Василий Лазарев – И пришел Лесник! 21 (страница 30)

— Что за дар? — удивился пират.

— Я зову его медуза Горгона, — похвасталась Ирка. — Могу превратить в камень на выбор любой твой орган.

— Дык эта… я же привёл вас, — отшатнулся от неё Терентий.

— Кладовая где? Показывай, живо! — прикрикнул я на него.

— Туда нельзя без оружия, — он кивнул на акустическое ружьё, с которым ходили на менталов. — Там ментал.

— Вы же сказали, что всех убили? — удивился я. — Откуда тогда ещё?

— Не всех, кто тебе такое сказал? Третий попался нам сам, — хихикнул Терентий. — Так получилось, что мы его первые заметили и угостили вот из этого ружья. Он поплыл, и мы его затолкали в клетку. Металлический стакан с мелкой сеткой по стенам. Сам он выбраться не может, а клешни свои пропихивает будь здоров. И пока он был без сознания подвесили над входом одного из залов. Он никуда не ведёт, дверей у него тоже нет, но теперь вход сторожит ментал. Точнее он бросается на всех, кто приблизиться, но, когда нам надо мы стреляем в него из ружья. От этого он только злее становится, когда очнётся.

— Что же он ест? — спросила Маргарита.

— Мы ему иногда скармливаем вашего брата рейдера. Некоторых в живых оставляем для Гриши.

— Вы ему и имя дали? — Лиана нервно сжимала кулаки, верный признак если Терентий сейчас не заткнётся, то она бросится на него.

— Ну, дык, — пожал плечами пират. — Не моя инициатива.

— Разве так можно, козочка моя? Не убить последнего босса и пройти в следующий портал? — спросил папаша Кац.

— Можно вообще никого не убивать, если сможешь добраться до портала, он всегда открыт. Если, конечно, замок не тупиковый, — Марго погладила по голове папашу Каца. Ну вот как у него это получается?

— Ружье берите, — буркнул недовольный Терентий.

— Мы и так с ним справимся, пошли, — Лиана подтолкнула Терентия в спину. Выйдя из караульного помещения, мы сразу увидели в десяти метрах широкий проход с полукруглым потолком. За ним открывался тот самый зал, в центре которого метрах в трёх над полом висела клетка с менталом. Полутораметровый стакан со стальными рёбрами, полностью закрытый мелкой сеткой. Внутри шевелилось нечто чёрное и опасное. Ментал среагировал на нас примерно с пяти метров. В стакане внезапно сверкнули пронзительным оранжевым светом два огромных глаза и меня пошатнуло. Терентий просто свалился кулём на землю оказавшись на коленях. Я сделал несколько шагов назад. Пусть ментал насытиться в последний раз. Словно поняв мои мысли, ментал начал действовать. Сквозь пятисантиметровые клетки сети выскользнули чёрные извивающиеся щупальца и потянулись к замершему в ужасе Терентию.

Даже находясь под блоком папаши Каца он понимал, что сейчас с ним произойдёт. Сразу три щупальца коснулись Терентия и ласково погладили его, отчего тот сделался белее бумаги. Два из трёх поднялись по шее и проникли в уши. Терентий раскрыл рот в беззвучном крике и в этот момент третье щупальце скользнуло ему в рот. Зрачки у пирата закатились наверх, глаза сверкнули бельмами. Лицо мгновенно осунулось, щёки впали. Терентий стал похож на надувную куклу, из которой вышел воздух. Он весь сжался и усох. Щупальца вылезли из тела и убрались в свой стакан. Попытаться добраться до меня, ментал даже не подумал. Я снова приблизился, бесстрашно наблюдая за чёрной бесформенной массой с оранжевыми глазами, бьющейся в своей висячей тюрьме. Ментал не понимал почему на меня не действует его оружие. Впрочем, я и сам не понимал, уповая только на то, что этот эффект у меня постоянный, а не пропадёт в самый ненужный момент.

— Кончай его, Жень, — ко мне подошла Лиана. — У Ирки не получится, у Маргариты тоже. Выстрелом из этой чудо-пушки его не убьёшь.

— Как скажешь, милая! — в моей руке появился снежок. Как у Наташи, пронеслось в мозгу воспоминание. Через время она передала всё же мне свой дар. Спасибо тебе, Наташка, мысленно поблагодарил её и кинул снежок в клетку. Прутья тут же покрылись толстым слоем инея, заморозка шустро проникла внутрь клетки и надёжно прихватила самого ментала. Его оранжевые прожектора погасли, открывая нам доступ к сокровищам, сложенным в зале.

Глава 17

Шкура

— Ага! — воспрял духом папаша Кац. — Ну-с посмотрим, что ты там насосал, Туранчокс. Кстати, очень полезная практика.

— Какая? — поинтересовалась Ирка. — Не узнаю тебя Изя.

— Ну как же. Представь, как неудобно гоняться за каждым несуном по отдельности. Взяточники, казнокрады и прочие растратчики средств государства сосут из бледного худого тела нашей Родины последние ресурсы, копят богатства для следующих поколений своего паучьего гнезда. И тут звоночек в дверь, а снаружи люди в штатском. Так сказать, пожалуйте бриться, господин, на лысо. И забирают всё преступно нажитое вместе с самим аккумулятором. Вот как мы сейчас.

— Ах, ты про это, старо как мир, — махнула рукой Ирка. — У нас так начальника одного замели. Я дайвингом занималась, тренироваться на природе не всегда получалось. Знаешь ли, не все готовы вкладываться в тебя, а на свои долго на море побыть не получалось. Так вот мы ждали, когда построится новый бассейн для погружений. Обещали отгрохать бассейн аж в двадцать пять метров глубиной. Обещали обещать и в результате стройка остановилась толком не начавшись. Директор наш вместе с замом переехали севернее пасти белых медведей. Конец фильма.

— На какую максимальную глубину ты ныряла на Земле? — спросила, заинтересовавшись Маргарита.

— Шестьдесят три метра. Вниз по тросу, а так на сорока спокойно себя чувствовала с моноластой.

— Круто, а я глубины боюсь. Хотя обожаю фильмы смотреть с подводными съёмками.

— С Лесником ничего не страшно, — улыбнулась Ирка.

— Ага, она же его соблазнила на глубине в три километра, — кивнула Лиана.

— А… высокие у вас отношения, — покачала головой Маргарита.

— Скорее глубокие, — сказала Лиана и они рассмеялись вместе с Иркой. — Она мне как сестра. Младшенькая.

— Понятно, — глубокомысленно изрекла Марго, — Изя, у тебя сестёр нет случайно?

— Что? — знахарь так увлёкся, раскрывая ящики с богатством, что пропустил их разговор. — А, нет. Я сирота!

— Сиротинушка ты моя, иди к мамочке! — Марго раскрыла объятия и облобызала знахаря.

— Смотрите что здесь! — папаша Кац показал несколько деревянных коробок величиной с шахматную доску. Он открыл одну из них и продемонстрировал белые жемчужины, аккуратно уложенные в гнёзда, как шоколадные конфеты, только в чёрный бархат. Они весело искрились в свете «фонаря» и радовали глаз. В каждой коробке лежало тридцать жемчужин, самих же коробок было восемь. — Это они лет за десять насобирали.

— Но откуда? — изумилась Ирка, дотронувшись до жемчужины. Бархатистая на ощупь и глянцевая на вид она переливалась перламутром.

— С этим проблем не было. Раньше чаще находили выходы в синюю зону. Примерно каждая пятая цепочка вела туда. Проходишь пять-шесть замков, и ты на месте. В самой синей зоне полно замков и схронов, но, как правило, замки почти все тупиковые. Поэтому народ, конечно, искал проход в фиолетовую зону, но больше охотился на мелких скребберов. Те имели одну-две жемчужины и их можно было убить отрядом человек в двадцать. Существовала, да и сейчас существует гипотеза, что менталы из синей зоны превращаются в скребберов. Растут в ней, а потом уходят в фиолетовую, где достигают финальных размеров и уже покидают Ядро. После чего они появляются в Улье наводя на всех ужас. Но там в Улье если кто и валил скребберов, то можно было сразу снять с одного до десяти жемчужин.

— Мы знаем, — кивнула Лиана. — Один нам как раз отдал десять. Электрический скат, плавающий по воздуху.

— Повезло, обычно они забирают жизнь.

— Таки ты, Марго хочешь сказать, что они здесь рождаются? — вмешался папаш Кац.

— Гипотеза же. В синей охотятся на слабых скребберов, факт. Факт также, что некоторые из них почти ничем не отличаются от сильных менталов, даже внешне. Ну а дальше начинает работать фантазия. Что с ними точно происходит в фиолетовой никто не знает. В последнее время, года три примерно назад, многочисленные проходы в синюю зону резко пропали. Теперь, чтобы найти портал в синюю надо усердно трудиться. Отныне не каждая пятая, каждая пятидесятая ведёт в синюю. Вот такая статистика. Все конечно молчат о портале в синюю и берегут проводника как зеницу ока в отличие от нас.

— Ничего, найдём, Марго, — успокоил я её. — То есть поток белых жемчужин пропорционально уменьшился и теперь их в десять раз меньше?

— Примерно, — кивнула Марго. — Сколько здесь в коробках, Изя?

— Восемь на тридцать, итого двести сорок, дорогая. Высшая математика!

— Такое количество при нынешних реалиях придётся собирать лет пятьдесят. Вы понимаете, что мы все уже трупы в глазах Туранчокса и Пингвина? — обвела нас тяжёлым взглядом Марго.

— А то. Надо перепрятать и тогда мы сможем их шантажировать, — сразу ответила Лиана.

— Только так, иначе нам устроят весёлую жизнь. Возможности у Пингвина есть, даже несмотря на наши дары.

— Завалят? — уточнил я.

— Завалят, к бабке не ходи! — кивнула Маргарита.

— А пока вот, что я ещё нашёл! — папаша Кац водрузил на свою голову тонкий обруч из платины. — О-ля-ля! Жень, ты помнишь своё обруч из магазина «Дохлый нолд»?

— Конечно. Берримор чуть не родил, когда мы его за долги забрали.

— Так вот этот такой же. Почти. Он не столько увеличивает дары, сколько восполняет энергию, тем самым сокращая откат. Раза в три. На мой взгляда даже лучше будет.