Василий Лазарев – И пришел Лесник! 25 (страница 13)

— Побываем, согласился я. Транспорт нужен, одного броневика будет мало. Кончайте их. Мальчонку в стаб.

В стабе царило веселье. Челнок летел к мурам полностью гружённый. Во-первых, это оружие. Его было много, очень много. В основном боеприпасы, ракеты, батареи! Отдельно про батареи. Над ними дрожал проснувшийся папаша Кац и чуть ли не целовал их. Оказалось, что наше мнимое могущество из охранных роботов и ракетных турелей держалось на одной полудохлой батарее. Она одна питала весь комплекс, но чем больше на ней висело нагрузки, тем быстрее она садилась. По-хорошему в каждый охранный робот и в каждую турель следовало вставить свой источник питания. Батарей было много, порядка полусотни. Помимо имеющихся в нашем распоряжении комплексов на челноке везли ещё столько же. Ещё восемь роботов и столько же ракетных установок. В общей сложности шестнадцать единиц. Транспорт также зависел от батарей, впрочем, как и наш броневик. Теперь можно было свободно выдохнуть. Кроме этого, из челнока выгрузили аж шесть шагающих танков! Структура намного мощнее и надёжнее экзоскелетов. И как апофеоз запасливые нолды поделились с нами шестнадцатью треногами. Нам их даже ставить некуда было. Если только одна к одной на пятачке главной площади. Вот такой транспорт воткнулся в холм сегодня.

Во-вторых, он нёс в себе массу продовольствия и перевязочных материалов. Наверное, им они нужны были для «работы», так как каждый иммунный мог остановить кровь себе сам в кратчайшие сроки. В-третьих, имелось несколько контейнеров с одеждой. Именно одеждой, а не бронёй. По сути, броня нолдов только демаскировала и не несла никакой полезной нагрузки. Шлемами их я бы не рискнул пользоваться зная, что они взрываются дистанционно. Бронежилеты и другие элементы брони совершенно не защищают. Заражённый, начиная с топтуна легко разорвёт эти пластиковые шмотки. Яутжа также, их собаки боюсь вообще не заметят «броню». А вот их термобельё, ботинки, рабочая одежда, напоминающая нашу джинсовую и прочее, очень нас обрадовали.

— Сонечка, откуда такое богатство? И куда вы все подевались? Я проснулся и начал скучать, — признался папаша Кац.

— Выпил бы ещё, — холодно ответила девушка, — и глядишь очнулся у нолдов в капсуле.

— Ты меня разлюбила? — Изя страдал от похмелья, но боялся притронуться к фляжке.

— Ты алкаш! Ты пропиваешь свой дар. Ты становишься обузой! Ты бы показал, как пользоваться планшетом перед тем, как отрубиться, скотина! Уйди с глаз моих! — я впервые увидел, как Соня разозлилась.

— Ой, я больше не буду! — папаша Кац огромным усилием воли отставил фляжку в сторону. — Сейчас я научу тебя, только живчика выпью. Простого живчика, Сонечка.

— Ты меня достал, Изя, — она покачала перед ним кулаком. — Завязывай!

— Уже завязал!

— Свежо преданье, — хмыкнула Лиана. — До следующего залёта.

— День какой-то суматошный выдался, — вздохнула Афродита в человеческом облике. Стоявшие поодаль её подруги смотрели на Афродиту с подозрением.

— Я сказал, что у тебя открылся новый дар перекидываться в заражённого. В принципе ничего опасного для них, но лучше тебе самой с ними поговорить, — кивнул я на девушек.

— Да, пожалуй, пойду расскажу. Вам покажут ваши комнаты.

— Спасибо, нолда заприте одного, посмотрим, что из него получится, — сказал я Янису. Тот ткнул пулемётом нолду промеж лопаток и повёл его к забору. Юноша, не понимая наш язык втянул голову в плечи решил, что его ведут на расстрел. Странный, если бы мы захотели, то хлопнули его в холмах, зачем нам здесь грязь. Я и не заметил за всеми сегодняшними перипетиями как опустились сумерки. Зевая, я отправился в отведённую комнату. Лиана помахала ручкой всем и пошла за мной. Папаша Кац был наказан и искупал это обучением Сони и прочих девиц пользованию планшетом. Не беда, что они не понимали написанного, там и ребёнок справится. Главное запомнить последовательность. Изучив с ними разные последовательности, знахарь, поджав хвост посеменил за Соней.

— Жень, куда нам столько вооружения? Его ставить некуда, — спросила Лиана, раздеваясь перед сном.

— Думаешь надо отдать нолдам? — я стащил ботинки и дал отдых ногам.

— Не знаю, нет, конечно. Но им можно защитить большой стаб, которого у нас нет, — грустно сказала она.

— Построим, а вооружение уже есть. Например, на холме, где нас хотели распилить. Место удобное, господствующая высота, видно издалека. Места хватит всем, опять же природный навес.

— Камень один и дует как в аэродинамической трубе. Там сопли замерзают на лету, — Лиана юркнула под одеяло.

— Соглашусь прохладно, это нам в костюмах от РА было комфортно.

— Аура к тому же неважная. Сколько народу муры там порешили. Не хочу, — она взбила подушку и повернулась к стене.

— На тебя не угодишь. Вавилон сейчас несколько радиоактивен, — заметил я.

— Можно не на берегу поселится, чуть подальше, — прошептала она моментально засыпая.

— Я думал ты согреешь меня, — прижался к ней сзади.

— Не, Жень. Задолбали меня за сегодня. Завтра согрею, если захочешь, спокойной ночи!

— Спокойной ночи, — я погладил её по голове и незаметно для себя также отключился. Мне снились странные сны. Сперва плотоядно ухмыляющийся товарищ Камо и голая Пенелопа проскакали на яутжа перед забором стаба. Причём Пенелопа размахивала синими ситцевыми мужскими трусами. Вероятно, они хотели подать мне какой-то сигнал, но я ни черта не понял. Затем к нам в гости пришли свежо убиенные нолды из грузового челнока. Все держали в руках подношения. Чаши полные крови, но этих я тоже не понимал. Сами виноваты. Сны мелькали как калейдоскоп и многие я увидел отрывками. Запомнил, как Лиана по веревочной лестнице взбирается на Тихоню. Наверху уже сидит папаша Кац и ябедничает ему в большое человеческое ухо, что хотели с ним сделать яутжа. Они в свою очередь облепили дуб, смеются и поют, показывая при этом неприличные жесты скребберу. Потом дуб страшно заскрипел и его повело в сторону. Он упал под тяжестью нависших на нём яутжа и похоронил их под собой. Последний сон меня окончательно доконал. В окно просунул свою гадкую рожу ксеноморф и принюхался. Затем костлявой лапой, изгибающейся в разных плоскостях, взял со стола флягу и отхлебнул. Вдруг мой мозг раскалённым гвоздём пронзила сирена и я открыл глаза.

Окно распахнуло настежь близким взрывом. Кто-то кинул гранату почти рядом с ним. Всё что находилось на столе лежало сейчас на полу вместе с флягой из сна. Густо усыпанный стеклом пол сверкал в лучах заглянувшей в окно второй луны Улья. Лиана уже сидела на постели радуя меня своим голым торсом. Над стабом визжала сирена и что-то периодически бухало. Спустя минуту до меня дошло, что это заработали охранные роботы, и я вскочил с кровати позабыв о битом стекле.

— Тревога, рыжая!

— Я уже поняла. Убью, сука!

Побив все нормативы, мы выскочили на улицу. За столом на веранде сидел папаша Кац и следил за планшетом. Рядом стояла Соня, держа в зажившей руке кружку с кофе. Лиана быстро оценила обстановку и пошла на кухню.

— Что за бардак?

— Нас атакуют по земле, — не оборачиваясь ответил папаша Кац. — Афродита со своими наблюдает со стены.

— А ты куда смотришь?

— На планшет. Смотрю как расходуются боеприпасы. Из десяти тысяч капсул на орудие израсходовали уже половину. Там внизу, — он указал на стену, — творится что-то ужасное. Вовремя мы заменили батареи!

Я обратил внимание на планшет. Робот номер один выстрелил почти семь тысяч капсул. Его видеокамера показала ковёр из матовых чёрных тел, стремительно приближавшихся к нам. Примерно такая же картина транслировалась с камер робота номер два. Ксеноморфы были настолько стремительны и не излучали тепла, что являлось очень трудной мишенью для роботов в темноте. Тем более луна ушла за облака. Прожектора старались не включать, так как думали, что их уничтожат первым делом. Не ксеноморфы, а яутжа приведшие такую ораву к нашим стенам. Чёрт! Я поймал себя на мысли, что две трети боезапаса у роботов уже нет, а еле заметные тени ксеноморфов мелькают за забором. Первый робот замолчал, начав регенерацию конденсаторов энергии. Счётчик зарядов весело побежал вверх. Так вот в чём дело! Плазма восполнялась! Тем временем второй робот взял на себя основную нагрузку и рассекал ночное небо вспышками лазеров и капсул с плазмой.

Не дождавшись кофе, я побежал на стену. Афродита молча передала мне бинокль. Перед забором творился Ад и Израиль. Земля вспыхивала от попадания капсул плазмы и тут же плавилась, оставляя за собой воронки в пятьдесят сантиметров. Раненые ксеноморфы забрызгали всё вокруг жёлтой слизью разъедающую любой предмет. На первый взгляд их оставалось не больше десятка, рядом валялись развороченные взрывами и перечёркнутые лазером тела. Самих яутжа видно не было.

— Мы не знаем сколько их. Но дальше за холмом спрятались яутжа. Янис видит их отметки на своём тепловизоре. Их всего трое, ксеноморфы никак не отражаются. Холодные как насекомые. Мы долго не выдержим.

— Прикажи установить треноги перед главным входом. И затем открыть ворота, — быстро сказал я.

— Зачем?

— Чтобы сохранить стены, они тупые бросятся в проём, а мы их встретим в упор.

— Хоро… — её крик потонул в скрипе падающего внешнего забора. Раненые ксеноморфы забрызгали своей кровью и могучие стволы полностью растаяли под воздействием кислоты.