, зря ни на кого не стучал. Первый год он ещё надеялся вылезть из «дыры» как называли на сленге объект, но чем дальше, тем перспективы таяли быстрее чем весенние сосульки. Серёга даже во сне представлял себя Джеймсом Бондом, заокеанским разведчиком и суперменом. Им по службе показали один из фильмов с ним. Шикарные виды, красотки и дорогущие автомобили. Отцы командиры хотели привить ненависть к западу, но результат вышел прямо противоположным.