Василий Лазарев – И пришёл Лесник! 29 (страница 11)

— Круто, но я всё равно ничего не понял. Это хорошо или плохо? Из всей это электроники я хорошо могу пользоваться двумя лезвиями обмотанные кусками проволоки и спичек между ними, такое вот устройство в качестве кипятильника.

— Ну ты и темнота, Лесник. Это прекрасно. Я могу почти с любого терминала перехватить контроль над платформой. Сперва можно потренироваться на малой, затем захватить более лакомую цель.

— Нам тогда нужно как-то забрать с собой папашу Каца и снять эти ужасные ошейники. Я так понимаю, ты уже планируешь побег? Ты точно на моей стороне?

— Не беспокойся, карлик мне также противен, как и тебе, но всему своё время. Будешь слушаться мамочку, сниму с тебя ошейник, — пообещала Астра.

— Мамочку? Знала бы ты кого у нас так называют, — заржал я.

— И кого же?

— Мамочки в борделях командуют шлюхами. Самая опытная проститутка становится главной дамой.

— Я вкладывала в это слово несколько иной смысл, но параллели тоже прослеживаются. В принципе я и мамочкой вполне смогу. Не забывай, дорогуша, я везла в трюме пять миллионов переселенцев, также у меня в экипаже служили триста душ. Тот ещё бордель!

— В самом деле? — оживился я. О жизни космонавтов до меня доходили обрывочные сведения. Мол, дескать, они все такие занятые, постоянно что-то дёргают, нажимают, записывают у себя там на станции, но стоит им привезти новую бабу…

— Проехали. Тебе нравится Оранжерея? — Астра перевела разговор в другое русло.

— На мой взгляд очень высокие деревья или это цветы такие?

— Деревья, но на карте это место проходит как Оранжерея, платформа номер два. Возможно раньше здесь и росли цветы, но сейчас без сдерживающей силе тяжести вымахали под двести метров. Там внизу целый посёлок.

— И когда ты успела там побывать? — у меня всё же оставались сомнения насчёт её. Всё знает, всё умеет.

— Я же говорю, меня проявили, то есть оживили уже месяц назад. Всё это время я готовилась к встрече с тобой.

— Охренеть, я и не знал, — какая честь для меня. Подготовка индивидуальной медовой ловушки дорогого стоит. А здесь ещё и дублёршы были.

— Ты много чего не знал, дружок. Например, что я лично наблюдала за тобой с Орбиты через оптику и приборы. Смотрела, так сказать, за тобой в естественной среде обитания.

— Почему меня не взяли раньше?

— Готовилась. Дональд торопил, но я ждала, пока ты разберёшься с этими уродами. Во мне проснулась «мамочка». Не могу же я оставить целый город без спасителя. И вот подходящий момент настал.

— Грубовато вышло. А Принца и Лену я ему не прощу, — мои кулаки сжались.

— Они уже умирали, даже наша медицина не в состоянии исправить ситуацию. Изверги за двое суток сожрали им спинной мозг, ребята просто не чувствовали. Изверги впрыскивают токсин, который отключает рецепторы.

— Принц утверждал, что они его не кусали и не забирались внутрь.

— Когда они уснули. Всё произошло, когда они отрубились на часок, — с сожалением сказала Астра.

— Сейчас уже не проверишь. Но доктора разобрали их довольно сноровисто.

— Работа такая. Была бы моя воля, запретила все эти опыты. В Ригеле упорно муссируется слух, что вы, это не люди, а клоны, копии, аватары. То есть вам не больно. Настоящие особи остались на Земле. Пространственные аватары. Технология недоступная нам.

— И что? Кто-то верит у вас в такую херню? — спросил я насмешливо.

— Представь себе. Так удобнее, чем осознавать себя убийцей. У вас тоже любят подвести теорию, создать идеологию, а потом под этим соусом захреначить всё живое. Знакомо?

— Ну… есть перегибы на местах. Так у нас вся планета этим занимается. Уже и не замечаем.

— А чего тогда строишь из себя агнца? — Астра толкнула меня в бок кулачком.

— Всё, сдаюсь. Где у вас харчевня? И кто здесь живёт? — запоздало поинтересовался я.

— Мы сейчас находимся на платформе номер два «Оранжерея». Внизу живут муры, по-вашему, — она улыбнулась. Простота хуже воровства.

— Ты рехнулась, тётя? Я без дара в посёлке муров. Так они меня там в момент порвут, — встрепенулся я от неожиданности. — У меня даже оружия нет с собой.

— Они не тронут тебя. Они что враги себе, тем более с нами ликвидатор, — отмахнулась Астра. — Кстати, где он?

— И чья эта идея привести меня сюда? — мне стало очень интересно.

— Моя, мало ли ты размяк без меня, — вот здесь я вообще выпал в осадок от такой наглости.

— Крошка, ты видимо ни черта не помнишь. И не смотрела толком о нас фильмов, кроме наших встреч в капсулах?

— И что?

— Ничего. Пошли, — я начал прыгать через три-четыре ступени сразу. Не припомню такого за ней, прежняя Астра была более рассудительной. Проверить она меня решила, совсем уже рехнулась пенсионерка. Астра не отставала от меня и вскоре мы оказались у подножия лестницы. Дальше вглубь леса вела извилистая дорожка из такого же белого мрамора. Как только мы спустились начало темнеть. Никакого ликвидатора внизу не было, возможно он ждал в посёлке, а возможно только в грёзах свихнувшегося клона. Пройдя километр, мы вошли на территорию посёлка. Аккуратные хаты в один этаж. Стены из того же вездесущего белого камня, крыши из местной листвы, достигавшей здесь по несколько квадратных метров. Плотные кожистые листья надёжно накрывали дома. Хотя в этом раю было всегда тепло и сила тяжести две трети от планетарной.

— И что здесь делают муры? — зловеще спросил я.

— Их изредка поднимают сюда на отдых, — последовал ответ Астры.

— Отдохнуть от трудов праведных? Ну-ну.

— Не я же их здесь поселила. Своё мнение я уже высказала по этому поводу, Женя, — серьёзно сказала она.

— Пожары у вас бывают? — вдруг спросил я, сам не совсем поняв зачем.

— Всё бывает. Пожары, наводнения, отсутствие воздуха, один купол на десятой платформе разбил метеорит. Ужас!

— Ага! Ошейник, ты мне часом не снимешь?

— Нет, Дональд сразу увидит и нам на голову упадут ликвидаторы. Те разбираться не будут и начнут стрелять.

— Хорошо, я понял. Где контингент? — спросил я, обводя взглядом тёмные окна домов.

— У них сегодня кино в клубе. Там они все.

— Что за фильм крутят?

— Не знаю, надо афишу поглядеть. А ты что, решил в клуб сходить? — с опаской спросила она. — Я думала мы поедим и пойдём дальше.

— Грех не воспользоваться таким случаем. Я о кино. Надо глянуть, ты торопишься? — скучающим голосом спросил я.

— Нет, я ваши навеки, Евгений. Куда мне спешить, — она прижалась ко мне своим шикарным бюстом. Ведь знают, подлюки как надо…

— Что ещё есть на этой платформе кроме лесопарка и муров?

— Практически ничего ценного. В подвалах у них склады, но там ничего интересного, — пожала она плечами.

— Отлично. Зайдём сперва в харчевню, — я указал на белый домик в три раза больше остальных. Над входом значилось харчевня «Америка без Таратуты». Замечательное название, но непонятное. Внутри мы увидели бармена, огромного детину в кожаном фартуке и с тесаком в ножнах. Этот никого не стеснялся, на плечах у него красовались наколотые головы ворона как эполеты. Какая жирная сволочь, сколько же ты народу в контейнеры отравил? Мы сели с Астрой за двухместный столик и бармен тут же поставил перед нами подсвечник на три свечи и поджёг их.

— Есть баранье жаркое, свинина на углях, говяжий стейк. Что желаете?

— Пиво, тёмное! Два больших бокала, — сказала Астра. — Мур, вероятно, знал, что она нолд и подобострастно принял заказ. На меня он даже не взглянул, заметив ошейник.

— Ваш спутник? — это было одновременно и вопрос, и утверждение. Типа, ваша собака?

— Он со мной. Есть вопросы? — она подняла бровь.

— Нет, никак нет, госпожа. Два пиво, айн момент, — он пробормотал себе под нос и умчался на кухню. Я встал и прошёлся по бару. Достаточно большое помещение, в час пик здесь разместиться человек пятьдесят, тьфу ты, муров. На стойке лежал нож с длинным лезвием. Достаточно крепкий. Астра с интересом следила за мной ничего не говоря. Так-так, проверочка. Ну что же, их есть у меня. Взяв нож в руку, я встал за дверь. Не прошло и минуты как из неё появился бармен с двумя кружками тёмного пива в руках. Наверное, в мою он плюнул или вообще нассал, что он там долго делал? Пить я не собирался, потом заберу бочонок. Бармен, сделав три шага и не увидев меня, замер. Я шёл за ним повторяя его шаги и как только он остановился, я ударил его в левую сторону под лопатку и направив лезвие чуть под углом вверх. Детина сразу обмяк, верный признак, что я достал до сердца. Вот так нас и учили снимать часовых. В моём случае бармена. Детина клюнул вперёд носом и расплескав пиво с грохотом упал на дощатый пол.

Не теряя времени, я вытащил зажигалку из его брюк. За стойкой нашлась небольшая канистра с жидкостью для розжига углей. То, что надо. Взяв её, я быстро прошёл на выход. Астру уговаривать не пришлось. Она на удивление спокойно отнеслась к метаморфозам постигшим мура и молча последовала за мной. Выйдя из харчевни, я сразу увидел клуб. Самое большое здание в посёлке имело два этажа и большие двойные двери. Внутри уже начался фильм. Афиши гласили, что показывают «Бриллиантовую руку». Фильм я видел, мне понравился. Теперь и мурам понравится. На моё счастье, в кубе не было окон, только на втором этаже и то в одном месте. Рядом с ним к стене была прислонена лестница.

— Тебе пригодиться, — Астра показала на крепкий ствол дерева, лежавший на земле. Метра три длиной. — В качестве засова.